Роман Елиава – Повелители торнадо (страница 5)

– А какие цели у шулмуса? – спросил Мерик.

– Не знаю, – растерялся Янук.

– Говорят, он идет, чтобы поквитаться с карамами. Разве ты не хотел того же.

– Я хотел поквитаться только с одним карамом, – тень легла на лицо Янука, – который увёз мою дочь, но я получил известия, что Ирлик уже забрал его душу. Он мертв.

– Значит?

– Значит, мы должны победить шулмуса, – Янук серьезно посмотрел на Мерика.

– Хорошо, – улыбнулся Мерик. – Должны, значит победим. Пойду высплюсь, как предложил наш царь.

Он развернулся и пошёл прочь. Янук некоторое время смотрел вслед Мерику, пытаясь понять, что тот хотел. Затем, покачав головой, тоже пошёл спать.

Утром Янука разбудил глашатай Маркана. Тот приказал через час собрать воинов. Янук оделся и начал собирать людей, часть их должна была собрать шатры и вернуться назад, для защиты оставшихся стариков, женщин и детей.

– Играм, – сказал он своему младшему сыну, – возьми два десятка и возвращайтесь назад.

– Но отец, будет же битва. Я не могу уехать, бросить тебя и Маркана. Пошли кого-нибудь другого.

– Ты не можешь бросить свою мать и свой народ, их нужно защищать, вдруг черные нагрянут. Их стало много.

– Говорят, что все черные с шулмусом.

– Играм, это не обсуждается, жизни наших родных я доверяю только тебе.

– Хорошо, отец, я выполню твоё поручение, – без энтузиазма согласился Играм.

– Молодец! – Янук положил руку на плечо сына и посмотрел ему в глаза, – если мы не вернемся, ты станешь вождём, будь мудр и осторожен.

Играм кивнул, а Янук вскочил на коня и поехал к Маркану. Все шатры были уже собраны, и вереницы навьюченных лошадей потянулись прочь от оазиса, где оставались одни воины.

Вокруг Маркана собрались остальные вожди. Янук поискал глазами Мерика, но не увидел.

– А где Мерик? – спросил он вслух.

– Мерик ушел ночью, – ответил, услышавший вопрос Янука, Маркан. – Но сейчас не время о нём думать, с ним мы разберемся потом.

«Не решил ли Мерик присоединиться к шулмусу?» – подумал про себя Янук. Они построились в колонну, и отряд за отрядом выступил из оазиса. Через час Маркан привел их на самую высокую точку окрестностей оазиса. Пологий скалистый холм, окруженный со всех сторон высушенной солнцем землей вперемешку с песчаными барханами. С него открывался обзор во все стороны.

Вражеское войско появилось достаточно быстро, оно шло прямо на армию Маркана. Царь пока выжидал. Он не хотел терять преимуществ своей позиции, откуда конница по твердой поверхности холма могла сверху атаковать противника.

Когда враги приблизились, Янук понял, что их меньше, а половина армии вообще была пешая, и состояла большей частью из черных нулгов. У Маркана все были конные. Поэтому Янук почувствовал некоторое облегчение – у них преимущество. Затем его внимание привлекла фигура в черных одеяниях на большом черном коне. На всаднике был шлем из черного метала, какие обычно носят карамы. Забрало было опущено.

«Шулмус!» – с содроганием осознал Янук. Всадник остановился, его войско подтянулось за ним. Внезапно сзади послышался нарастающий гул, Янук оглянулся. Десятки шаманов взялись за руки и начали хором заговаривать шулмуса. Янук знал, что шулмусы не терпят, если их ругают, но насколько это может помочь? С другой стороны, всадник как всадник, просто воин. Может, все рассказы преувеличены? Может, вообще, это – обычный воин, а не сказочное существо, мелькнула мысль.

Маркан дал приказ и нулги, медленно разгоняясь, поскакали в атаку. Янук и остальные одели колпаки, чтобы не дышать пылью и песком, которые поднимали копыта многочисленных лошадей. Сквозь прорези для глаз Янук видел, что в армии шулмуса никто не движется, не готовится к отражению атаки. Очень странно. Он медленным движением вытащил саблю из ножен и поудобнее расположился в седле, конь набирал скорость. Янук думал уже, что ничего необычного не произойдёт, всё обойдется обычным боем, когда фигура в шлеме выехала вперед навстречу атаке. За фигурой никто не двинулся. Она одиноко сидела на коне, ожидая атаки нулгов, только ветер заиграл песком вокруг неё.

Через несколько мгновений вокруг коня закрутились вихри, а затем из них выросло песчаное торнадо, в котором полностью исчезла зловещая фигура шулмуса.

Шулмусы – это повелители смерчей и торнадо, внезапно вспомнил сказания нулгов Янук. Тем временем торнадо вырос до огромных размеров, затягивая в себя всё больше и больше песка. Этот песок закручивался в смерч, который уже уходил в голубое небо, заглушая вой шаманов и стук копыт лошадей. Атакующие нулги поневоле стали замедляться, не смея отвести глаза от торнадо, пока не остановились совсем.

И тут вся эта масса песка, свистя и завывая, внезапно обрушилась на них. Янук вцепился в гриву коня, чтобы не упасть от удара, гонимого ветром, песка, конь заржал, но его почти не было слышно из-за звуков ветра. Конь резко развернулся боком. Хорошо, что Янук вовремя закрыл глаза, но веки болели от песка, залетевшего сквозь прорези колпака. Дышать стало очень трудно, как будто воздух стал плотным и осязаемым и просто не пролезал в нос и рот. Конь снова развернулся. Янук потерял ориентацию в пространстве, и перестал что-то слышать, кроме жуткого свиста. Песок был снизу, песок был сверху, песок был вокруг. «Шаманы не помогли», – мелькнула мысль в его голове.

Внезапно, на мгновение Янук почувствовал, что он стал очень легким и словно проваливается куда-то. Он с удивлением понял, что летит куда-то вместе с конем, прямо сидя в седле. Из состояния удивления его вывел удар, который чуть не выбил из седла. Краем глаза Янук увидел, что это – другой воин, который отскочил от него и исчез в песчаной преисподней. Самого Янука закрутило внутри торнадо вместе с конем так, что голова закружилась. Но как истинный нулг, он оставался в седле и даже не потерял саблю. Снова неожиданно наступило чувство невесомости. Янук прямо вместе с конем с огромной силой ударился о землю. Его конь дико заорал, ноги коня смягчили удар, в одно мгновение сломавшись во множестве мест. Конь резко начал заваливаться набок. Янук, опытный всадник, даже не задумываясь о происходящем, сразу попытался соскочить, но всё происходило очень быстро. Не хватило буквально доли секунды. Туша придавила левую лодыжку Янука, давя и ломая кости. Он упал набок, осознав, что торнадо кончился. От дикой боли потемнело в глазах. Он уперся здоровой ногой в ещё хрипящего коня и вытянул из-под него изуродованную ногу.

Янук огляделся, вокруг него валялись тела коней, людей и их частей, местами присыпанные песком. Кто-то стонал, кто-то кричал. Он уперся руками в песок и встал на правую ногу, чтобы осмотреться. Их армия перестала существовать. Равнина была вся усеяна телами, где-то кто-то шевелился, кто-то пытался встать.

Нулги шулмуса двигались единым фронтом, добивая уцелевших из армии Маркана, которая перестала существовать за одну минуту. Шаманы оказались беспомощны перед посланником Илрика, повелевающим торнадо.

Сейчас этот повелитель торнадо двигался прямо на Янука черным силуэтом на фоне светящего в лицо солнца. Нулг попытался для устойчивости опустить больную ногу на землю, но острая боль пронзила его, и он снова быстро её поднял. Придётся на одной ноге. Он выставил вперед саблю, даже не задумываясь о сдаче в плен. Он собирался драться.

Всадник остановился напротив, в недосягаемости от Янука, в его руке тоже была сабля, уже покрытая местами кровью. Шулмус рассматривал упрямца через поднятое забрало шлема. Янук встретился взглядом с голубыми глазами девушки, которая легким движением направила коня вперед. Где он мог видеть это лицо? Его, поднявшаяся было, сабля застыла в то время, как клинок девушки стремительно полетел вперед, чтобы пронзить горло Янука.

– Шарана! – удивленно прохрипел нулг, захлебываясь собственной кровью.

Валиан

Поначалу всё шло хорошо. Арии ушли, и Валиан вздохнул с облегчением. Он понял, как сильно боялся своих незваных союзников. А когда пришло известие о том, что они уничтожены, Валиан почувствовал себя гораздо увереннее властителем Лотгарда. Даже лучше, чем раньше. Он делал всё, что хотел и не терпел противоречий. Любой, кто ему не нравился, становился просто пищей. Его переполняли эйфория и энергия, он как будто не ходил, а летал. Он не чувствовал физических ограничений, он практически потерял необходимость во сне, казалось, что он может всё. Чтобы сохранять это состояние, ему требовалось по жертве в час, и он получал жертвы бесперебойно.

Валиан не замечал, что он забросил все дела, что занят только убийствами и получением наслаждения от них. Тем временем, всё вокруг разваливалось. Бежать начали не только люди, но и его гвардейцы. Никто не чувствовал себя в безопасности. Двоих солдат, думавших, что ночь даст им шанс, он высосал, а трупы повесил на воротах в назидание другим. Но этот поступок имел обратный эффект, бегство из города только усилилось.

В какой-то момент начались проблемы с поставками. Если раньше он питался сильными мужчинами, то сейчас чем придётся – старики и женщины. А потом, как-то никого не поймав, солдаты привели ему ребенка. Мальчик дал меньший приток сил, но больше удовольствия. Ему понравилось. Валиан приказал тащить ему детей. Большая часть оставшейся гвардии дезертировала, а горожане бежали в горы, поскольку море было недоступно, корабли давно избегали Лоттгард.