Роман Глушков – Кальтер (страница 47)

Из женской половины здания доносились крики, но не испуганные, а пока лишь взволнованные. Одной-единственной автоматной очередью в этих краях трудно кого-то напугать - мало ли кто из охраны мог по ошибке спустить курок. И все же, не дождавшись ответа, Зухайр смекнул, что дело нечисто. И к моменту, когда на его крик явился интрудер, в руках главы клана уже был автомат.

Кальтер-1 также знал об этом - услышал клацанье взводимого затвора. И прежде чем сунуться на лестницу, громко заговорил на пушту. Вернее, на северном диалекте этого языка, который был здесь в ходу.

Куприянов неплохо знал языки тех мест, куда его посылали работать. И сомневался, что Зухайр может опознать по голосу всех своих охранников. Изобразив волнение, капитан сбивчивым голосом поведал историю о том, что Карим напал на него с ножом и он был вынужден стрелять. На глаза хозяину интрудер при этом не показывался. Но продолжал следить за видимым ему стволом вражеского автомата, что был нацелен вниз.

Зухайр приготовился стрелять в любого, кто ступит на лестницу. И забросить к нему наверх гранату было несподручно. Однако Безликий поведал ему невероятную историю, и он начал задавать вопросы. Это слегка притупило бдительность главы клана, но автомат он не убрал. А когда на площадке распахнулась другая дверь и раздавшийся оттуда женский голос засыпал вопросами самого Зухайра, он волей-неволей отвлекся и опустил оружие...

...И через мгновение словил пулю. Она вошла ему под нижнюю челюсть, а вышла из макушки, обдав потолок кровавыми брызгами. В общем, Кальтер-2 тоже не оплошал и отстрелялся почти секунда в секунду с Кальтером-1.

Выпавший из рук хозяина автомат забренчал по ступенькам, а женские крики перешли в истеричный визг. Здесь Кальтер-1 тоже едва не подлез под выстрелы, когда сверху на него обрушился-таки град свинца. Это подбежавший к убитому отцу Джамал начал выкрикивать проклятья и палить очередями с лестницы.

Палил он наугад, так как прячущийся за углом убийца был ему не виден. Впрочем, пока все шло по плану. И Кальтер-2 не спешил, благо ждать оставалось недолго.

Неизвестно, как все обернулось бы дальше, не сработай тут мины. Сначала - та, что стояла в караулке, а затем вторая, у парадной двери. Оба взрыва были направленными и ударили наружу, едва охрана попыталась вторгнуться в дом. Поэтому взрывов интрудер не опасался. Зато его беспокоили враги, которые могли при этом выжить.

Здесь Кальтеру-2 тоже было проще. Он не припоминал, чтобы после взрывов добивал кого-то в караулке. И, не заглядывая туда, сразу поспешил к выходу. Где всадил по две пули в каждое валяющееся у крыльца тело, неважно, подавало оно признаки жизни или нет.

Задержка в прихожей была недолгой, но за это время Джамал принял судьбоносное для себя и своих домочадцев решение. А вот станет ли оно роковым, этого не ведал даже Кальтер-2. Пока что история повторялась узнаваемо. Но если он вдруг оплошает, что в таком хаосе могло случится ежесекундно, все его старания пойдут насмарку.

Гибель отца и грянувшие затем взрывы окончательно убедили Джамала в том, что в поместье вторглись серьезные враги. И он решил отступать через женскую половину особняка - ту, откуда пока раздавались лишь вопли, но не выстрелы.

Куприянов ринулся в погоню. Ведомство промаркировало для него две обязательные цели - отца и старшего сына, - и упускать вторую он не имел права.

Семейство Зухайра ад-Дина оказалось большим и воинственным. Джамал отступал по коридорам с боем, причем отстреливался он не один. Здешние женщины тоже знали, как обращаться с автоматами. И смелости им было не занимать, но вот тактике боя их никто не обучал. А Безликий, даже торопясь, не забывал об осторожности. Она была тем более нелишней в незнакомом доме, чьи темные коридоры озарялись лишь вспышками выстрелов и трассирующих пуль.

Не забыл капитан и про тепловизор, который включил сразу, как только в нем возникла нужда.

Весть о гибели главы семьи и нависшая над нею угроза заставили женщин взяться за оружие. Самые отчаянные из них выскакивали с автоматами в коридор. Правда, лишь затем чтобы выпустить одну очередь и тоже умереть. Интрудер скашивал их прицельными выстрелами. А некоторых - еще до того, как они успевали нажать на спусковой крючок.

При виде столь яростного сопротивления Кальтер-1 начал без раздумий стрелять во все, что движется. И Кальтер-2 не отступил от этого принципа. А дабы не схлопотать пулю в спину, он распахивал двери комнат и, если инфракрасный сканер кого-либо засекал - кидал туда гранату.

Вскоре Безликий стал ощущать себя натуральной лисой в курятнике. Он был гораздо хладнокровнее, расчетливее и опаснее тех, кто покушался сейчас на его жизнь. И эта тактика как всегда приносила свои кровавые плоды, ведь воевать иначе капитан Куприянов не умел.

Как и в первый раз, Кальтер-2 поймал в прицел Джамала в самом конце коридора, что заканчивался выходом на террасу. Судя по мельканию в дверном проеме силуэтов, беглец выгнал туда часть женщин. Но сам при появлении интрудера не побежал за ними, а метнулся к двери, что вела в крайнюю комнату справа.

Джамала сгубило то, что прячущиеся там домочадцы успели подпереть дверь. Откройся она с первого толчка, и парень скрылся бы от убийцы в комнате. Но новому главе семьи пришлось стучаться, уверять, что он - свой, и просить, чтобы его впустили.

За этим занятием и застал его Куприянов, тут же всадивший ему две пули в бок и одну в висок.

Дверь все-таки открылась, только поздновато. И Джамал не переступил порог комнаты, а рухнул через него с наполовину отстреленной головой. Тотчас изнутри раздался истошный вопль, и Безликий заметил, как трясущаяся женская рука подхватила с пола выроненный мертвецом автомат.

Однако женщина не выскочила в коридор, а осталась в комнате. Вооруженная и не менее опасная, чем остальные ее родственницы.

Все приоритетные цели интрудера были устранены. Но ему еще было поручено сфотографировать трупы Зухайра и Джамала, снять у них отпечатки пальцев, а также взять образец крови на анализ.

Капитан мог этого не делать, если бы в поместье оставались охранники. Но он слышал лишь верещанье убежавших наружу женщин - кажется, они спустились с террасы по пожарной лестнице, - и больше ничего. А значит у капитана не было причин уклоняться от сбора доказательств.

Засевшая в последней комнате женщина явно готовилась открыть огонь. Гранат у Кальтера не осталось, но автоматчица, похоже, была там одна. Поэтому он, не заглядывая в дверь, сунул туда ствол ВМК и дал очередь. Так, чтобы веер пуль прочертил всю комнату.

В ответ изнутри тоже ударила очередь, только крик женщины изменился. Теперь в нем была одна лишь боль, без скорби и ярости. Хороший признак. Как и то, что последние вражеские пули улетели не в дверь, а в потолок.

Безликий дождался, когда стрельба умолкнет, и заглянул в комнату.

Автоматчица стояла почти у двери, и большинство пуль интрудера угодило в нее. Корчась в предсмертной агонии, она сучила ногами, скребла по полу пальцами и пыталась уползти вглубь комнаты. Туда, где тепловизор убийцы только что засек еще одного человека. Его-то, видимо, и хотела защитить из последних сил истекающая кровью женщина.

И Кальтер-2 отлично помнил, к кому именно она ползла...

Глава 30

Младший сын хозяина, пятилетний Хабиб Ибн Зухайр ад-Дин кричал не переставая. Но не от боли, а от испуга. Он был цел и невредим - выпущенная Безликим наугад очередь его не задела, хотя в стене над его кроватью виднелись две дырки от пуль.

Повезло? Это был простой вопрос, и Кальтеру-2 предстояло дать на него ответ. На первый взгляд, тоже простой: либо да, либо нет.

Но даже Кальтер-1 ответил на него не сразу. Невзирая на свой юный возраст, Хабиб тоже был промаркирован Стратегом как помеха. Что виделось логично и дальновидно. Незачем оставлять в живых сына террориста, ведь почти наверняка этот ребенок, когда вырастет, пойдет по стопам отца и брата. И вдобавок будет гореть желанием отомстить за убитую семью. Вот Ведомство и подстраховывалось, что было в его правилах. С той лишь разницей, что на Хабиба повесили ярлык второстепенной, а не главной цели.

Это означало, что если интрудер не наткнется на мальчишку, то искать его целенаправленно было не обязательно. Ведомство тщательно подчищало за собой следы, но все же не заставляло оперативников гоняться за детьми. Только за Хабибом гоняться не пришлось, ведь он никуда не убегал. Напуганный ребенок сидел на кровати, глядел на мертвую мать и кричал. И так уж вышло, что между ним и убийцей не осталось ни одной преграды.

Кальтер-1, помнится, тоже замешкался. Он не любил ненужное кровопролитие, а текущий приказ давал ему право выбора. Поэтому он выделил себе три минуты на раздумье - ровно столько потребовалось для сбора доказательств смерти Джалила. После чего интрудер принял верное, как ему тогда казалось, решение: согласился со Стратегом, убил мальчишку и постарался стереть этот мерзкий эпизод из своей памяти.

И стер. Правда, лишь до той поры, пока шесть лет назад Мастер Войны не заставил Куприянова снова вспомнить Хабиба Ибн Зухайра и его жалобные крики.

Кальтер-2 давно не служил в Ведомстве. И давно, как верно подметил Мастер, был не тем человеком, который в две тысячи втором году учинил резню в Сали Патра. И даже не тем человеком, который в две тысячи двенадцатом устроил бойню в чернобыльском Агропроме. Кальтер изменился. С тех пор, как в Зоне он спас жизнь ребенку, он порвал со своим прошлым и больше не убивал детей. А коварный цхет из Олита нарочно вернул его в прошлое и опять столкнул с Хабибом.