Роман Гриб – АлкХимик 3 (страница 10)

— Оптимизм, это всегда хорошо. — отсмеявшись, ответил слизняк, после чего одним глазом показал на гориллу. — Главное, не терять его. А не спим мы, потому что нам сон не нужен. Не самая приятная, и не самая распространенная особенность. Заняться тут ну совсем нечем, ну да тут ничего не поделать.

— А я и не занимаюсь излишним оптимизмом. — тем временем мы с карликом дошли до самого костра. — Мои союзники скоро рейд в долину собирают, встретимся у внутренних границ, и я с ними выйду отсюда.

— Хороший план, жаль, что люди не видят наших имен. — хихикнул слизняк. — Они думают, что это очередной монстр, и бросаются на своих же бывших товарищей. Так что смирись, для них ты просто чудище по имени НЁХ Черной Бездны. Как тебя кстати так угораздило?

— Ну, тут издалека нужно начинать. — усмехнулся я и вопросительно посмотрел на Кранморила.

— Я лично никуда не спешу. — пожал карлик плечами, после чего направился к постаменту и принялся там чего-то химичить с новым кристаллом из энергии бездны, который я ему великодушно подарил. Мне ведь некуда его засовывать. — Так что знакомьтесь. Лично мне сон нужен, так что займемся своими делами завтра, при свете дня. Ты сам кстати, как? Не хочешь спать?

Я прислушался к своим внутренним ощущениям и понял, что сонливости нет и в помине, в чем и признался совершенно прямо. Может, от новой обстановки, а может, и форма у меня монстрская такая, неспящая. Как вот у этих двоих. Так что дракон отправился восвояси, а я остался у костра, знакомиться и попутно объяснять, почему мой оптимизм ни капельки не излишний.

Глава 7

Слизень Каха-Уазек оказался прикольным малым, в очередной раз доказавшим, что каким бы огромным не был мир, он все равно в итоге окажется крайне тесным. Чуваку было около трехсот лет, но точнее он сам сказать не мог. Мол, сбился на второй сотне. Выходец из нового для меня королевства — из Пали-Рауп. Это на юго-восток от долины монстров, я тех краев на картах еще не видал. Вообще не факт, что страна еще существует — слизняк по долине уже сто пятьдесят лет ползает. За это время даже моя собственная родина успела два раза изменить границы и название, что уж говорить про типа средневековье?

Так вот, про «мир тесен». Конечно, Каха слыхал про Каншердиамонкенийралсата. По работе сталкивались. Уазек в своей стране был аж целым главой отделения светлой магии в их магической академии, и правой рукой архимага. Его, в общем-то, за это прозрачным система и сделала, по всей видимости. Светлый на столько, что аж просвечивается. Смешно, с точки зрения Токи-Токи, должно быть. Ну и само собой, человек с такой работой не мог не заинтересоваться одним из немногих «темных властелинов». Враждовать не враждовали — в этом мире прекрасно понимали разницу между стихиями и весьма относительными философскими понятиями добра и зла. Но и дружить тоже не дружили — разные страны, разные стихии, точек соприкосновения ни для дружбы, ни для вражды нет.

Слыхал Каха-Уазек и про исчезновение Каншера. Да и кто тогда про него не слыхал? Некроманта на место главы гильдии пророчили после ухода на пенсию прежнего начальника. А тут он почти перед назначением берет и пропадает. Естественно, никто даже не сомневался в уголовной природе такой пропажи, но доказательства вскрылись лишь лет через пять после назначения второго кандидата. Виновником трехсотлетнего заточения Каншера стал третий в очереди претендент на главную должность. Хотел таким макаром двух более сильных зайцев прихлопнуть и сам на сытную должность забраться, да вот не срослось. Мозгов не хватило. Почему же темного мага после этого не вытащили? А он не сознался, что тот в плену. Сказал, что убил и все. А то, что Каншер странник… Так мало кто это знал, да и способы поймать душу даже странника вполне имеются. Короче, в магической среде тогда даже студенты об этом скандале слыхали. И никто не удивлялся, что вскоре отправленного за такое поведение на рудники мага загрызли вампиры. Много их в те времена в голодных горах водилось. А то, что у темного дружок вампиром был, так это просто нелепое совпадение…

Ну а в долину монстров Каха-Уазек попал весьма глупо, особенно для такого крутого мага, каким он был. Произошла однажды большая тревога — решил в сторону границ их королевства прорваться один из боссов. Да не в одиночку, а еще и толпу монстрят помельче собрал. Конечно, такие прорывы предотвращались всеобщим рейдом, и войско собралось немалое. И маги шли, как и положено, в надежно защищенных тылах. Вот в эти самые тылы и прилетел ошметок тела одного из монстров долины. Каха на нем поскользнулся и упал. Казалось бы, ну упал, ну с кем не бывает, да? А ошметок этот рефлекторно от такого обращения дернулся и ужалил мага прямо в задницу достаточно сильным ядом с парализующим эффектом. Ни рану свою не осмотреть, ни яд отсосать. Короче, пока все сообразили, что произошло и почему начальство не поднимается, Уазек уже отдал Токи-Токи душу. Ну а тут уже он понял, что к чему, даже того самого босса видел. Даже пообщался с ним, как получилось. Да только вот босс тот уже давно с ума сошел, так что мало чего толкового из общения вышло. Пометался так слизень туда-сюда пару лет, попытался выбраться незаметным… Даром, что ли, учился и даже создавал детекторы нового поколения на заставах? Да не помогло ничего — сам же на совесть делал. Так в этой деревне и осел.

Секрет непотребности во сне был теоретическим. Во всей деревне спать никогда не хотели лишь двое, и у обоих до превращения в монстров был гипертрофированный интеллект, в сравнении с остальными характеристиками. У меня, если так посмотреть, тоже преобладала она, и видимо именно потому я так и не сомкнул этой ночью глаз. Чем лишь подтвердил эту догадку.

Валидалла же была намного моложе Кахи, да и по меркам своего народа была еще весьма сочной девкой даже на данный момент. Всего сто пятьдесят лет. Для гномов — самый рассвет сил. Для гномок тоже. Талантливая магичка, была аж целой советницей подгорного короля по магическим вопросам. Типа министра магии, чтоб было проще понять. В долину поперлась чисто на спор, прибившись к рейду, отправлявшемуся чисто на фармогринд, за опытом и ингредиентами. Ее гибель была уже не такой нелепой, как у слизня, хотя неудачей тоже попахивало неслабой. Рейд зашел в стандартную пещеру, в которой уже несколько веков жил один и тот же босс, а у него там вечеринка была, как позже выяснилось. Десяток монстров, десять тыщ уровней у самого слабого. Гномке стоит отдать должное — прожила она раз в пять дольше, по ее словам, чем весь остальной рейд, но силы монстров все-таки перевесили.

Внешний облик Валидаллы система, видимо, тоже посчитала веселой шуткой. Почти пять метров ростом мутант получился, если встанет и перестанет сутулиться. Видимо, не додумалась Токи-Токи, как обыграть тот факт, что обезьянка была артефактором. Но зато сама магичка додумалась, как сыграть на этом в долине. Та самая установка, генерирующая купол над селением, была ее рук делом. Не обошлось без помощи дракоши, конечно — ящеры считались самыми крутыми магами. Но с изобретением чего-то нового у чешуйчатого племени было туговато. Зато помочь советом и силой Кранморил мог безо всяких проблем.

Но никакая магия — даже драконья — не могла помочь психическому здоровью. Нет, Валидалла не страдала от распада души, я проверил. Она просто начала впадать в депрессию. Потому и сидела такая грустная и тихая. Сотню лет от своих ста пятидесяти она провела в долине, пытаясь отыскать путь домой. Но ее никто не выпускал. Простые смертные пограничники не видели имени, лишь название-титул, а вместо вменяемой речи они слышали лишь звериный рев.

— А почему Кранморил вам не поможет? — неожиданно возникла мысль в моей голове. — Он ведь телепат, мог бы передать мысли стражам, что это вполне вменяемые существа, можно договориться и все такое.

— Да-а-а… Ты, парень, видать, совсем недавно в нашем мире? — усмехнулся слизняк. — Первое правило погранцов — не снимать антиментальные шлемы! Никогда, ни при каких обстоятельствах, даже если тебе под шлем заползут местные огненные муравьи! Лишать голову защиты можно лишь внутри заставы, под защитой стационарного ментального ингибитора, создающего безопасное пространство. В долине немало монстров и телепатов, и ментальных контролеров. Заставы без такой защиты были бы просто кормушкой для них.

— Ну да, вы угадали. Я по сравнению с вами в этом мире вообще полный нуб. — кивнул я и принялся рассказывать свою историю.

Что, в общем-то, заняло не меньше времени, чем у них — событиями и интересными для собеседников фактами она была весьма насыщена. И Каху-Уазека весьма возбудил тот факт, что мне удалось через богов связаться с внешним миром. Хотя он до сих пор не мог поверить, что это в принципе возможно, и есть какие-то шансы пойти за мной прицепом. А Валидалла в ответ на это лишь грустно вздохнула и словно еще больше ссутулилась.

— Только вот, если все правда о душах, что ты рассказал… — задумался на некоторое время Уазек. — Проклятье! Это очень сложный и важный вопрос. Если мы выйдем, то весь мир узнает, что долину можно использовать для создания собственных, ручных монстров. И никто не даст отправить в Бездну души местных обитателей, ни в черную, ни в огненную.