Роман Гриб – АлкХимик (страница 34)
«Ну, телепатия. Че еще тут сказать?»
«Активация: пассивно»
«Стоимость: бесплатно»
Ну, да. Че тут еще сказать? А вот дальше оказалось поинтереснее.
«Графический редактор (демоническое)»
«Обладатель умения может посмотреть, как будут выглядеть и работать украденные у жертв части тел. Также тут можно их подвигать, выбрав им место расположения, если это возможно. Ну, ты играл в спору, тут аналогично. Удалить, к слову, тоже можно. При этом очки эволюции, потраченные на модификацию, освободятся.»
«Управление: мысленное»
«Активация: по желанию»
«Стоимость: определяется сложностью устанавливаемых модификаций, от 1 очка эволюции и 300 очков жизни»
«Доступных очков эволюции: 3»
Ага. Значит, можно ставить дополнения, а потом просто их удалять без экономического вреда… Вот этого, похоже, и сам Лекс еще не осознал. Хоть что-то новое и полезное выяснил. Но, пожалуй, всё же все подряд навороты ставить, а потом убирать лучше не будем. А то вот так привыкнет он к наличию какой-то части тела, а потом – фигакс! И нет ее. А привычка уже осталась. Это как некоторые компьютерные задроты то очки пытаются курсором поправить, то нос почесать, то кнопку на физической клавиатуре нажать. Привыкаешь к мышке, как к продолжению руки. Виртуальная конечность, мать ее! Так что будем подходить к выбору органов со всем умом и брать реально полезные. Ну, или заменять уже выбранное более совершенным. Что там еще?
«Щит Черной Бездны (демоническое)»
«Мать Бездна заботится о своих детях. Вот и это дитя наделено защитным покровом, что гасит весь физический урон за счет маны.»
«Активация: пассивно»
«Стоимость: 1 единица маны/1единица физического урона»
Ну, нормально, че. Это видимо поэтому у него маны и не было, когда я его отпиздил в лесу. Все на щит ушло. Ну и последнее.
«Симбиоз Черной Бездны (демоническое)»
«Заразив тело носителя ядом Бездны, демон применил к этому яду Тенеформацию, принеся носителю клятву верности. Что там получилось, без поллитры не разобрать, но теперь симбионт может жить в измененных тканях носителя в виде тени. Очки жизни и маны доступны носителю, как собственные и находятся в приоритете на затраты. Сам демон при этом неуязвим к физическому и магическому урону, как в состоянии тенеформации.»
«Внимание! Находясь в симбиозе, симбионт не может погибнуть от истощения очков жизни! При достижении критического значения, демон сохраняет 1 единицу жизни даже в случае гибели носителя. При таком развитии событий он будет перенесен в тело носителя при респауне.»
- О, Андрей, Гатгар идет! – прервал Блеезеер мои размышления о потенциальных возможностях использования нашего с демоном симбиоза. – Уже и фингал где-то отыскать умудрился!
Глава 20
- Что случилось? – поинтересовался я у орчонка, глядя тому в глаза. Ну, точнее – в глаз.
- Да ничего особенного. – равнодушно пожал тот плечами. – Скидку у кожевника выбивали.
- Он жив то хоть остался? – уточнил я. – Или скидка стопроцентная получилась?
- А кожевник кто по расе? – вслед за мной уточнил сатир.
- Биорн конечно. – удивленно ответил орк. – Ааа, ты ж наверняка не знаешь. Биорны, это такие разумные медведи, они в нашем королевстве пошивом всего кожаного занимаются, лучшие мастера в этом деле.
- Ну а бить то их нафига? – покрутил я в воздухе ладонью, вытягивая из собеседника информацию.
- А, так это… - растерялся зеленокожий секьюрити, словно это совершенно очевидная вещь. – Ну, так они ж бойцы еще знаменитые, и уважают тех, кто не побоится с ними сразиться. За попытку боя – уже одну сотую от цены скинут. И за каждую секунду драки, еще по одной сотой ценника. Но поединок заканчивается в тот миг, как биорн тебя достанет. Меня вот на десятой секунде только зацепить смог!
С этими словами он так гордо указал пальцем на фонарь, словно это было реально достижение. Ну да ладно. Пускай свои местные традиции как-нибудь без меня разруливают. Я тут на задании и задерживаться не собираюсь. В общем, загрузили на Гатгара кабанятину и пошли в город. Орк эти полторы туши словно даже не заметил.
Да, думаю, это все же можно называть городком. Одно- и двухэтажные избы из толстых бревен на мощных каменных фундаментах. Дороги выложены грубо обстроганными толстыми досками, а в центре и вовсе – щебнем отсыпаны! На отшибе к домам прилегали огородики, а центральные были просто длинными избушками по два этажа, типа многоквартирных домов. Наверное.
Что мне больше всего бросилось в глаза – это разница в одежде между местными и моими телохранителями. Мунгур и Гатгар были одеты в простые серые тканевые рубахи-футболки с коротким рукавом, такие же штаны и кожаные сапоги. А жители этого городка, несмотря на достаточно летнее время года, ходили в коже. Куртки, штаны, даже головные уборы, похожие на плод любви бейсболки и шапки-ушанки. И при этом все пялились исключительно на меня, несмотря на то, что если не считать сатира, то одет я был практически как сыновья трактирщика. Ну, нет у меня завязок под воротником, чисто земная футболка. Ну и что?
- Так ведь местные так одеваются, потому что в этих местах разных кусачих насекомых полно. Места ведь болотистые и теплые. – пояснил мне Блеезеер, когда я поинтересовался у него причиной столь повышенного внимания. – Среди них всех те самые комары-анестезиологи еще даже такой середнячок. Орков-то они не грызут – у тех кровь зеленая, да и кожа толстая, грубая. Нас, сатиров, тоже не очень, мы дети природы, у нас шерсть густая. А вот люди – прям деликатес для них!
- Это что же это выходит, мне повезло, что я кроме комаров никого больше не встретил? – удивился я.
- Ну и не только. – усмехнулся козломордый. – Ты ж это, комариное гнездо-то того, пришиб. А они, вроде как, живут стаями, как пчелы. А других кровососов со своих земель прогоняют. Или загрызают. Конкуренция, вот! Убить ты их убил, значит, а другие кровопийцы еще не народились.
- Да и в огород наш такая нечисть не залетает. – рыкнул Гатгар. – Оберег бездны отгоняет, да и стены зачарованные.
- А они что, к нечисти относятся? – удивила меня такая формулировка.
- Конечно! – чуть ли не вскрикнул сатир. – Природа-мать хоть и жестока, но не садистка же! Вон того же овода-кукловода возьмем. Ну как сможет такое само по себе возникнуть? Тут темная магия явно постаралась…
Но вовремя рогатый опомнился, что я немножко иммигрант и не в курсе особенностей местной флоры-фауны. Так что тут же пояснил. Короче, этот самый кукловод – это такая штуковина… Ну, как бы овод, только длиной с ладонь не считая крыльев. Если комары, летающие шприцы с новокаином, опасны исключительно толпой, то эта тварь даже в одиночку может перегрызть человеку крупную артерию, типа сонной. Что уж говорить о разных там зайцах – выпивает такую мелочь досуха! Потому что пузо у овода этого до литра крови вмещает. Летает он потом, на сытый желудок, конечно, не лучше курицы бройлерных пород… Но будем честны – обожранный комар летает тоже не ахти, но это не мешает им размножаться столь неистово, будто в дикой природе кровь из земли течет, а не нужно добывать ее с риском для жизни.
А почему он кукловод? Да потому. Оводы, которые нормальные, они ж своих личинок под кожу животным откладывают. Не путать со слепнями – те в личиночной стадии в воде живут, хотя взрослые особи выглядят крупнее и опаснее своих менее приметных, но не менее ебучих, собратьев по гастрономическим пристрастиям. А вот у кокловодов личинусы из-под кожи перебираются в мозг. Но не убивают жертву, а делают из нее подконтрольную жертву. И заставляют ее питаться мясом и кровью. Даже если это травоядная корова, или заяц. Если жертва жратву не находит – медленно и методично харчат тело носителя. Хотя, даже если и находит, все-равно после их вылупа носители умирают.
Нет, все-таки этот мир наглухо ёбнутый. Что еще тут может водиться? Колибри-убийцы? Пиздозубые проститутки? Волосатые сиськи? Безалкогольная водка? Какое еще зло могло зародиться в этой обители маразма?
Но дальше разговор не пошел – мы добрались до главной площади, и сатир с орком принялись торговаться с мясником за кабанятину. В итоге сбагрили все за две серебрухи. Вроде как, неплохо, как я понял. А логово кожевника было расположено прям в соседнем здании. А что – хорошее соседство. Кожа и мясо, они ж в тушах звериных неразлучны. Вот, чтоб далеко не таскать, и поселились чуваки рядом.
Изнутри лавка кожевника была похожа на ларек на китайском рынке. Стены завешаны шмотками, снизу у стен прилавки, заваленные тем, что не повесишь. В углах бочки и корзины с сапогами разных размеров. Ну и всякие там калоши-макасины-ботинки тоже имелись. Мунгур тоже был тут и сейчас увлеченно чем-то мазал новые сапоги своего околопятидесятого размера. Но главной достопримечательностью, конечно, был хозяин заведения.
«Арруур, Кожевник. 58 уровень»
Такая надпись висела над головой у прямоходячего бурого медведя. Ну, ладно, с медведем у него общего было, как у человека с другой обезьяной. Но все-равно было понятно, что это не волк, не заяц и не белочка. Хотя с последним можно было и поспорить с похмела. Но щас то я знал, что я не пил! Короче. Ростом на голову выше меня, густая шерсть, вполне себе рабочие руки с нормальными, пусть и лохматыми пальцами с мощными когтями, заточенными явно специально, чтобы вместо шила пользоваться. В прямом смысле заточенные – напильником, или чем подобным. Конечности пропорционально чуть короче, чем у человека. И забавная голова. Гораздо более высокий, чем у диких мишек, лоб и заметно развитый мозговой отдел черепа. Морда тоже короче, чем у диких аналогов. Вот насколько у человека челюсти меньше, чем у гориллы, настолько же и у него. Не в ноль укороченная пасть, но заметно меньше. Винни Пух диснеевский, только пузо поменьше, да шерсть есть.