Роман Каграманов – Тайны Лунного зала (страница 26)

– Она так умеет, – сказал Левард. – старая ведьма и опытная.

Седрик опустил взгляд.

– Я подставил вас, хозяин – сказал он. – Она ускользнула. Лилит теперь с ними.

– Забудь про нее, – отрезал Левард. – И все же жива она не благодаря тебе, а благодаря Рите. Это две разные неприятности. Но я знаю, что нужно делать.

Седрик кивнул.

– Я готов заплатить, – сказал Седрик, не поднимая глаз. – Скажите цену.

– Цена простая, – произнес Левард. – Ты любишь говорить правду только тогда, когда она звучит красиво. Сейчас как раз такой случай. Скажи ее сам себе. Кого ты ненавидишь сильнее всех?

Седрик сжал челюсть.

– Симонса, – выдохнул он. – Он смотрит на меня так, будто видит насквозь. Словно замечает то, чего нет.

– Ты есть, и ты здесь, – сказал Левард. – Тебе подрезали крылья, и эта ненависть тебе к лицу.

Левард шагнул ближе. Ткань его пальто не намокала – вода скатывалась с него крупными каплями.

– У нас мало времени, а у них – лишние козыри. Астарот с ними, с ними и ведьма. Но их главное преимущество – пташка-Симонс.

– Ты хочешь, чтобы я его убил? – спросил Седрик слишком быстро.

– Нет, – сказал Левард. – Я хочу, чтобы ты его заманил ко мне.

Седрик поднял глаза. Взгляд у него был не человеческий – слишком ровный, будто на линзе.

– Куда?

– Вниз, – сказал Левард. – В темный зал. В темницу. Ты его знаешь. Ты помнишь этот коридор и решетки. Он придет туда, если будет уверен, что спасает кого-то важного. Его мотив прост: спасение. Это сильнее любой угрозы. Ты должен сыграть на этом.

Седрик усмехнулся.

– Принести ему кость и сказать «вперед»?

– Принести ему весть, – поправил Левард. – Ты появишься в нужный момент. Ненависть. Презрение. И награда.

– Какая?

Левард улыбнулся.

– Крылья, – сказал он. – У Симонса есть привычка брать на себя лишнее. Это его слабость. Мы ей воспользуемся.

Почему-то Седрик вспомнил про Аманду, про их вечные ссоры. Получив крылья архангела, он сможет вернуть ее? Сделать своей?

– Когда? – спросил он.

– Скоро, – сказал Левард.

Седрик хотел задать вопрос Леварду про Аманду, но собеседник уже превратился в тень и исчез. Оставшись один на один с бесконечным небом и звездами, Седрик заплакал.

Глава 7

После всего

В поместье Стюартов на несколько часов воцарился покой. Брианна и Себастьян тихо укладывали детей. Кристина зевала, куталась в мягкое одеяло и уже в полудреме просила положить плюшевого песика под бок. Доминик уснул сразу же, как только лег. Себастьян наклонился, поцеловал каждого в лоб и задержал взгляд на здоровом розовом цвете их щек.

Рита и Лилит сидели в Лунном зале и говорили о Леварде. Они вспоминали, где впервые услышали его имя, как менялся город, как темнели окна у тех, кто служил ему. Рита вспоминала мать и смеялась коротко и устало. Лилит слушала и иногда бросала сухие реплики – точные, короткие. В ее голосе не было злобы, только дисциплина. Они обе понимали: прошлое не уходит, оно ждет каждой новой полной луны, чтобы вернуться.

Питер Джекинс тихо выпивал у кухонного острова. Он не шумел и не искал собеседника. Он пил маленькими глотками, слушая, как падают редкие капли из крана над раковиной, и пытаясь осознать свой новый долг. Он вспоминал годы полицейской академии, участок, первые дела. Пока что Питер был не готов уснуть.

Симонс и Астарот склонились над картой Грей-Палмс. Вернее, на десятками карт: древних, разных веков и современной. Они отмечали школы, больницы, узкие улицы, подземные ходы, старые колодцы. Они составляли план предупреждений для всех светлых в городе и тех, кто мог им помочь, даже не осознавая своей роли. Симонс сдерживал нетерпение, записывал короткие указания, делил маршруты на отрезки. Астарот говорил ровно, и от этой ровности становилось спокойнее. Он напоминал: паника – то, чего ждет враг. Они спорили о времени отправки посланцев, о словах в письмах, о знаках, которые поймут те, кто давно прячется под людскими именами.

Цербер улегся на крыльце, положил морду на лапы и дремал, изредка вздрагивая ушами. Дом дышал размеренно, как большой зверь, которого наконец-то отпустила тревога.

Мария тоже захотела поспать. Она закрыла дверь своей комнаты, присела на край кровати, сняла кольцо, но тут же вернула – так безопаснее, подумала она. Мария легла, натянула одеяло до подбородка, прислушалась к тишине и провалилась в тяжелый сон.

Кошмар пришел сразу. Ей снилось, будто Лунный зал стал бесконечным, а окна вышли не в сад, а в черную пустыню без горизонта. На полу – тонкий слой пепла. Вдалеке стоял Левард. Он заговорил, и слова ударили по голове, как камни…

КАК ОТВРАТИТЕЛЕН МИР ГДЕ СВЕТ ПРОГЛОТИЛ ТЬМУ КАК ИЗНОШЕННУЮ МАНТИЮ МНЕ БЫ ЕЩЕ НЕМНОГО ВРЕМЕНИ ЧТОБЫ ПОДЧИНИТЬ СЕБЕ ВСЕ ЖИВОЕ МНЕ БЫ ЕЩЕ МГНОВЕНИЙ ЧТОБЫ КАЖДАЯ ГОЛОВА СКЛОНИЛАСЬ И ПОКЛЯЛАСЬ СЛУЖИТЬ МНЕ Я ИСТОЧИЛ ГОДЫ В КРОШЕВО ЛУННЫХ КАМНЕЙ НО ЯВИЛАСЬ ТЫ И ТЕПЕРЬ ВРЕМЯ ПРИЖАЛОСЬ К ТВОЕЙ СТОРОНЕ ЧЕМ МЫ С ТОБОЙ РАЗНЫ НИЧЕМ МЫ ИЗ ОДНОЙ ГЛИНЫ ТОЛЬКО ЦЕЛИ НАШИ РАЗОШЛИСЬ ТЫ ОШИБЛАСЬ МЕРЕДИТ С ВЫБОРОМ СОЮЗНИКА БУДЬ ТЫ РЯДОМ СО МНОЙ СОВЕРШАЛА БЫ ДЕЛА ВЕЛИКИЕ И Я ОДАРИЛ БЫ ТЕБЯ ВСЕМ ЧТО ЖАЖДЕШЬ НО ТЫ ВСТАЛА НА ДОРОГУ ДЖЕЙСОНА И МНЕ ЭТО МЕРЗОПАКОСТНО КОЛЬЦУ НА ТВОЕЙ РУКЕ НЕДОЛГО ЕЩЕ МЕРЦАТЬ ПУСТЬ НЕ СЕГОДНЯ И НЕ ЗАВТРА НО НАША ВСТРЕЧА НЕИЗБЕЖНА МИР МАЛ И МЫ НЕ РАССТАНЕМСЯ Я ЗНАЮ ТВОИ МЫСЛИ ВИЖУ ТВОЮ ДУШУ И УЗНАЮ КАЖДЫЙ ШАГ ЕСЛИ ПОЛАГАЕШЬ ЧТО Я ТРУС ТЫ ЗАБЛУЖДАЕШЬСЯ ТЬМА ЕЩЕ НАСТУПИТ И ТОГДА ТЕ КТО СЕЙЧАС ЖУЮТ ПОМОИ НА КУХНЕ ЖИТЬ НЕ БУДУТ ОСТАНЕМСЯ ЛИШЬ МЫ ДВОЕ В КРОМЕШНОЙ ТЬМЕ И МЫ РЕШИМ ВОПРОС КОТОРЫЙ ЖЖЕТ МЕНЯ ИЗНУТРИ ЗАПОМНИ В ПОГОНЕ ЗА СЧАСТЬЕМ СЧАСТЬЯ НЕ ДОСТИГАЮТ ОСЛАБЬ ХВАТКУ И ПУСТИ ВСЕ НА САМОТЕК ВОТ ТАК ТЫ ПСЕВДОСПАСИТЕЛЬНИЦА Я УЖЕ ВСТРЕЧАЛ ТАКИХ А ЗАВТРА ТВОЯ ДУША НАВЕКИ БУДЕТ В МОИХ ЧЕРТОГАХ В ОГНЕ БЕЗ ПРОЩЕНИЯ У МЕНЯ НЕТ ТАКИХ СЛОВ И ТЕБЕ ПОСЛАБЛЕНИЙ НЕ БУДЕТ Я ДАМ ТЕБЕ ЕЩЕ ШАНС ДУМАЙ ДО УТРА ЧЬЮ СТОРОНУ ВЫБРАТЬ НО В КОНЦЕ КОНЦОВ ТВОЯ ДУША БУДЕТ МОЕЙ Я ВИДЕЛ КАК ТЫ СМОТРИШЬ НА ЛУНУ БУДТО ОНА МОЖЕТ ТЕБЯ ОПРАВДАТЬ ЛУНА СЛЕПА К ТАКИМ КАК ТЫ ОНА ТОЛЬКО ПОДСВЕЧИВАЕТ ТВОЮ ОШИБКУ КАК МЕЛ НА ДОСКЕ КАЖДОЕ ТВОЕ ДВИЖЕНИЕ УЧТЕНО КАЖДЫЙ ВЗДОХ МНОЙ ПЕРЕПИСАН В КНИГЕ ЧЬИ СТРАНИЦЫ СДЕЛАНЫ ИЗ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ НОЧЕЙ ТЫ МОЖЕШЬ ДЕЛАТЬ ВИД ЧТО СВОБОДНА НО ЦЕПЬ УЖЕ НА ТЕБЕ ПРОСТО ПОКА НЕ ЗВЕНИТ КАКАЯ ТЕБЕ РАЗНИЦА КТО ЕЕ КОВАЛ ЕСЛИ КЛЮЧ У МЕНЯ ТЫ ДУМАЕШЬ ЧТО ТЕБЯ ПРИКРЫВАЮТ ИМЕНА И МИФЫ НО ИМЕНА – ЭТО ТОЛЬКО ЭТИКЕТКИ НА КЛЕТКАХ МНЕ ВСЕ РАВНО КАК НАЗЫВАЕТСЯ ТВОЙ БОГ МНЕ ДОСТАТОЧНО ЗНАТЬ ЧТО ТЫ МОЛЧИШЬ КОГДА Я ВХОЖУ В КОМНАТУ Я ЧУЮ ЭТО МОЛЧАНИЕ КАК КРОВЬ ВОДУ КОЛЬЦО ТВОЕ ТАК ЖАЛКО СИЯЕТ КАК МАЛЕНЬКАЯ КОСТОЧКА В ГОРЛЕ МИРА Я ВЫПЛЮНУ ЕЕ КОГДА ЗАХОЧУ И МИР ПЕРЕСТАНЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ НЕ ПЫТАЙСЯ СПРЯТАТЬСЯ ЗА ДЕТЬМИ НЕБЕСНЫМИ СПАСИТЕЛЯМИ И СТЕНАМИ ЛЮБЫЕ ДВЕРИ ДЛЯ МЕНЯ ЛИШЬ СЛОВА КОТОРЫЕ Я СТИРАЮ Я УЖЕ БЫЛ НА ТВОЕЙ КУХНЕ Я ПИЛ ТВОЮ ДУШУ КАК ХОЛОДНЫЙ ЧАЙ Я СИДЕЛ В ТВОЕМ ЗАЛЕ ГДЕ ЛУННЫЙ СВЕТ ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ ПЕРЕСПОРИТЬ МЕНЯ ПОПРОБУЙ НО ПОМНИ Я НЕ СПОРЮ Я ЗАКРЫВАЮ УСТА ОДНИМ ЖЕСТОМ КАК ЗАКРЫВАЮ КНИГУ МНЕ НЕ НУЖНО ТВОЕ СОГЛАСИЕ ЧТОБЫ СДЕЛАТЬ ТЕБЯ ПРИЧАСТНОЙ МНЕ НУЖНО ЛИШЬ ТВОЕ ВРЕМЯ А ЕГО Я УЖЕ ПОТРАТИЛ НА ТЕБЯ С ПРОЦЕНТАМИ Я ТЕРПЕЛИВ Я ВЕЖЛИВ Я ДАЮ ВЫБОР НО ВЫБОР ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ФОРМА ВЕЖЛИВОСТИ ПЕРЕД КАЗНЬЮ ЗАПОМНИ КАЖДОЕ МОЕ СЛОВО ОНИ ПРИДУТ К ТЕБЕ НОЧЬЮ КАК СОБАКИ НА СВИСТ Я СВИСТНУ И ТЫ ПОЙДЕШЬ Я СКАЖУ СТОП И ТЫ ЗАМРЕШЬ Я ПОЗВОНЮ И ТЫ СНИМЕШЬ ТРУБКУ ТЕБЕ ОСТАЛОСЬ МАЛО ВРЕМЕНИ ЧТОБЫ СОСТАРИТЬСЯ В СВОЕМ СТРАХЕ ВЫБИРАЙ БЫСТРО ПОКА Я ЕЩЕ БЛАГОСКЛОНЕН

ПОСМОТРИ НА РАССТОЯНИЕ МЕЖДУ НАМИ ЭТО НЕ ШАГ ЭТО ПОЛОВИНА МЫСЛИ Я МОГУ ПРОЙТИ ЕЕ ДАЖЕ НЕ ШЕВЕЛЯСЬ И КОГДА Я ПРОЙДУ ТЫ БУДЕШЬ СТОЯТЬ ПЕРЕДО МНОЙ КАК ВСЕ СТОЯТ КТО УМЕЕТ ВИДЕТЬ ПРАВДУ – БЕЗ КОЖИ БЕЗ ЛЖИ БЕЗ ИМЕН ТЫ СКАЖЕШЬ МНЕ ДА ДУМАЙ МЕРЕДИТ ДУМАЙ ПОКА ТЕМНОТА ЕЩЕ МОЖЕТ СТАТЬ ТВОИМ СОЮЗНИКОМ

Мария попыталась отступить, но ноги не слушались. Ей казалось, что она застряла в болоте. Она хотела крикнуть, позвать Риту, Симонса, Астарота, но крик гас, как свеча на ветру. Левард протянул руку к ее горлу, но не коснулся. В следующую секунду он исчез, как будто его никогда не было.

Мария рывком проснулась. Пот проступил на лбу и висках, губы дрожали, дыхание было прерывистым. Она поднялась с кровати и долго сидела, глядя в окно, пытаясь успокоиться. Кольцо на пальце жгло, но теперь этот жар был ей нужен: он помогал собраться.

Дом был тих. Деревянные панели на стенах струились молочным светом ночников. Мария прошла в Лунный зал. Лилит и Рита успели перейти на кухню. На столе блестела Чаша Присциллы. Она подошла к ней.

– Я здесь, – шепнула Мария, наклонившись к самому ценному предмету в ее жизни. – Я не отступлю.

Она закрыла глаза, положила ладони на Чашу и, не дыша, считала удары сердца. Ей показалось, что из глубины Чаши тянет прохладой, как из колодца. Она не надеялась услышать ответ сразу, однако в пустоте Лунного зала вдруг послышались слова:

– Мередит, дочка… – Голос был родным. Он звучал как будто из самой Чаши – родной, живой, чуть уставший от долгого молчания.

Мария открыла глаза и сильнее сжала Чашу. Губы дрогнули. Сердце застучало.

– Мама?..

Глава 8

Алиса из Страны чудес

Алиса Марлоу шла медленно. Легкий ветер качал таблички над лавками, из пекарни тянуло корицей и маслом, у газетного киоска стояло несколько человек. Она остановилась у витрины продуктового, посмотрела на свое отражение и не задержала взгляд: темные волосы, простая куртка, узкий шарф – ничего примечательного. На руке – обычное тонкое кольцо без камней. Руки она держала в карманах.