Роман Ким – По прочтении сжечь (страница 8)
– Ты говоришь об этом с явным сожалением. Японочка, очевидно, запала тебе в душу. Будь осторожен с ней.
Вашингтонская «Магия»
Морской атташе – маленький, одетый со строгим изяществом, в английском духе – усадил Терано и Идэ в кресла у окна, выходившего на Массачусетс-авеню.
– Представляю, как вы измучились… – атташе покачал головой, смазанной бриллиантином. – Не только физически, но и душевно, круглые сутки в нечеловеческом напряжении. Помню, лет десять назад меня посылали в Рим с одним пакетом. Мы срочно меняли шифры…
– Я слышал об этой истории, – сказал Идэ. – У морского атташе пропали документы, и ему пришлось…
– Да, он застрелился. И мне надо было ехать транссибирским экспрессом, потом через Москву и Берлин. Это было ужасное путешествие. Особенно когда ехал по Сибири. Целых десять дней ни одной спокойной минуты. До сих пор вспоминаю и вздрагиваю.
– В Риме все произошло из-за учительницы языка, – бесстрастным голосом произнес Идэ. – Он мог винить только самого себя.
Морской атташе пошевелил усиками:
– А с вами ехали красавицы?
– Какие-то ехали, – Терано махнул рукой, но нам было не до них.
Атташе наклонился вперед и шепнул:
– А Акияма находился далеко от вас?
– Какой Акияма? – удивился Терано.
Идэ тоже сделал недоумевающее лицо. Атташе обвел взглядом обоих и шепнул:
– Не знали?
– Что случилось? – Терано тоже перешел на шепот. – Я знал Акияма, который работал в Джакарте по линии специальной службы.
– Он самый. Но это… – атташе сделал многозначительную паузу, – строго между нами. Он ехал с вами на одном пароходе. В числе пассажиров были два американских дипкурьера, они везли почту токийского посольства и харбинского генконсульства. В пути они свели знакомство с двумя очаровательными итальянками из шанхайского ночного клуба и не смогли устоять… Короче говоря, Акияма провел операцию.
– А кто эти дипкурьеры? – спросил Идэ. – Военные?
– Нет, чиновники государственного департамента. Среди взятых документов оказались копии нескольких телеграмм, отправленных американским посольством в Токио государственному секретарю. Одна из них довольно любопытная. Относится к началу этого года.
– А мы не перехватывали ее в свое время? – спросил Идэ. – Наш четвертый отдел…
– Нет, она нам была неизвестна. Очевидно, прошла по коду, который еще не удалось раскрыть аналитическим путем.
Морской атташе прошел в соседнюю комнату и открыл небольшой сейф в стене, вынул кожаную папку, извлек из нее листок и передал Терано. Тот прочитал и показал Идэ.
На листке был напечатан текст телеграммы, переведенной на японский язык:
[
Терано покрутил головой:
– Выходит, что уже пронюхали. Наверно, наши дипломаты выболтали.
– Ничего страшного. Перуанский посланник не придает этому слуху никакого значения. И сам Гру, по-видимому, тоже не верит. В прошлую субботу германский морской атташе сказал мне, что недавно он имел откровенную беседу с видным американским адмиралом в отставке, близким к Белому дому. Тот заявил: японцы никогда не осмелятся напасть на Пёрл-Харбор – только сумасшедшие могут решиться на это.
Терано и морской атташе засмеялись.
– А еще что-нибудь интересное взяли? – спросил Идэ.
– Докладную записку Гру – его соображения относительно уступок, которые американская сторона могла бы сделать нам. Очень ценный документ. Акияма сделал хорошее дело.
– Кроме этих итальянок еще кто-нибудь помогал ему? – спросил Терано.
– Один человек из штата пароходной прислуги. Стюард.
– Стюард? – переспросил Терано и посмотрел на Идэ. – А какой национальности?
– Подождите минутку, спрошу, освободился ли посол. Он с утра заперся у себя.
Морской атташе вышел из комнаты. Терано шепнул:
– А не тот ли стюард-филиппинец, который был в нашем коридоре? Со сплющенным носом?
Идэ наклонил голову и со свистом втянул воздух:
– Я несколько раз замечал, как он ходил взад-вперед по коридору… Мне показалось это подозрительным.
– Получается, что он наш человек. Ему было приказано помогать Акияма и заодно охранять нас.
Идэ кивнул головой:
– А нам об этом не сказали, чтобы мы не успокаивались.
В дверях показался морской атташе и пригласил Терано и Идэ пройти к его превосходительству.
Посол, адмирал Номура, несмотря на служебное время, был одет по-домашнему – в ночной халат. Он сидел за массивным столом из черного полированного дерева. Перед ним лежали продолговатые листки шелковистой бумаги, на них были начертаны китайские изречения и стихи – посол занимался каллиграфией.
Морской атташе подошел к столу и замер от восхищения:
– Хо-о… изумительно! У вашего превосходительства настоящий сунский стиль!
Посол поправил очки и прищурил единственный глаз.
– Ты ничего не понимаешь. Это тебе не покер. Раньше у меня получалось кое-что, а теперь нет силы в росчерках. Не тот взмах кисти. Прошу сесть.
Посол отставил от себя малахитовую тушницу, положил кисточку на подставку и, шаркая шлепанцами, надетыми на босую ногу, подошел к дивану. Офицеры сели на стулья с высокими спинками.
– Спасибо вам за труды, – сказал посол и коротко поклонился.
Терано и Идэ вскочили и, держа руки по швам, согнулись пополам. Посол жестом предложил им сесть.
– Вы выполнили чрезвычайно ответственное поручение, – начал тихим голосом адмирал, четко произнося каждое слово, – и доставили все в полной сохранности. Завтра уже пустим машинку в ход. Я не верю шифрам министерства иностранных дел. Самые крепкие и надежные шифры это наши, флотские. Скоро японо-американские переговоры вступят в острую стадию. И хорошо, что мы до начала этих чрезвычайно важных переговоров обеспечили безопасность нашей переписки с Токио. Благодарю за отличное выполнение крайне важного задания, за все ваши исключительные старания.
Посол чуть заметно двинул головой. Офицеры снова вскочили и ответили поклоном. Посол продолжал:
– Мне только что сообщили, что министром иностранных дел назначен адмирал Тойода. Ему будет очень приятно услышать о заслуге двух доблестных офицеров императорского флота.
Открылась дверь, и секретарь доложил о приходе католического священника Драута. Посол сказал:
– Проведи его в комнату рядом с библиотекой. Я переоденусь.
Терано и Идэ откланялись и прошли в кабинет морского атташе. Японка-горничная принесла виски и сифон с содовой водой.
Морской атташе плотно прикрыл дверь, затем включил радиоприемник. Передавали репортаж о матче боксеров. Гости устроились на диване около радиоприемника, атташе подсел к ним:
– Я вам рассказал относительно Акияма. Теперь вы должны поделиться со мной секретами. Как идет подготовка?
Терано стал рассказывать о состоявшемся 2 июля совещании под председательством императора. Было принято решение ввести войска в Индокитай и готовиться к дальнейшим действиям в южном направлении. Пока воздержаться от нападения на Россию, хотя Гитлер требует этого. Очевидно, после падения Москвы начнется развал советского административного аппарата и командования войск. Турецкий посол в Токио в доверительном порядке сообщил генералу Тодзио о том, что турки готовятся к вводу войск на Кавказ и в район Баку. Квантунская армия начнет в подходящий момент продвижение в глубь Сибири. Сейчас пока лезть в Россию не стоит. Надо сперва разрешить проблему нефти и каучука, то есть проблему Юга.
Морской атташе сказал: