Роман Артемьев – Черное Кольцо (страница 5)

Потратив на обход ещё час, и больше не встретив ничего, достойного пристального внимания, маги повернули домой. Пусть усадьба пока что состояла всего из одного готового здания, куда переехали Анна с Мэри, она уже называла её домом. Хингемы, дядя с племянником, продолжали ночевать в походном шатре, не испытывая от того неудобств. С чего бы им негодовать, если леди зачаровала десяток безделушек, обеспечивающих комфорт не хуже гостиничного? Даже лучше, учитывая, какие гостиницы им попадались. Строители вовсе ютились в наскоро сколоченном бараке, и выглядели совершенно довольными. По их меркам, условия замечательные: погода хорошая, прокорм наниматель оплатил, спят в тепле и относительном уюте. Чего ещё желать?

Когда впереди послышался бодрый перестук топоров, Анна мысленно призналась себе, что жизнь понемногу налаживается. Вернее, входит в привычную колею. Будучи дочкой провинциального барона из семьи лордов-хранителей, она привыкла к определенному образу жизни, частью которого являлось непременное присутствие потустороннего под боком. Оно её не пугало, скорее, наоборот, успокаивало. Интриги знати, тишина библиотек, хитроумные схемы крючкотворов-юристов — да, Анна в этом разбиралась, это тоже часть неё. Однако в лесу, на границе между людским и не-людским, она чувствовала себя по-настоящему своей.

Хорошо, что она не осталась в Аутрагеле. Даром, что предлагали.

— Я говорила, что меня зазывали в столичную гильдию магов?

— Ты обмолвилась, что разговаривала с каким-то Эссенхуком, — припомнил сэр Джон.

Анна посмотрела на него с иронией.

— Не каким-то, а графом Эссенхук, мастером-магом четвертого ранга, главой Гильдии магов Аутрагела, фактически министром магии Фризии. Ради аудиенции у него мы задержались в столице на неделю. Так вот, он предлагал войти в гильдию, причем без экзамена и сразу на правах подмастерья.

— Ты отказалась?

— Ага. Сказала, что не готова принять столь серьёзное решение без консультации с наставником.

— Почему?

— А зачем мне числиться в столице? Чем сильнее гильдия, тем жестче она контролирует своих членов. Нет, если я куда-то и вступлю, то это будет гильдия в тихом, провинциальном городке, чьё руководство совсем не интересуется делами подчинённых, — улыбнувшись, обозначила позицию девушка. — Кроме того, статус подмастерья предполагает несамостоятельность, от четверти до половины сумм за проданные артефакты работы подмастерья идут его мастеру. Дальше продолжать?

— На твои кареты глаз положили.

— Именно!

Они снова ушли в лес. По необходимости и от скуки — дел в усадьбе для них не нашлось. Плотники, как показало прошедшее время, в особом пригляде не нуждались, время устанавливать защиту настанет только после отъезда посторонних, заниматься учебой и тренировками просто надоело. «На хозяйстве» оставили Рода, клятвенно заверив его, что в следующий раз точно пойдёт он. Парню тоже хотелось проверить местный лес, энергия у него хлестала через край.

Через пару дней ожидалось прибытие обоза с закупленными в Ахене вещами. Анна ведь не только с гильдийскими дружбу сводила, она и по магазинам пробежалась, покупая нужное, и насчет наёмников справки навела. Одарённые, готовые за деньгу немалую продать свои услуги, в городе имелись, правда, с наймом леди слегка опоздала. Лето на дворе, большинство желающих работу нашли. Свободными оставались только те, кого брать по тем или иным причинам не хотели, иными словами, всякий неликвид.

Похоже, в этом году придётся справляться своими силами.

— Помнишь, ты рассказывал о сквайре, с которым познакомился зимой по пути в Черный холм? Его семья потеряла статус хранителей, потому что проход, за которым они следили, запечатали?

— Маркус Бленкерт. У него племянники достойное дело ищут, верно, — сообразил, о ком речь, Хингем. — Написать ему?

— Думаю, что пора. Стройка скоро закончится, можно будет и вглубь ходить, и патрули пускать. Сведущие люди понадобятся. Я на всякий случай оставила Вандербергам поручение нанимать одаренных мигрантов из Марки, но что-то результата не видно. Придётся искать самим, здесь.

— Найдём. Кого попало нанять можно хоть сейчас, но нам же воры не нужны.

— И то верно… Так. На десять часов, примерно шагов шестьсот.

Способу с использованием циферблата часов для ориентирования Анна научила вассалов недавно, когда ей надоело махать руками, указывая, в какой стороне нашлось нечто интересное. Правда, она увлеклась объяснениями, и попутно изготовила настольные часы, в качестве образца взяв виденные в доме Торнтонов. Выверить точность хода у неё не было возможности, механизм безбожно сбивался и периодически останавливался, поэтому окончательную доводку оставили на будущее. Но выглядело красиво.

— Трое людей, — прислушался к собственным ощущениям сэр Джон. — Слабые мажата. Не встречал их прежде.

Стормсонг недовольно поджала губы. Трое одарённых, на её земле, без уведомления! Нет, понятно, что соседи привыкли ходить по выморочному участку, никого не спрашивая, но теперь-то у леса есть хозяйка! О чем они, наверняка, знают.

— Пойдём, познакомимся.

Перехватить незнакомцев удалось без труда, те шли, не сворачивая и не скрываясь. Уже через двадцать минут Анна, накинувшая на себя размывающий очертания морок, разглядывала пришельцев. Смотрела издалека, разумеется — сплести заклинание, способное укрыть от одаренного вблизи, её умений не хватило бы.

Троица, в полном соответствии с описанием Хингема, не впечатляла. Двенадцатый ранг, максимум — одиннадцатый. Обычные егеря, молодые парни, самому старшему лет двадцать пять. Наверняка чьи-то вассалы, обученные ходить по лесу, добывать ингредиенты, освоившие с десяток заклятий и пяток навыков. Полноценного образования нет, передаваемые в семье знания изучили только в жизненно необходимой части, зато наглости и гонора выше крыши. Дома, в Марке, Анна насмотрелась на таких, правда, в её присутствии они вели себя вежливо, из уважения и страха перед именем Стормсонгов. Сейчас, надо думать, вежливости ждать бессмысленно.

Значит, будем обламывать.

— Кто вы такие и что делаете на моей земле?

Парни аж подпрыгнули от неожиданности. Они обоснованно считали себя опытными лесовиками, вдобавок к обычным умениям охотника развивали колдовское чутьё, то есть думали, что подобраться к ним незамеченными сложно. В общем-то, так оно и есть. При других обстоятельствах Анна тоже не смогла бы остаться незамеченной — насчет дяди Джона она не зарекалась, у того куда больше опыта — однако сейчас на её стороне играли два фактора. Во-первых, она встала так, чтобы оказаться у троицы на пути, ей было достаточно стоять и не шевелиться. Во-вторых, соседушки до того расслабились, что по сторонам не смотрели. Шли, перешучивались, обсуждали общих знакомых. Совершенно неуместное поведение.

— Чего⁉ — не разобравшись в ситуации, завопил идущий первым. — Ты кто такая⁈

Мысленно поставив ему диагноз, Анна протянула в его сторону руку, и щелкнула большим и средним пальцем. На указательном пальце, направленном точно на крикуна, быстро набухла, налилась густым зеленым светом и сорвалась по прямой вперед яркая капля. Она остановилась, задержанная личной защитой одаренного, но спустя секунду дернулась, плавно преодолела щит и влилась в грудь.

Повисла тишина. Все смотрели на ощупывавшего себя егеря, стоявшего с непонимающим видом. Справедливости ради — самый старший из троицы мигом окутался дополнительными щитами, готовясь к бою.

— Моё имя — Анна, леди Стормсонг, милостью его королевского высочества Альбрехта с недавних пор владелица усадьбы Воробьиный Луг. Повторяю вопрос. Кто. Вы. Такие?

Крикун, похоже, уверился, что ничего ему не сделалось, и открыл рот, готовый выдать очередную глупость. Его намерениям помешал внезапный и очень громкий звук, изданный животом. Парень дернулся, взглянул вниз. Следующее бурчание, похоже, сопровождалось дополнительными ощущениями, потому что он внезапно сорвался и бросился в кусты.

Сэр Джон захохотал. Предводитель троицы, провожавший ошарашенным взглядом помощника, резко повернул голову, только теперь заметив второго из встретивших их одарённых. Анна резко выдохнула. Должно быть, лицо у неё сделалось жуть каким выразительным, и незваный гость понял, что, если продолжит молчать, с ним сделают нечто совсем нехорошее. Поэтому заговорил:

— Меня зовут Юрген Хоэр, домина, это мои братья Эмиль и Гюнтер. Мы служим барону Айхену.

— И что вы делаете здесь?

Из кустов раздался неприличный звук.

— Так, это, всегда тут ходили, — пожал плечами молодой мужчина. — Места-то ничейные.

Глаз у девушки дернулся.

— Были ничейные, — сообщила она. — Теперь мои. Барон должен знать. Передашь ему наилучшие пожелания и просьбу следить за своими людьми, чтобы избежать в будущем неприятных инцидентов. Неприятных и болезненных, если вы продолжите залезать на мою землю. Понятно?

— Чего ж не понять, — с кислым видом вздохнул Юрген.

— Тогда оставьте мешки, и можете уходить, — из кустов снова послышался хрип, стон, комплект непередаваемых звуков, сопровождаемых грубыми ругательствами. — И засранца с собой заберите, нечего мой лес удобрять.

— Мы у вас ничего не брали, в мешках на нашем участке собранное!

— Значит, будет компенсацией за незаконное вторжение. Всё, сгинь, пока я не передумала.