Роман Артемьев – Отец Народа (страница 41)

На мой взгляд, настолько плотная опека, во-первых, избыточна, а во-вторых, бессмысленна. В составе посольства прибыли Тукаевы, а они уже лет пятьсот связаны с шакалами, у которых переняли многое. Мировоззрение, заклятья, частично образ мышления. К шакалам я отношусь очень настороженно именно в силу эффективности их методов. Да, этот Народ малочисленнен, да, почти все они — упоротые религиозные фанатики; сумасшедшие сектанты, погруженные в мистицизм. Однако они умудрились создать собственные методики использования золотого тела, скрестив старые разработки с демоническими практиками, и противостоять их творчеству нам очень и очень сложно.

Ха! Так гильдейские, небось, решили, будто я в составе посольства приехал. Ну, мне же проще.

Зато ко мне подкатили с интересным предложением.

— Потрясающая вещь, — на самом деле, не особо, но откуда торговцу разбираться в тонкостях? — Семейная реликвия или трофей?

— Второе. Племянник принёс с последнего задания.

— Он у вас удачливый! Изделия крабов, даже самые простые, высоко ценятся. Вы смогли определить, какими свойствами обладает заколка?

— Защищает хозяйку от дождя и мелкой пыли. Бесполезная вещь для мага.

— Зато её с радостью купят придворные дамы, господин Липский! Поверьте слову купца!

— Я с вами полностью согласен, они любят подобные вещички. Жаль только, что в ближайшее время никто из наших в столицу не собирается, а продавать здесь… — мужчина с сомнением покачал головой. — Разве что отдать на реализацию. Возьметесь? За десятую часть?

— Конечно, — согласился я. — Примерно через месяц мне потребуется покинуть Триединство, покупателя найду легко. Заключим договор?

— Мне достаточно расписки.

— Благодарю за доверие, господин Липский. Приложу все усилия, чтобы его оправдать. Тогда прошу написать гарантийное письмо или справку для предъявления страже — они, к несчастью, даже в подобных мелочах требуют подтверждения происхождения предмета.

— Происхождение? В первый раз слышу, господин Дершин.

Лицом он владел превосходно, эмоции тоже жестко контролировал. Кого другого мог бы обмануть.

— Вы, вероятно, не сталкивались с подобными ситуациями прежде, — с понимающим видом покивал я. — Дело в том, что предметы, находящиеся в особом списке, разрешено вывозить за пределы Триединства только с разрешения администрации. В список входят в том числе любые артефакты, изготовленные руками… и другими конечностями мастеров звериных Народов. Поэтому, чтобы доблестные стражи порядка не обвинили меня в контрабанде, мне следует предъявить им соответствующую бумагу, что заколка получена от вас. Кланы имеют право продавать трофеи, проблем не возникнет.

— Вот как? Сколько же у нас бюрократии.

— Разделяю вашу скорбь, полностью разделяю.

— Хорошо, я понял вас. Последний вопрос — как скоро вы сумеете продать заколку и перечислить деньги?

— Ну, с перечислением проблем не возникнет, это дело пары дней. Банки давно наладили надежную связь. Немного сложнее со сроками самой продажи. Примерно через месяц, как я уже сказал, я планирую покинуть Триединство по делам. Думаю, что буду отсутствовать тоже месяц, затем окажусь в столице, и уже там пристрою ваш трофей.

— То есть, самое меньшее, два месяца.

— Раньше, к сожалению, не получится. Мне очень жаль.

— В таком случае вынужден отказаться от сделки, господин Дершин, — маг склонился в «малом извинении». — В связи со свадьбой дочери, нам хотелось бы продать заколку поскорее. Простите, что ввёл в заблуждение.

— О, нет-нет, вам не за что извиняться!

Спустя минут пять расшаркиваний он ушел, оставив меня в легких сомнениях. То ли у Липских незаконно полученный трофей, который они пытаются незаметно продать в обход проверяющих и налоговиков. То ли Чеслава Дершина пытаются подсадить на крючок из компромата, для начала незначительного, уровня штрафов. Больше похоже на второе, но Липским-то зачем? У них ко мне никаких интересов нет. Хотя, возможно, он не для себя, а кому-то услугу оказывал.

Глава 20

Кварталы кланов-основателей располагались в вершинах треугольника, образующего первоначальную запретную часть Триединства. Сейчас она, конечно, разрослась по сравнению с планом, в город пришло множество новичков, а сначала предполагалось, что великие кланы станут основой будущей защиты. На самом деле недоверие тогда было сильно, и основатели опасались селиться друг рядом с другом, поэтому разнесли свои владения как можно дальше, заполнив пространство между собой вассалами. К слову сказать, далеко не все кланы целиком переселялись в Триединство. Многие предпочитали создавать нечто вроде анклава-представительства, где проживала элита и кое-какая прислуга, в то время как основная часть магов оставалась во владениях где-то в Турьей земле.

В определенном смысле Огневым повезло. Им, в отличие от ряда других коллег, не пришлось переселяться после нападения демонов во время Цветочной войны или очищать землю от ядовитого излучения порошка грез, использованного диверсантами культа Вечного Неба. И защита территории принципиально не поменялась, хотя, конечно, её обновляли, регулярно добавляя новые разработки, вплетая их в уже существующие, надежно себя показавшие системы. Но особых трудностей обход сигналок не доставил — знакомое ж всё, пусть и переработанное.

Меня, оказывается, ждали.

— Вы тут что, каждую ночь сидите, или только сегодня собрались? — поинтересовался я, входя в комнату.

Пять человек, фактически правящих кланом. Ростислав Огнев, нынешний глава. Буревой, его старший сын и наследник. Из трех старейшин двоих я знаю: Гордея, отвечающего за безопасность в широком смысле этого понятия, и Забаву, медика и дипломата. Или дипломатку, как правильно? Язык меняется постоянно, сейчас, кажется, склоняют. Третий старейшина, Руслан, отвечал за хозяйство, его я бы назвал самым информированным о состоянии дел в клане.

Других старейшин не пригласили.

— Третью ночь, владыка Александр, — не поднимаясь с пола, перетек в позу уважительного поклона Гордей. — Когда Эгиль сообщил о вашем возвращении, мы обрадовались. Он, правда, посчитал вас кем-то из обычных детей Игривого Народа, но я узнал описание. Мы не знали, когда именно вы почтите нас своим визитом, и решили собираться каждую ночь на третьей неделе.

— Узнал описание. Так и скажи, что память парню шерстил, — фыркнул я. — Ну, представь меня, как положено, что ли.

Заседали они в доме главы, в самом центре владений, демонстративно отослав охрану и оставив минимум барьеров. А вот внешние патрули усилили. В самом доме тоже никого, кроме старейшин, не осталось, детей и прислугу куда-то отослали, чтобы не мешали разговору. Только одна женщина суетилась на кухне, причем, судя по развитой энергетике, она принадлежала к правящей ветви.

Комната, избранная для встречи, была обставлена в классическом стиле. То есть низенький столик, вместо стульев и кресел множество набросанных на пол подушек, для стариков своеобразные подлокотные тумбочки-опоры. Картины на стенах, изображавшие значимые моменты из истории клана. Мой портрет среди них.

— Честно сказать — сомневался, стоит ли приходить, — получив положенные по этикету поклоны, признался я. — Очень вы меня тогда разочаровали. Настолько, что слышать об Огневых не хотел. Однако из-за кое-каких событий меня убедили посетить Триединство и лично оценить странности, что с вами происходят. Первый раз сюда я приехал полгода назад и был шокирован. Что у вас за отношения с остальными кланами? Да, вы всегда были слабенькими дипломатами, но настолько сильного отчуждения с соседями не было никогда. Для чего Огневы согласились создать Триединство? Чтобы уменьшить число конфликтов и растить детей в безопасности. У вас вместо этого куча кровников или просто недоброжелателей, а численность упала в пять раз! Что происходит?

Реагировали они по-разному. Гордей и Забава помнили присущую Народу манеру общения, они довольно стары и часто с нами общались в прошлом, поэтому на них моя прямота впечатления не произвела. Остальная троица совершенно точно не ожидала настолько явного игнорирования этикета. Нет, они, безусловно, слышали, умом знали, им рассказывали о традициях Народа, нашей прямолинейности по отношению к своим, но одно дело слышать, и совсем другое — столкнуться лично. Они не были шокированы, просто удивлены. Ожидали переговоров, а получили… Непонятное.

Фактор общей крови тоже имеет значение. Мы часто роднились между собой, среди Огневых немало моих потомков, а старшие ведь обязаны наставлять младших. Выволочка от уважаемого пращура не воспринимается оскорбительно.

— Ну, у нас есть некоторые сложности, — попытался увильнуть от ответа Гордей. Ему, как более опытному, делегировали право общения со мной. — Так у кого их нет? Не в идеальном мире живём. Да, у нас проблемы, у вас тоже не всё просто, это нормальная ситуация, никто же из неё выводов о конце света не делает.

— Ты мне зубы не заговаривай! О наших делах потом поговорим. Объясни, как вы в текущем положении оказались, и вообще опиши, что с кланом случилось. Я кое-какую информацию собрал, но её недостаточно, общей картины нет.

— Владыка Александр, у вас же целых полгода было?

— И эти полгода я не только здесь провёл. Давай, рассказывай.