Роман Артемьев – Дети Темнолесья (страница 62)
Гильдия магов состояла из трех кафедр — Классической, в которой состояли маги пришедших от светлых эльфов направлений, Темной, члены которой практиковали некромантию и прочие запретные искусства, и Пика Шаманов. Как относиться к последним, эльфы за тысячелетия так и не определились. Сегодня волшебники всех направлений работали вместе, забыв об идеологических разногласиях.
Аласдиор огляделась, в очередной раз изучая место будущей работы. Предстоящее действие ожидалось сложным. Магам предстояло совместно проломить коридор в многослойных защитах орочьих шаманов и перебросить внутрь дворца ударную группу, которая схватит принца. То есть одновременно, ориентируясь на предоставленные ушлыми разведчиками данные, в самом укрепленном месте Приозерска должны оказаться сильнейшие воины темных в компании с толпой некротических созданий, специально изготовленных для резни в зданиях и подземельях. Страшно представить себе, что сотворят в городе беспощадные, лишенные всяческого подобия жизни монстры. Каким образом удалось сделать привязку второго конца портала, девушка не знала. У нее была своя задача — с помощью Охотницы помешать духам-покровителям города прийти на помощь осажденным.
Избирающим Пути духи называли Аркониса, ныне принца-консорта королевства. В прошлом он сам обитал в нереальности, но нелегкая судьба занесла его в мир смертных, где бывший то ли бог, то ли демон и прижился.
Однако по старой памяти продолжал общаться с сородичами, благодаря ему первые шаманы Темного Леса сумели получить начальные знания о мире духов и способах призыва. Три месяца назад Арконис прибыл на Пик Шаманов и неделю не вылезал из заклинательных залов, творя неизвестную волшбу и о чем-то договариваясь с владыками невидимого мира. Ходили слухи, он пытался убедить их снять с Приозерска благословение.
Задобрить, кажется, удалось не всех.
Первым заговорил барабан. Раскрашенный дико изгибающимися узорами дроу, в котором сейчас никто не признал бы утонченного ценителя древней поэзии и завсегдатая приемов, отчаянно, со всей силы молотил палками по натянутой метрового диаметра коже. Лицо его потемнело от прилившей крови, глаза закатились. Вокруг задающего ритм барабанщика медленно, потрясая посохом в странном танце, обходил посолонь второй шаман. Стоило ему завершить полный круг, как следом двинулся второй, следующий оборот заставил присоединиться третьего. Спустя короткое время двенадцать фигур в развевающихся шкурах приплясывали и завывали в трансе под мерный рокот барабана.
Небо над городом потемнело, сверкнула первая молния, спустя мгновение за ней послышался то ли гром, то ли рычание. Аласдиор почувствовала, как ее тело наполняется энергией. Шаманы не могли заставить великих духов покинуть орков, зато им вполне по силам непрерывно подпитывать силой Охотницу — до тех пор, пока ее аватара в лагере. Защитники города делают то же самое, только у них роль «моста» выполняют капища, в которых сейчас приносятся жертвы. Девушка почувствовала головокружение, накатывающую эйфорию, внезапно ей захотелось опуститься на четвереньки и завыть, запрокинув голову к небу. Тем не менее она с легкостью отстранилась от навеянных госпожой чувств. Она даже смогла продолжать наблюдать за действиями старших коллег, испытывая восхищение перед их мастерством, лишь с некоторым трудом игнорируя проходящие через ее душу потоки огромной мощности. Богиня сдержала обещание. — Начинайте.
Повинуясь приказу Аркониса, вперед выступил глава кафедры Классики. В правой руке, направив ее на городские ворота, он держал мерцающую хрустальным блеском каплю. За его спиной, положив ладони на плечи главе, встали два помощника, за их спинами в точно такой же позе застыли еще четыре — и так пять рядов. Обычно именно светлые маги пробивали пространство, телепортируя воинов, гонцов или ценный груз в случаях необходимости, но сегодня на них лежала другая задача. Проанализировав структуру щитов Приозерска, они обнаружили, что те недостаточно приспособлены против светлой волшбы. Орки Белого каганата привыкли воевать против врага, в большинстве случаев использующего в бою Тьму, и не озаботились подготовкой к встрече с иными стихиями. Поэтому снять помехи с пути отряда ловцов должны были именно маги Света.
Пока их коллеги подтверждали репутацию дроу как опасных безумцев, с дикими криками скача около без устали молотящего тяжелыми палками барабанщика или в сосредоточенном молчании концентрируясь для единого мощного заклинания, темные маги тоже не дремали. Они спокойно развели группы участников предстоящего налета по выверенным точкам узора, последний раз проверили, нет ли каких ошибок, расставили в нужном порядке артефакты и принялись ждать. Темным приказали забросить гвардейцев и нежить во дворец — они забросят их во дворец. И вытянут обратно по первому приказанию.
Шаманы продолжали оглашать воздух пронзительными воплями. Девушка на них не смотрела — за время учебы навидалась всякого, сама иногда сутками с посохом прыгала и вытворяла невесть что. Куда интереснее, полезнее и страшнее было наблюдать за светлыми. Классические формы магии в Темнолесье традиционно использовали в мирной жизни, поэтому младшее поколение дроу успело подзабыть, какой чудовищной мощью наделяют стихии своих избранников. После сегодняшних событий Свет реабилитируется в глазах любителей разрушать. Мягкое сияние, обволакивавшее группу магов, на глазах усиливалось и словно бы стягивалось, стекалось в разгорающуюся звездочку в руке старшего мага. На артефакт невозможно было смотреть. Даже с закрытыми веками глаза болели от нестерпимой яркости, дроу отворачивались, опасаясь за свое зрение. Темные первыми отступили, попутно накачивая артефакты силой и устанавливая дополнительные щиты между собой и местом, где медленно формировалось Великое заклинание. Нежить волновалась, беспощадным своим разумом понимая присутствие извечного врага.
Шаманы скакали одуревшими зайцами.
Наконец в какой-то всеми разом ощутимый миг концентрация энергии в хрустальной капле достигла предела. Напоследок вспыхнув — многие упали на землю и свернулись в комок, пытаясь хоть так укрыться от всепроникающего света, — артефакт выплеснул всю накопленную силу в едином мощном ударе. Тонкий луч вонзился в городские ворота, проделал в них дыру, попутно снеся создаваемые многими поколениями шаманов щиты, изогнулся, подобно атакующей змее, и стремительно рванулся вперед. Там, где пролегал его путь, оставалась полоса спекшейся до состояния стекла земли, невезучие орки в муках падали и умирали, отчаянно пытаясь вдохнуть глоток внезапно обратившегося в жар воздуха. За мгновение преодолев расстояние от городских ворот до дворцового комплекса, созданное древней магией псевдоразумное заклинание столкнулось здесь с еще одной линией защиты. Быть может, не столь сильной, но куда более сложной. Змея ударила раз, другой — от места столкновения силы Света и сферой окружавшее жилище наместника города защитой расходились волны разрушения. Третьей попытки прорваться творение орочьих шаманов не выдержало.
Путь был открыт.
Без каких-либо возгласов или команд гвардейцы вместе с нежитью исчезли. Светлые маги продолжали поддерживать свое жуткое творение, но вместо того чтобы уничтожать город и жителей изнутри, они почему-то принялись разрушать стены. Дроу замерли в неподвижности, воцарившуюся тишину нарушал только мерный рокот барабана да шлепанье босых ног по траве.
Через пять ударов сердца — Аласдиор запомнила точно, она невольно отсчитывала мгновения — как будто лопнула невидимая струна. Напряжение схлынуло, хотя никто позднее не мог бы сказать, отчего возникло такое чувство. Просто два десятка дроу беззвучно возникли на тех же местах, откуда пропали несколько мгновений назад. Потрепанные, с обнаженным и местами обагренным кровью оружием. С пленником, заточенным в глыбу прозрачного льда.
В еще одной фигуре, стоявшей среди обретших плоть призраков, шаманка без особого удивления признала Аласэ. Древний лорд единственный выглядел так, словно вернулся не из смертельно опасного боя, а с бала или как минимум королевского приема. Он поднял голову, поправил рукава идеально белой рубашки и, взглянув прямо в глаза Аласдиор, милостиво кивнул. Девушка почтительно склонилась в ответ.
— Сваливаем отсюда, — немедленно скомандовал принц-консорт. — Они сейчас очухаются! Нежить не сможет их долго отвлекать!
Жуткий жаргон, неизвестно в каких далях подхваченный Арконисом, оказал нужное воздействие. Темные маги торопливо затирали следы своего колдовства, попутно оставляя неприятные сюрпризы следователям врага. У шаманов отняли барабан, после чего те без сил рухнули на землю, и ученики потащили несчастных к целителям. Светлые наконец-то развеяли свою жуткую змею, они тоже не могли идти без посторонней помощи — до самой границы их пришлось везти в седлах, заботливо придерживая и не позволяя упасть.