Роман Елиава – Наследники (страница 6)

Ребята остались ждать, когда разъедутся все знатные гости, как и обещали усатому стражнику, постоянному клиенту тетки Грира. Пока они сидели в ожидании, в помещение снизу зашли люди.

– Герцог, вы сегодня были лучшим, – раздался голос.

Ребята переглянулись и припали к щелям в полу. В одном человеке внизу Харл опознал герцога Луга, опознал по доспехам. Две других макушки – одна седая, другая бритая на лысо – ему ни о чём не говорили.

– Не нужно, – ответил Луг, хотя по голосу ощущалось, что лесть ему была приятна, – вы же видели, как быстро барон уложил меня.

– Да, но он был свеж, а сколько схваток сегодня провели Вы?

– Вы правы, – согласился герцог, – если бы не это, я мог бы победить его. Но мы же собрались не турнир обсуждать, перейдем к делу.

– Вы слышали, как вас сегодня приветствовал народ? – спросила седая голова.

– Да. И что из этого? Им понравилось, как я дрался, но мнение толпы переменчиво.

– 

Да, вы правы, – сказал седой. – И умны, не по годам, – герцог в ответ слегка поклонился головой. – Но Вы недооцениваете собственную популярность. Вас любит не только народ. Вы – лидер знати, Вы – представитель одной из самых знатных крестианских фамилий, прекрасный воин.

– Допустим, и что же?

– Вам не кажется, что нам нужно восстановить государство и нашу веру?

– Не понял? – растерялся герцог.

– Что вы не поняли? – раздраженно сказал седой и возбужденно заходил по комнате. – Всё понятно. Все ключевые посты заняты тьорцами. Наша вера попрана. Церковь больше не имеет власти. В следующем году они хотят открыть университет в городе.

– Но императрица Анихильда …

– Не говорите мне об этой тьорской шлюхе! Она отдала страну врагам, как приданное!

– Мне не нравится ход ваших мыслей, – заявил герцог. – Вы что же, предлагаете измену?

– Измену?! Нет, наоборот, я Вам предлагаю вспомнить про Вашу родину и возглавить её патриотов, во имя святого перекрестия изгнать чужаков. Это – дело чести, а не преданность оккупантам. Вспомните: Ваш отец погиб за эту страну, за нашу веру.

Харл пошевелился, и на макушку седого посыпался песок. Тот быстро вскинул глаза наверх.

– Кто там?!

Ребята отпрянули от щелей. Харл узнал владыку Пайена, главу церкви перекрестия.

– Харт, проверь! – приказал Пайен. – Пойдемте герцог.

Послышался скрип деревянной лестницы.

– Прячься, – прошептал Грир Харлу и запихнул его за груду досок, прикрыв сверху какой-то тряпкой.

В это время в помещение вошел человек, которого назвали Хартом.

– Дяденька, здравствуйте, Вы тот плотник, которого я жду? Меня здесь оставили ждать плотников, – услышал Харл жалобное вранье друга.

После этого наступила тишина. Затем снова раздался скрип лестницы. Харл посидел немного, не зная, что ему делать. Потом решил потихоньку выползти и выглянуть из-за досок. Он аккуратно развернулся и тихонько на четвереньках пополз вбок, умудрившись по дороге влипнуть в краску. Он осторожно выглянул и никого не увидел. «Неужели они ушли? – мелькнула мысль в голове мальчика. – Не может быть! – отогнал он ее. – «Наверное, этот Харт похитил Грира. Они же затевают мятеж!» – вдруг с ужасом осознал Харл и встал на ноги. Он сделал шаг в сторону двери и споткнулся. Взглянув вниз, он увидел тело Грира с остекленевшими глазами в огромной луже крови. Харл со страхом посмотрел на свои ладони, они были в крови, а не в краске.

Амалан

Некогда высокая и густая трава была полностью вытоптана тысячами ног и теперь лежала на земле пожухлым ковром. Высокая влажность в такой жаркий день мешала дышать и напоминала о тропическом лесе, раскинувшем свою зелень неподалёку от лагеря. Среди множества разноцветных шатров один выделялся своим размером. Он был предназначен не только для сна, но и для проведения совещаний.

Сейчас в нём находился только один человек, вернее, юноша с русыми волосами и круглыми серыми глазами, над пухлой верхней губой пробивался темный пушок волос. Юноша сидел в плетеном из речного тростника кресле и был погружен в свои думы. Глаза незряче смотрели на вход в шатер.

Его размышления были прерваны посетителем. В шатер вошла красивая и стройная женщина, на вид около тридцати лет. При ближайшем рассмотрении можно было обнаружить определённое сходство с юношей: те же круглой формы глаза и высокие скулы лица. Родственную связь тутже подтвердил и сам хозяина шатра.

– Мама, – приветствовал, вставая, вошедшую женщину юноша. – Я не ожидал тебя увидеть так рано.

– Время не ждёт Амалан. Нам нужно продумать всё сейчас, нельзя упустить момент.

– Но у нас больше нет проблем, мы победили. Разве не так?

– Ты еще очень молод и не понимаешь, что всё только начинается. Победить врага на поле боя гораздо сложнее, чем потом держать его в подчинении. Вспомни, чем это закончилось для солнечных.?

– Но они держали всех в рабстве сотни лет, – нахмурился Амалан, сын Малкана.

Он нервно зашагал по шатру. В свои шестнадцать лет юный царь кассинов не знал поражений на поле боя. Вчера его армия разбила немногочисленный отряд солнечных, подкрепленный толпой необученных и трусливых рабов. Они стояли в трехчасовом переходе до развалин города солнца, последнего прибежища остатков солнечного народа.

– Сын, мой, – продолжила Лодира, – гибель твоего отца и моего мужа не должна стать напрасной. Мы должны навсегда ликвидировать угрозу для нашего народа, чтобы не повторить судьбу горцев.

– Хорошо. Что ты предлагаешь? – усаживаясь в кресло и указывая матери на другое, спросил молодой царь.

– Нам нужно позволить рабам восстановить свои племенные государства.

– Что?! – вскочил от неожиданности Амалан. – Да, что такое говорит моя мать? Какой злой дух затмил твой разум?! Мы только что, шаг за шагом, подчинили себе всех от моря до моря… А ты предлагаешь уйти назад, чтобы все наши труды пропали? Жизни моих воинов отданы напрасно?

– Садись, сын. И успокойся. Послушай, что тебе скажет мать.

– Слушаю, но надеюсь у тебя весомые доводы для таких заявлений? – спросил царь, снова усаживаясь в кресло.

– Какой была главная проблема солнечных всё последнее время, ответь мне?

– То, что рабов было намного больше, чем воинов солнечного народа, – не задумываясь, ответил Амалан.

– Правильно! Опасность исходила не от небольших разнородных племен, которые в своё время успешно, как и ты сейчас, покорил солнечный народ, а от большой однородной массы рабов.

Юный царь задумался. Его мать внимательно наблюдала за его реакцией.

– Ты хочешь сказать, что для нас лучше иметь множество небольших потенциальных врагов, чем одного большого, потому что не все небольшие смогут всегда между собой договориться?

– Правильно, – глаза матери засверкали гордостью за своего сына. – Ты всё понял верно. Не нужно будет постоянно устраивать восстания и чистки, чтобы удержать власть. В таком состоянии она сама будет себя поддерживать.

– Продолжай, – попросил Амалан.

– Сейчас ты можешь выступить в роли освободителя племен от солнечного народа. В каждом племени ты сможешь поставить угодного тебе вождя, которому потом придется самостоятельно тратить усилия для сохранения власти. Не ты будешь поддерживать власть мечами своих воинов, а каждому вождю придется самостоятельно находить подход и к тебе, и к своему народу.

– Ну, а если он будет против меня?

– Ты легко поменяешь его на нового человека.

– Но как?

– Уверена, что в каждом племени найдутся люди, которые с удовольствием ради получения власти заменят предыдущего вождя.

– Да, ты права: проще заменить одного человека, чем подавлять восстания. Но нам будет сложно управлять племенами. Нужно будет постоянно следить, чтобы вожди не договорились между собой.

– А для этого нужно взять все отношения между вождями под контроль.

– Прости, не понял тебя?

– Я предлагаю организовать Союз Племен, где решения будут приниматься большинством вождей.

Амалан открыл рот от удивления.

– Мама, я тебя перестаю понимать. Что им помешает сразу объединиться против нас?

– Представь себе: два десятка алчных людишек, у каждого из которых свои мелкие интересы. Как они договорятся?! Молчишь? Они все будут искать твоего расположения, чтобы получить преимущество перед другими. Они будут грызть друг другу глотки за поддержку кассинов.

– Мама, твои советы воистину бесценны! Ни у кого нет такой матери! – восхищенного проговорил молодой царь. – Таким образом, мы сможем долго править. Даже недовольство людей будет направлено не на нас, а на собственных правителей. А мы сможем быть справедливыми арбитрами, конечно же, с учетом наших интересов.

– Ты тоже молодец! – улыбнулась Лодира. – Весь в своего отца, – тень печали затуманила на мгновение её глаза. – Он тоже был очень умным, как и его отец, в свою очередь. Недаром только мы, кассины, смогли сохранить свою независимость. Но он дорого заплатил за это, мы дорого заплатили, – она замолчала.

– У нас всё получится, – сказал Амалан, вставая и обнимая свою мать.