Роман Артемьев – Отец Народа (страница 36)

— Нет нужды. Они знают, куда идти.

Хозяйка дома слегка прищурилась, получив сигнал от системы оповещения, и отослала ответ, разрешая впустить посторонних на территорию усадьбы. Какими бы ни были хорошими у неё отношения с родственниками, полного доступа она им не дала.

Этикет у магов своеобразный, особенно по сравнению с аристократией. К счастью, пришедшие не считали нужным соблюдать все условности, они просто вошли в распахнутые двери и проследовали в гостиную. Где увидели кота, распивающего чай за столиком.

Вошедшая первой Карина Огнева по инерции сделала пару шагов и застыла, впав в ступор. Подруга предупредила её, что ожидается важный гость, с которым она хотела бы их познакомить, но отказалась назвать, кто именно. Сказала, что так забавнее. Карина ожидала увидеть кого-то из верхушки Гильдии, путешественника из столицы, жреца или художника — словом, кого угодно, только не представителя Народа, некогда связанного с Огневыми почти братскими узами.

Эгиль держался лучше. Выглянув из-за плеча женщины, он мгновенно оценил диспозицию, бросил укоризненный взгляд на довольно улыбавшуюся Отраду и чуть подтолкнул Карину в спину, намекая, что надо бы двигаться дальше. Та, отмерев, сделала логичный, но неправильный вывод:

— Здравствуйте! Вы, наверное, господин Бесследный? Отрада про вас много рассказывала!

— Нет, не Бесследный. Можете называть меня Александром, — покачал я головой.

— Господин Александр, позвольте представить вам Эгиля, сына Ветра, и Карину, дочь Майи, Огневых, — вспомнила наконец о манерах хозяйка дома. Краем глаза я увидел, как она состроила страшную гримаску подруге. Да, знакомство сложилось сумбурно. — Господин Александр прибыл в Триединство по делам, и выразил желание встретиться с кем-то из клана, заслуживающим доверия.

Что характерно, для знакомства с места я не встал, и это восприняли как должное. Помнят ещё!

— Мы не ожидали увидеть кого-то ещё из Игривого Народа, господин Александр, — взял в руки разговор Эгиль. — Неужели гнев вашего главы наконец-то остыл?

Карина огромными глазами смотрела на Отраду, та еле заметно качнула головой и, отклонившись назад, губами проартикулировала: «просто одно имя». Ну-ну.

— Разве вы примирились с той стороной? — вопросом на вопрос ответил я.

— Вы имеете в виду бунтовщиков? Мы думали, никто из них не уцелел.

— Вот вам и ответ. С чего бы главе менять свою позицию? Пока ветви не признают друг друга и не объявят о примирении, Народ не будет иметь дела с Огневыми.

Эгиль помолчал, что-то прикидывая, после чего осторожно сообщил:

— Я не могу говорить за главу и старейшин, но, думаю, они готовы забыть прошлые обиды. В конце концов, с раскола прошло достаточно времени, большинство участников тех событий мертвы. Однако мы не можем ни о чем договариваться с отложившейся ветвью, потому что не знаем, где она находится.

— Они тоже не испытывают сильного желания с вами общаться. Да вы садитесь, — махнул я рукой в сторону пуфиков. — Разговор предстоит долгий.

Наверное, старость меня всё же настигла. Иначе отчего испытывать сентиментальность при взгляде на трёх схожих людей, сидящих рядом за одним столом? Все Огневы высокие, стройные, грациозные, с изящными чертами лица и кистей, на них буквально хочется любоваться. Плохо, что с посторонними ведут себя, как надменные засранцы, да, собственно, таковыми и являются. Клановое воспитание культивирует в детях чувство превосходства над окружающими. Позднее жизнь бьёт гордецов по башке, выбивая дурь, но зачастую слишком сильно бьёт, насмерть.

Встряхнулся, прогоняя лишние эмоции, уже спокойнее оглядел гостей. От своей подруги Карина отличалась более миндалевидными глазами и вычурной прической, она в целом производила впечатление человека, имеющего свободное время и служанок. Или, по примеру некоторых параноидальных магов, умеющего создавать псевдоматериальные копии с вложенным слепком сознания. На овальном лице с высокими скулами огромными буквами было написано любопытство, впрочем, первое возбуждение прошло, знатная дама всего лишь не считала нужным скрывать эмоции. На её принадлежность к правящей ветви указывало всё, начиная от одежды и заканчивая десятками мелких деталей, заметных опытному взгляду. Облеченный властью человек иначе двигается, сидит, смотрит на собеседника… У единиц это природное, остальных с детства учат.

Сколько ей, лет пятьдесят? Выглядела Карина максимум на двадцать пять. Обычное дело для сильных магичек, отдельные оригиналки вовсе шестнадцатилетними юницами прикидываются.

В отличие от родственницы, Эгиль совершенно не походил на человека, ведущего мирный образ жизни. Он даже в гости пришел с малым мечом. Высокий, в простой одежде, с плавными движениями и короткой стижкой, так непохожей на длинные волосы соклановцев. Повадки свидетельствовали, что Эгиль не за красивые глаза считается одним из лучших боевиков своего поколения, всего к тридцати годам сумевшим подняться до высшего круга. Ум у мужчины есть, умение его применять — тоже, он сейчас явно использовал какую-то ментальную технику, пытаясь оценить, чего ждать от внезапной встречи.

— Вы следите за новостями? Слышали о нашем разрыве с Бобровыми и войне с волками?

— До нас доходили слухи, но без подробностей.

— Ну, если вкратце, мы разорвали договор с последним кланом-контрактором из-за непомерных требований с их стороны. Нельзя поощрять наглость. Со времен Раскола прошло восемьдесят лет, срок приличный, и было решено поискать новых партнёров в том числе в Триединстве. Даже пошли робкие шепотки о возвращении союза с Огневыми, — давно меня не слушали настолько внимательно, жадно ловя каждое слово. — Но чем дольше мы изучали ситуацию в клане, тем больше странностей находили. Мы, конечно, разобрались с ними, обстановку сейчас более-менее представляем. Не понимаем только — зачем? Зачем всё это нужно было устраивать?

Я раздраженно отпил из чашки.

— Вы на меня не наброситесь, если я озвучу наши догадки? Мало ли что клановые мозгокруты в закладке навертели. Кто, кстати, ими руководит? Гордей, Неждан?

— Старейшина Гордей, — пробормотал Эгиль.

— Всегда был скользким типом. Итак?

— Установка только на молчание, блока на агрессию нет. Во всяком случае, ни одного примера срабатывания не помню.

— Хоть что-то приятное. Так зачем вы связались с храмом Изумруда и чего хотели добиться? Впрочем, чего хотели, понятно. Зачем этим путём пошли?

Несмотря на уверения Эгиля, я немного насторожился. Он не мог знать в точности, какие именно методы сохранения тайны использовали безопасники; вполне возможно, вложенный в его сознание психоконструкт имеет не афишируемые функции. И частично подозрения оказались небеспочвенны. Стоило упомянуть храм, Огневы напряглись, эмоции исчезли с лиц, превратившихся в идеально-спокойные маски. К счастью, тем дело и ограничилось.

— Мы не можем обсуждать эту тему, — ровным тоном сказал Эгиль.

— А кто может? Глава и старейшины? — мужчина кивнул. — Тогда я к ним зайду через пару недель. Хватит им времени подготовиться?

— Хватит, господин Александр.

— Храм Изумруда? — подала голос Отрада.

— Ах, да, вы же не в курсе. Что ж, мне не сложно рассказать.

Поделиться информацией в данном случае будет честным поступком, потому что значительную часть сведений мы получили благодаря проведенному над Отрадой Головлевой медосмотру. Татьяна нашла знакомые маркеры, вспомнила, где видела однотипные мутации золотого тела, сделала выводы, сообщила мне. Имея понимание, куда копать, дальше раскрутить цепочку оказалось просто.

— Раскол серьёзно ослабил позиции Огневых в новообразованной Гильдии, на первые роли вышли Мокшины и Ревские. Разумеется, верхушке клана это не понравилось. Наилучшим способом восстановления изначального баланса им почему-то показались генетические эксперименты. Справедливости ради — проект старый, к нему периодически обращались ещё с эпохи Львиной династии, но тогда хватало мозгов не пускаться во все тяжкие. А после основания Триединства старейшины решили, что худшее позади, и можно рискнуть. Или ещё какая причина поспособствовала, мне не известно. Как бы то ни было, они связались с Изумрудами, и заказали разработку коррекции генома с целью усиления врожденных характеристик золотого тела.

Возложенную на него задачу зеленый храм выполнил, но с небольшим нюансом. Их сыворотка (мутационный агент вводился путём укола) действовала по принципу «всё или ничего». Иными словами, в процессе развития организма золотое тело либо достигало уровня, подходящего для становления магом высшего круга, либо в подростковом возрасте рост прекращался и человек в лучшем случае дотягивал до среднего круга. Подчеркну — в лучшем, большинство становятся слабосилками. Но первоначально о данной особенности не знали, надо полагать, среди посвященных в первые несколько лет царила эйфория. Ничем иным не могу объяснить факт заражения вообще всех членов клана. Потом, конечно, разобрались.

Вы удивлялись, почему вас так легко выдали замуж за Головлева, госпожа Отрада, и почему у Огневых в принципе такое странное отношение к слабосилкам. Я тоже удивлялся, пока не понял, что оно не странное — оно вынужденное. Из плохих вариантов старейшины выбрали лучший. Наименее болезненный. Сами посудите: слабосилки являются носителями крови, их дети от браков с другими носителями тоже гарантированно становятся слабосилками. Оставлять их в клане нежелательно. К счастью, измененный ген является рецессивным и быстро исчезает, уже во втором-третьем поколении, поэтому дети от браков с посторонними магами ограничения не несут. Иван, к примеру, уже на среднем круге и имеет неплохие шансы подняться до старшего.