Роман Артемьев – Черное Кольцо (страница 27)

Мэри, например, раньше была важной персоной, продавала нужные егерям вещи, с ней охотно болтали одаренные, некоторые даже слегка лебезили… Недолго, но вкус какой-никакой власти она почувствовала. А теперь всё, счастье закончилось. Конечно, личная служанка леди — тоже весомый статус, но менее самостоятельный, и вдали от финансовых потоков.

Ситуацию Анна никак не комментировала, наблюдать за страданиями наивной болтушки было забавно. Что поделать⁈ Некоторые события надо просто пережить.

Глава 16

В Ахен они вернулись, как и планировали, через семь дней. Парадное платье само себя не сошьёт, а хороших портних мало, отношения с ними лучше не портить. Кроме того, «точность — вежливость королей», не так ли? Ну и следовало учитывать, что за неделю первоначальный ажиотаж спадет, городские группировки либо глубже вцепятся друг другу в глотки, либо решат не разжигать конфликт. Намерение не участвовать в их игрищах Анна выразила достаточно четко. Если же кто-то захочет с леди пообщаться, то она приказала слугам в гостинице отвечать, что скоро вернётся, беспокоить её в усадьбе нет необходимости. Действие совершенно правильное, ведь, как сообщили ей сразу после заселения, желание встретиться с благородной доминой выражал наместник князя, то есть одна из крупнейших лягушек в местном болоте.

Слугу с запиской-уведомлением к персоне его уровня не пошлёшь, поэтому планы пришлось слегка скорректировать. Узнавать о времени аудиенции направился Род, его дядя и госпожа пошли на примерку немного раньше назначенного срока. Им, разумеется, предложили кофе с крохотными пирожными, но хозяйка передала свои извинения — у неё была другая клиентка. В той же комнате, куда проводили Анну и старшего Хингема, обнаружились ещё две женщины. Они немедленно внимательно оглядели девушку и её сопровождающего, уделив особое внимание вышитой на одежде символике. Старшая из них носила темно-синее верхнее платье, роб, на плече которого серебряными нитями был вышит двойной герб, обрамленный вервием. Лест и Коэтнан, причем Лест — справа.

— Простите, домина, — подошла к даме и присела перед ней в книксене помощница портнихи, — не возражаете ли вы, если домина Стормсонг ненадолго побудет в вашем обществе? Госпожа Дениза освободится так скоро, как только сможет.

— Ничуть, — взмахнула рукой женщина. — Нам давно следовало познакомиться, да всё повод не находился. Представь нас.

— Домина Стормсонг, перед вами домины Гертруда фон Лест и Эльфхильда фон Лест.

— Благодарю за оказанную честь, высокородная, — поклонилась, но не слишком глубоко, Анна. Женщины фон Лестов не встали при её появлении, поэтому она действовала в соответствии с внутренним этикетом старых семей, принятым в северной Европе. — В свою очередь, позвольте представить вам сэра Джона Хингема, главу рода Хингем. В своё время именно сэру Джону покойный батюшка поручил заботу обо мне.

— Насколько мы слышали, он честно исполнил свой долг, — кивнула Гертруда. — Присаживайтесь, поболтаем. Кажется, мой внук заезжал к вам недавно?

— Так оно и есть, миледи. Я была польщена оказанной честью, хотя его внезапный визит несколько удивил. Но, поверьте, я очень благодарна и за его советы, и за его приглашение.

Старшая женщина задумчиво прищурилась:

— Приглашение? Ах, да, приглашение. Вы к приёму готовитесь, потому и здесь?

— Мне показалось уместным надеть платье по местной моде.

— Вовсе не обязательно, среди гостей кого только не будет. Но, разумеется, мне приятно, что вы так внимательно подошли к знакомству.

— Я всё-таки новый человек в Кольце, — пожала плечами Анна. — А в чужой монастырь не стоит лезть со своим уставом.

— Забавное выражение, надо будет его запомнить.

Обе женщины фон Лестов выглядели лет на тридцать, хотя Гертруде должно быть в районе девяноста. Причем, насколько знала Анна, у неё не меньше четырех детей, младший собирается в Букель поступать. Обычная ситуация в семьях одаренных, где между родами стараются делать длинные паузы — так меньше риск негативных последствий. Вынашивать будущего мага тяжело, женский организм подвергается бо́льшей нагрузке, чем при беременности простым человеком. Кроме того, чем здоровее мать, тем выше шанс, что дар магии укоренится в ребенке, не окажется слабым или с патологиями.

Гертруда показалась Анне похожей на неё саму. Плавные движения, привычка следить не только за собеседником, но и всем окружением, внимание к словам, к деталям. Умение избегать скользких тем в разговоре. У них даже в манерах было что-то общее: осанка, спокойная властность, привычка держаться под чужими взглядами. Хотя внешность совершенно разная, черноволосая и зеленоглазая Гертруда, с её массивным подбородком и узкими губами, абсолютно не походила на сероглазую блондинку Анну.

Сходства с Эльфхильдой оказалось ещё меньше. Внешне та напоминала тётю, правда, глаза голубые и нос более крючковатый, странно, что не исправила. Впрочем, её дело. Так вот, характер у неё оказался живой и любопытный, после начального короткого изучения она забросала новую знакомую вопросами. В первую очередь, разумеется, о недавней драке с чернокнижником, она ещё долго останется на слуху. Попутно женщина (она упомянула о семилетнем сыне) кое-что рассказала о результатах следствия, ставших ей известными. Сплетни, конечно, но некоторые выглядели правдивыми.

Господин де Брэ родился в семье, не принадлежавшей к дворянству Кольца, но тесно с ним связанной. Потомственные маги, пользовавшиеся уважением и обладавшие неплохим достатком. К сожалению, Николя де Брэ с детства демонстрировал завистливый нрав, причем сильнее всего он завидовал более одаренным магически сверстникам. Сам он особой силой не отличался и, что куда хуже, человеком был вспыльчивым, легко загорающимся и столь же быстро охладевавшим к своим увлечениям. И родители его трудиться не научили. Старшее поколение могло бы объяснить, что, если нет способностей от природы, увеличить мощь ядра помогут ритуалы, зелья, тяжелые ежедневные упражнения. Однако ж не объяснили или нужных слов не нашли. Поэтому подросток, юноша, затем мужчина, вместо планомерного развития искал сомнительные способы увеличить силу, в конечном итоге дойдя до запретных методик.

— Не утверждаю, что хорошо владею темой, — заметила Анна. — Тем не менее: мне кажется, по пути страстей в основном идут лентяи. В университете мне удалось посетить несколько лекций о темных традициях, читавшие их мэтры однозначно утверждали, что темная магия кардинальных преимуществ не даёт. Только скорость развития.

— Думаю, для девяти случаев из десяти ваше утверждение верно, — ответила домина Гертруда. — Лень, глупость, непонимание последствий или всё вместе. Хотя исключения встречаются. Жил во времена моей молодости один Мапель, поклявшийся отомстить убийцам его сына. Отомстил. Правда, сам тоже погиб.

Теперь следствие пыталось установить, у кого покойный де Брэ учился, где доставал запрещенную литературу и реагенты, кто ему поставлял жертв. Алтарь Рогатого орденцы обнаружили в подвале дома чернокнижника, там же нашли трупик младенца, убитого недавно. Допрашивали всех, кто мог знать хоть что-то, и, вроде бы, даже кого-то нашли. Рвение следователей понятно, в Ахене лет десять не случалось инцидентов подобного рода. Контрабанда была, торговля сомнительными книгами из-под полы, условно-запрещенные ритуалы некоторые маги проводили. Но чтобы откровенная чернота с человеческими жертвоприношениями — такого не видели.

Расследование вёл не только Свет Изгоняющий, его коллеги из иных структур не менее активно шныряли по городу. Случалось, что одна группа священников выходила из дома, где проводила вежливый допрос хозяев, и на выходе сталкивалась с другой, пришедшей с той же целью. К сожалению, чрезвычайно познавательный рассказ о текущих реалиях прервало появление помощницы портнихи, вошедшей в комнату и вежливо вставшей в отдалении, дожидаясь, пока на неё обратят внимание. Анна даже расстроилась.

— Дениза закончила с баронессой? — ставя чашку на блюдце, обратилась Гертруда к служанке.

— Да, домина. Госпожа просила передать, что она полностью в вашем распоряжении.

— Как-то слишком быстро, не успели нормально поговорить, — посетовала старшая дама. — Ну, ничего, на приёме пообщаемся. Кстати, вот, возьмите.

Она вытащила из напоясного кошелька тонкую костяную пластинку с выгравированным на ней гербом фон Лестов и положила на стол. Слегка подвинула её в сторону Анны. Та, в полном соответствии с этикетом, навыком подтянула фонящую магий кость к себе, взяв так, чтобы со стороны казалось, будто пластинка лежит в ладони. На самом деле та не прикасалась даже к перчатке, зависнув в воздухе.

— Пропуск в поместье, облегчит вам въезд на территорию, — пояснила Гертруда. — У Вильгельма при себе не было, поэтому отдаю я сейчас. Что ж, леди Стормсонг, рада знакомству, — она поднялась со стула, сразу из-за столика встали и остальные, — надеюсь продолжить его в скором будущем. Доминус Хингем, приятно было побеседовать.

— С нетерпением буду ждать новой встречи, — вежливо ответила Анна.

Дождавшись, пока дамы выйдут за дверь, и наложив сглаз от прослушивания, она облегченно выдохнула. Давно не общалась с кем-то настолько… цельным? Гертруда не сомневалась в своём праве приказывать, в том, что её воля будет исполнена, и у собеседника даже мысли не возникало возражать ей. В чём-то напоминает Пау, но Пау хотя бы магией не давил. А старшая домина фон Лест силу, примерно на уровне самой Анны или чуть выше, не скрывала. Только артефакты мешали её прочесть точно.