Роман Башаев – Самый тёмный угол. Сборник рассказов (страница 6)
– Я понял, – осмотревшись, сказал посетитель. – Подкупаете клиента простотой. Мол, нет никакой мишуры, в отличие от конкуренток.
– Да у меня и конкуренток нет, – пожала плечами «ведьма». – Настоящих, по крайней мере… А вы что хотели-то? Интервью? Или просто посмотреть, чтобы потом
Максима покоробило от неожиданно грубого слова. Ольга так широко улыбнулась, что он понял, кто в этой комнате настоящий «тролль».
– Ну зачем же так? Я за честность. Если вы и правда обладаете неким даром, то докажите. С меня – самый положительный обзор. Ну а если мошенница…
– И чем же доказать?
– У меня есть фобия. Но вы, конечно, и так уже знаете?
– Нет, не знаю. Я же мистик, а не психиатр. Мне надо вас послушать, установить связь, тогда я… прочитаю.
Максим изобразил разочарование:
– Так я и думал… Я вам расскажу о себе, а вы из этой инфы наделаете выводов. В чём же магия?
Ольга положила руки перед собой и скрестила пальцы, приняв позу внимательного слушателя:
– А вы сами выбирайте, что мне говорить. Можете пороть любую чушь, не имеющую к вам отношения. А потом посмотрим, какие выводы я наделаю. Идёт?
Максим почесал затылок и начал рассказывать. Всё подряд, о своём детстве, о родителях, об учёбе и семейной жизни. Он пытался хитрить и путать следы, постоянно добавляя события, которых не было, приписывая себе черты характера, которых не имел. Всё это время собеседница неподвижно слушала, иногда прикрывая глаза. Казалось, что она задрёмывает. В один из таких моментов её волосы у правого уха странно зашевелились. Ольга вздрогнула, словно её что-то разбудило. Через пару минут повторилось то же самое. Рассказчик невольно уставился на голову «ведьмы», ожидая сюрпризов.
Несколько тонких прядей вдруг отделились от остальных и заскользили вниз по белой блузке. Чёрный мохнатый паук размером с перчатку соскользнул по гладкой ткани и с тихим стуком упал на полированную поверхность.
Чувствуя, что внутри всё похолодело, Максим выдавил из себя улыбку:
– Как зовут зверюшку?
– Гришка, – невинно улыбнулась Ольга.
Она спокойно взяла «Гришку» за бока и положила на середину стола.
– Не бойтесь, он не укусит.
– Только понюхает? – беспечно отшутился посетитель, но резко осипший голос проваливал к чертям всю конспирацию.
Максим смотрел на огромную тварь и чувствовал, как у него немеют ноги и поджимается мошонка. Сердце долбило где-то в районе глотки, не позволяя дышать. Восьминогая «перчатка» неподвижно таращилась всем набором бусинок. Казалось, что каждой ворсинкой своего тела существо ловит малейшее движение, чтобы совершить бросок. Интересно, птицееды умеют прыгать? Одна из лапок паука резко дёрнулась, и человек с воплем отскочил от стола, перевернув стул. Кот на диване злобно зашипел.
Немного переведя дух, Максим искренне заулыбался:
– Угадали с первой попытки, браво! Кто там ещё в запасе, если бы паук не сработал? Змея в рукаве?
Ольга непонимающе развела руки в стороны:
– Какой паук?
На столе было пусто. Парень начал лихорадочно отряхиваться, ощущая новый прилив паники. Громкий мелодичный смех привёл его в чувство. Наконец-то он всё понял, поднял стул и уселся обратно, напротив «ведьмы».
– Гипноз, да? Круто!
Ольга смотрела на него без тени иронии:
– Человека загипнотизировать не так-то просто. Вы видите тут какой-нибудь маятник, волчок, шарик? Что-то блестящее? Разве я делала какие-нибудь пассы руками? Говорила что-нибудь? Нет. Вы постоянно думали о своей фобии, чтобы её случайно не выдать. Я лишь уловила и помогла материализовать.
– И насколько она теперь… материальна?
– А это зависит от вас.
***
Когда Светка пришла с работы, её муж спал, сидя за столом и уткнувшись лицом в клавиатуру ноутбука.
– У тебя скоро «ворд» закончится, – сказала девушка вместо приветствия.
Максим встрепенулся, щурясь на экран. Защита от случайных нажатий сработала без нареканий.
– Ну что, шарлатанка она? – крикнула жена с кухни, шурша пакетами.
– Ещё какая! – буркнул блогер, закрывая документ с единственным написанным за вечер абзацем. – Свет, а она правда санитаркой работает?
– Да.
– Странно. Образованная, довольно привлекательная…
– Что за пренебрежение? – Светка зашла в комнату с тарелкой бутербродов и кружкой чая.
– Просто ей бы в офис. Или в педагогику.
– А тебе бы уже хоть куда-нибудь.
Ночью, когда супруга мерно сопела под боком, он всё вертел в голове одно и то же предложение, никак не находя оптимальный вариант. Сценарий разоблачения рождался в огромных муках. Плюнув и уже собираясь задремать, Максим услышал тихий звук рядом с головой. Так иногда щёлкает сломанное перо в подушке, но почему-то его не устроило такое объяснение. Вдруг таракан упал с потолка? Брезгливо морщась, человек нащупал смартфон на тумбочке и включил фонарик, собираясь дать бой наглому насекомому.
На подушке сидел паук. Не слишком большой, но весьма неприятный. Явно не из домашних тонконогих, которых Максим не боялся. Он поднял с пола носки, надел оба на одну руку и импровизированной варежкой сгрёб восьминогого с подушки, стараясь не прислушиваться к тактильным ощущениям. Прошлёпал босиком на кухню и выкинул тварь в форточку вместе с носками. Вернувшись в спальню, долго осматривал постель с фонариком, чем вызвал недовольное мычание супруги. Когда он, наконец, улёгся, его била мелкая дрожь. Слишком не вовремя вспомнился «Гришка». Воплощённая фобия, материальность которой зависела от человека. Ну а раз так…
На душе вдруг стало легко и спокойно. Послышался новый щелчок по подушке. Потом ещё один – по одеялу, в районе живота. И ещё, и ещё, словно в спальне начинался дождь. Лёжа на спине, человек под одеялом сделал глубокий вдох и с улыбкой прошептал:
– Троллишь, ведьма? Нет тут никаких пауков.
На лицо словно кинули шерстяную перчатку. Она тут же засучила «пальцами» и, пробежав по шее, нырнула под одеяло. Долгая секунда оцепенения и осознания. Максим истошно заорал и начал лупить себя по груди и животу, упал на пол, брыкаясь и путаясь в одеяле. Яркий свет ослепил и немного привёл в чувство. Перепуганная Светка стояла в пижаме у выключателя.
– Ты чего, Макс?..
Он выпутался из ткани, молча встал и начал осторожно перетряхивать постельное бельё.
– Извини, Свет… Показалось, что я в дом паука притащил. Здоровенного.
– Твою мать! – девушка выхватила у мужа одеяло, замоталась в него и щёлкнула выключателем.
– А я?
– А тебе рано не вставать, придурок!
Светка рухнула в своём «коконе» на постель и накрыла голову подушкой. Максим понял, что до утра уже не уснёт. Он прошёл на кухню и достал из холодильника бутылку водки. Нервы надо лечить…
Утром сильно болела голова, а во рту было мерзко. Невольно подумалось, не могла ли туда заползти восьминогая тварь? Мысль вызвала тошноту, и ненадолго сделалось легче.
Максим шёл по нагретому уже асфальту, сожалея, что поздно проснулся. Летний зной не способствовал улучшению самочувствия, но откладывать визит было нельзя. Договорятся как-нибудь. Ей – хороший обзор, ему – разгипнотизирование, или как это правильно называется? «Снятие порчи», – усмехнулся блогер, но был согласен даже на такую формулировку.
В сквере привычно ошивалась стайка бомжей, собиравших бутылки и клянчивших мелочь. Издалека слышалась их ругань: кто-то пролил мимо стакана, и ему клятвенно обещали оторвать руку. Один из бездомных тут же увязался за одиноким прохожим. Из задумчивости парня выдернул сначала резкий гнилостный запах, а потом уже картинка и звук. Половина лица бомжа была фиолетовой и опухшей. Из глазницы торчало нечто белесое, напоминавшее виноградину без кожуры и обильно сочившее гноем. Размазав жидкость по свалявшейся бороде, бездомный той же рукой потянулся к Максиму. Тот брезгливо кинул ему в ладонь пару монет и ускорил шаг.
– Нахрена мне твои деньги! – рявкнули в спину.
Монеты звонко посыпались на асфальт, а шаркающие шаги догоняли. Стоило обернуться, и в лицо тут же вцепилась грязная пятерня:
– Отдай мне глаз! Тебе хватит и одного!
Отпихнув нападающего, парень бросился бежать, слыша вслед хриплые вопли:
– Мне нужен глаз! Зачем тебе два?! Отдааай!!!
Миновав сквер, Максим забежал в первую попавшуюся аптеку и купил антисептик. Долго мочил платок и оттирал лицо. Спирт попал в глаз, отчего пришлось с руганью промывать его водой под ближайшей колонкой. Подойдя к припаркованной неподалёку машине, он повернул зеркало на дверце, осмотрел опухшие веки, покрасневший глаз и глубокие царапины на щеке.
– Вот тварь!..
Пожалуй, что на сегодня хватит. Не стоило давать «ведьме» лишних поводов для издёвки. Прикрывая половину лица платком, Максим зашагал обратно к дому, свернув в переулок, чтобы обойти злополучный сквер.
***