Роман Елиава – Тульский детектив III. Пропавшие винтовки (страница 12)

– Снимайте шинель, я сделаю чаю, раз уж придётся задержаться. И постарайтесь не наследить, – Вешкина с неодобрением посмотрела на сапоги полицейского.

Она провела его в светлую, с двумя окнами, столовую, в которой стоял небольшой столик, окруженный четырьмя стульями.

– Кухарка придёт только в обед, мы Вас не ждали, так что не обессудьте. Да, Вы садитесь, пока я приготовлю чай.

– Николай Сергеевич отсутствует? – Иван спросил про её мужа, присаживаясь.

– Да, повёз сукно в Курск, в понедельник только вернётся, – сказала, занятая самоваром, женщина.

– Он продаёт сукно? Как идут дела?

– Плохо идут! Ворьё в Курске склад обчистило. Куда только смотрит полиция! – Варвара Андреевна метнула косой взгляд на урядника. – Хорошо, что была страховка, но пришлось новую партию закупать.

– Сожалею.

– Сожалеет он… Как будто бы полиции есть какое дело до наших бед!

– Ваша сестра оставила Вам большое наследство, наверное, хватит поправить дела, – Трегубов пропустил ремарку Варвары Андреевны про полицию мимо ушей.

– А Вы чужие деньги не считайте. Да, оставила. Хоть какая-то польза, – женщина поставила на стол две чашки. – Сейчас уже вода нагреется.

– Вы что же, не ладили между собой?

Варвара Андреевна повернулась к Трегубову и сложила на груди руки:

– А как с ней ладить то? Вышла замуж за денежный мешок и хоть как бы помогла родной кровинушке! Так нет, всё эти выкрутасы: «Этот мне нравится, а эта – нет, вычеркну её из завещания». Разве ж это по-человечески, скажите?

– Наверное, нет. Она так со всеми?

– Со всеми. Брат – инвалид жениться собирается, попросил денег в долг на свадьбу, и знаете, что она сказала?

– Нет.

– «Твоя Хлопова – богатая вдова, вот пусть и оплачивает». Куда это годится?

– Да. Странно, – проговорил Иван.

– Странно? Просто стерва она, и всегда такой была. А Вы что пришли? Что узнать хотите?

– Варвара Андреевна, мы полагаем, что мог быть злой умысел.

– Убили её что ли? – удивленно спросила хозяйка, присев на стул.

– Есть подозрения, вот и выясняем детали происшествия, – ответил урядник. – Скажите, пожалуйста, Вы где были в ночь с воскресенья на понедельник?

– Так дома ночевали с Николаем Сергеевичем. А Вы, что же, нас подозреваете? – зло нахмурилась женщина.

– Нет, просто выясняю, может кто чего видел или знает.

– Осторожно кипяток, – сказала хозяйка, наливая чай, – так я ничего не знаю, почитай неделю не виделись. Последний раз была у неё, когда пьяный Васька приходил денег просить.

– Вы про Василия, сына её мужа?

– Про него, пропойцу окаянного.

– И что же, дала ему денег Анна Андреевна? – поинтересовался полицейский.

– Нет, конечно. У неё снега зимой не допросишься. Так и ушел восвояси опохмеляться.

– Получатся, что никто особенно не любил Анну Андреевну…

– За что же её любить? Я же говорю: как змея была, даром что сестра родная.

– Почему же она в последнее завещание всех родных внесла? – спросил Трегубов.

– А мне почем знать! Встала не с той ноги и внесла. У неё то одно на уме, то другое. Я её давно знаю, попривыкла.

– Вот и Яков Николаевич то же самое сказал.

– Не мудрено, он от неё натерпелся. Хотя сам виноват, не самостоятельный. Как со службы ушёл, так и не нашёл чем заняться. Другой бы хоть попробовал что, а этот всё со своей рукой на жалость давит. Мол, за Отчизну пострадал, а вы тут мещане бессовестные.

– Какие у Анны Андреевны были взаимоотношения с Верой Олениной, сестрой её мужа?

– С это старой девой? Да терпеть друг друга не могли. Эта уродина сушеная всех нас ненавидит.

– Ну, что Вы так? – смутился Иван, осторожно отпивая глоток из кружки.

– А что? Я правду говорю. Мне скрывать нечего! Относится к нам, как к попрошайкам уличным. Считала, что Аня захомутала её братца ради денег.

– Это не так?

– Этого я сказать не могу, не знаю, что он в ней нашёл. Но мужчины странные бывают, иногда им как раз стерву и подавай.

– Скажите, а Вы знаете, где можно найти Александра Михайловича, сына Анны Андреевны?

– Племянника? Так он, поди, как обычно в Москве с дружками кутит. Непутёвый. Разругались они с матерью в прошлом месяце. Но здесь я согласна с ней: нечего такому денег давать, давно пора было уже его образумить. Избаловали совсем!

– То есть, он тоже просил денег, но не получил?

– В этот раз – да. Аня, наконец, набралась храбрости и отказала. Сказала ему, что пока дело себе не найдёт, ничего не получит.

– А он?

– А он осерчал, накричал на неё и укатил в Москву.

– Получается, Вы не знаете, где его можно найти?

– Не знаю и знать не хочу! Думаю, как прознает про наследство, сам появится.

– Жаль. А вот что Вы думаете, почему она Павлу Миронову деньги оставила?

– Павлику?

– Да.

– И много оставила?

– Две тысячи, – поколебавшись, ответил Трегубов.

–Матерь Божья! – удивилась Варвара Андреевна.

– Так всё же?

– Вот кобель он, этот Павлик! Ни одной юбки не пропустит! Значит, что-то было у них с Аней, – злобно проговорила Варвара Андреевна.

– Понятно. Спасибо, Варвара Андреевна! У меня всё, не буду Вас задерживать.

– Так Вы и мне ответьте, только честно: сама упала или убили её?

– Мы подозреваем, что её столкнули.

– Вот ужас то… И кто же это сделал?

– Пока неизвестно.

После проведенных допросов просветления у Ивана не наступило. Да, все не любили Анну Андреевну, но никто не выглядел как преступник. Когда Трегубов вошёл к Столбову, Илья Петрович сидел в прострации над разбросанными по столу листами бумаги. Иван понял, что это допросы мастеров и рабочих с завода.

– Ничего? – спросил он.