Роман Канушкин – Страх (сборник) (страница 15)

– Я? Я… вот, – мальчик покраснел и смущенно промямлил, – я вот что-то про ветер понял, отец.

– Про ветер? – с легкой укоризной улыбнулся предводитель охотников.

– Да! Если парус на ладье поставить не прямо, а вбок и сделать косым, как край березового листа, то даже встречный ветер будет гнать ладью. Можно ходить против ветра. Хочу смастерить…

– Так как же? Так не получится.

– Авось получится! Сейчас смастерю и увижу.

Мать с любовью посмотрела на мальчика, затем позвала играющую с деревянной куклой сестренку – девочке недавно сделали татуировку в укромном месте, между спиной и шеей, такую же, как у Авося. Голова куницы – родовой знак: лишь дети вождя имели право на такой. Собственно, татуированная голова куницы – вот и все привилегии. А доставалось порой поболе, чем многим. Вот и сейчас отец чуть досадливо вздохнул и произнес:

– Авось, род Куницы всегда жил в лесу. Мы охотники, а лес – наш отец. Да, мы убиваем зверей для пропитания и шкуры берем, но прежде просим прощения у духов животных. Мы дети леса, Авось.

– Я знаю, отец.

– И когда-нибудь ты станешь главой рода.

– Отец, у меня два старших брата, здоровья им. Они лучшие воины и охотники после… – мальчик еще больше покраснел, – после тебя, отец.

– Хитер ты, Авось, – произнес отец, но больше укоризны в его взгляде не было.

И, воодушевившись, мальчик выпалил:

– Милы моему сердцу ладьи, отец! А еще драккары варягов. Любо мне мир посмотреть.

– Да, и как же ты собираешься? – добродушно усмехнулся вождь. Он уже свыкся с фантазиями сына, во всем остальном мальчик был ладным и смекалистым. Но… было в нем что-то необычное. Такое же, как и в сестренке его – единственной девочке в семье вождя.

– Отец! Говорят, князь Олег берет в дружину не только варягов.

– Князь Олег?! – Теперь уже отец расхохотался в полный голос. – В дружину варягов?!

– Да, отец, – сконфуженно ответил мальчик, но глаза его дерзко блеснули.

Вождь предпочел этого не заметить и пояснил:

– Он берет в дружину славных витязей, ратных воинов. Если только ты не такой.

– Я стану таким! Авось возьмут.

– Сын…

– А еще говорят, что у хазар в услужении люди с черными лицами, как зола от костра…

– Что?!

– А у греков за морем – стольный град огромен, за день не пройти, а дома из камня-самоцвета и блестят пуще солнца!

– Авось… Да, сын, есть такой город – Царьградом зовется. Ходили на него ратники. Ладно… иди, играй. Мы еще поговорим и про варягов, и про греков.

В общем-то никакой особой выволочки от отца Авось не получил. Более того, когда он взял свою лодку, чтобы бежать к реке, мать ему ободряюще улыбнулась. Авось в ответ помахал ей рукой. Выйдя за ограду частокола, Авось почему-то почувствовал необходимость обернуться. Словно что-то… Словно какое-то облачко набежало на солнышко. Но все вроде бы было спокойно. Люди занимались своими делами, готовились к празднику – мирная деревня охотников, а за порогом лежит огромный мир.

Авось еще раз помахал матери – она так и стояла у резного крыльца. Мама с маленькой сестренкой на руках. Такими Авось их и запомнит. Потому что поговорить с отцом «про варягов и про греков» ему уже не удастся.

Авось вышел к реке, весело катившей свои воды к бурным и опасным порогам. Мальчик разулыбался – хоть отец и назвал их «детьми леса», но в деревне говорили, что он, будучи юношей, оказался единственным, кто смог на спор прыгнуть в водопад и остаться невредимым. Сам отец об этом не рассказывал, словно было в этом событии что-то непристойное, неподобающее будущему воину и вождю народа охотников.

Выше по реке находился брод, и на нем очень хорошо бить острогой замешкавшуюся рыбу. Там, у брода, были купальни, и там женщины стирали белье.

Авось поставил свой кораблик на воду, ветерок дул с порогов, но с косым парусом опять что-то не вышло, и ладью прибило к берегу. Может, отец и прав, так ничего и не получится.

На другой стороне реки был запретный и сумрачный лес, простиравшийся до порогов и еще дальше. До самого горизонта. Говорят, что там живет Злая Баба. Всех мальчиков племени рано или поздно отцы отводят туда и оставляют одних. Когда-нибудь придет черед Авося. Говорят, что некоторые никогда не возвращаются. Еще говорят, что Злая Баба живет в темном тереме, и стоит он на границе страны мертвецов. Там она варит свой котел, и в нем плавают человеческие тела. И что не терем это вовсе, а слепой курий бог, и прячет он во влажной темной земле свои птичьи лапы. И даже сам косматый бог Велес обходит это место стороной. И только Ярило может беспечно волочиться по запретному лесу. Много чего говорят. Но Авосю нравился Ярило. Почему-то он казался ему веселым.

– О, Авось! Наш великий мореход, – услышал мальчик. – Из дружины самого Рюрика.

Ну вот, Незван пожаловал со своей ватагой великовозрастных шалопаев. Они уже были во тьме запретного леса, и многие бежали оттуда, как зайцы. Но конечно, об этом они предпочитают не вспоминать.

– Да, Незванушка, рад я твоим словам, – смиренно согласился Авось, – но не преувеличивай. Незаслуженно ты меня считаешь таким старым, мудрым и опытным.

Незван несколько бестолково захлопал глазами, так и не сообразив, за кем осталось последнее слово. Его компания бессмысленно лыбилась, ожидая следующего слова своего вожака, и Незван заявил, указывая на другой берег:

– Там, в лесу, сила темная, Злая Баба. Чует свою еду. Знаешь, что у нее на ужин?

– Что? – Авось изобразил испуг.

– Мальчик белобрысый с его корабликом.

Ватага заржала. Авось вместе со всеми. Потом он спросил:

– А ты, Незван, откуда знаешь? Уже побывал, что ли, ее едой?

Все снова заржали. Кроме Незвана. Тот побагровел, и Авось понял, что пора делать ноги.

– Ах, так! – взревел Незван и бросился на мальчика. Но Авось уже проворно вскарабкался по тонкому стволу дерева, повисшего над рекой. Грузный Незван подпрыгнул, но, не сумев ухватиться даже за ближайшую ветку, оставил свои попытки.

– Ладно, – сказал он Авосю. – Вот там она тебя и заберет.

Потом взял кораблик и забросил его на середину реки, где ладью подхватил поток и понес ее к порогам.

– Вот и сиди там, – довольно заключил Незван. – А мы пойдем купаться.

Авось с грустью посмотрел на свое суденышко, уносимое водами реки, и вдруг с самоубийственной смелостью сказал:

– Дурак ты, Незван.

Тот ухмыльнулся:

– За это мы с тобой отдельно разберемся. Как споют твои друзья-варяги. – И Незван, изображая игру на арфе, вдруг заголосил высоким голосом: – Бу-у-ду-у-т бить! И б-у-у-дет много слез.

Его ватага осталась довольна представлением. Незван восстановил свое верховенство. И позвал:

– Ладно, айда к бродам. Водичка хороша. А ты там сиди, сиди.

И они направились к бродам, а Авось снова с грустью вздохнул, глядя им вслед.

В этот момент быстрые тени уже скользили по сумрачному лесу, почти не производя звуков. Лишь тихий и тревожный шорох, похожий на еле различимое змеиное шипение.

Отец Авося поставил связку охотничьих копий у стены избы и посмотрел, как молоденькие девушки плетут венки из цветов. Да, для молодежи сегодня тайная ночь…

Вождь вздохнул и, усмехнувшись, негромко пробубнил:

– Дружина варягов…

Потом его лицо несколько помрачнело. Он смотрел на ряд охотничьих луков у частокола. Эти луки, конечно, хороши на охоте, но разве могут они сравниться с огромными луками-убийцами древлян. И это очень верно, что совет принял сторону вождя и род Куницы перешел под покровительство князя Олега.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.