Роман Артемьев – Черное Кольцо (страница 21)

Остатки оболочки духа собрали до крупинки, выискивая крохотные блестящие камешки среди травы. Артефакторы отрывали их с руками. Свою долю Анна не собиралась продавать, ей оболочка понадобится для будущей работы. Часть кристаллов тоже следует отложить. Таким образом, на продажу пойдут травы, плоды и прочие части растений, столь любимые алхимиками. Пожалуй, имеет смысл съездить в Ахен, потому что приезжие скупщики на месте нормальной цены не дадут.

На сбор хабара потратили четыре часа, причем многое осталось. Забрали бы и это, оставшись в лесу ночевать, да мешки закончились. Домой вернулись в полной темноте, с триумфом, уставшие, но довольные. Дележку и оценку назначили на завтра, а сегодня просто свалили добычу в хранилище под замок и разошлись по домам — всё-таки дорога, схватка с опасным противником, нервная лихорадка от осознания привалившего богатства, тяжелое возвращение вымотали всех.

На следующий день после завтрака приступили к самому приятному и самому сложному — дележу. Про церковную десятину дружно решили забыть. Неиспользованные очистители и арбалетные болты вернули создательнице, тут же договорившись с ней о возможности покупки. Затем вытащили весы, набор гирек, уселись за стол, и понеслось! Как ни странно, быстро и практически без споров. Уникальных предметов или ингредиентов охотники не принесли, хотя Анна изначально рассчитывала получить сердце духа. Увы, оно не успело сформироваться. Таким образом, с дележкой не возникло сложностей, всего-то пару раз поскандалили без особого энтузиазма. Просто стороны обозначили позиции, чтобы партнеры не приняли их за наивных дурачков, которых легко облапошить.

— Ничем сегодня заниматься не буду. Книжку почитаю. Тетя Милдред какой-то романчик перед отъездом в вещи сунула, я его даже не открывала, только таскала в сундуке. Достану сейчас, завалюсь на кровать и до ужина буду валяться.

Хорошо, когда рядом есть человек, перед которым не надо «держать лицо». Анна решила, что заслужила отдых, и планировала устроить выходной.

— Помолиться не забудь, чтоб никто в гости не приехал, — засмеялся Хингем.

Девушка поморщилась.

— Если кто-то появится, отошлю их к тебе. Выйду ненадолго, скажу, что провожу важный эксперимент, а дальше сам. Дядя Джон, ну пожалуйста!

— Ладно, ладно! Отдыхай, заслужила. Только скажи сначала, что дальше делать собираешься? Не сегодня, а завтра, на неделе?

— Кристаллы появились, можно просчитывать накопитель. Сделаю накопитель — проведу ритуалы, закрою землю следящей сеткой. В защищенное владение люди пойдут. Много людей — значит, возникнет деревня, поля вокруг, пора строить большой каменный дом или полноценный замок. Одно вытекает из другого, дядя Джон.

Раньше я думала, где искать сильных охотников, чтобы ходить с ними вглубь Кольца. Сам видишь, добыча там ценнее. Сейчас, возможно, деньги удастся получить другим способом, благодаря Штальбюлю. Я прикинула — за три года нужно скопить не менее восьми тысяч гульденов.

— Зачем столько?

— Наёмники стоят дорого. Потребуется сотня всадников, на два или три месяца, перевозка в Придию за счет нанимателя. Хорошо ещё, что время есть… Хотя, конечно, грешно так говорить. Мои планы основываются на том, что смутное время продлится долго. Для всех — кровь, смерть. Для меня — шанс вернуть ценности рода. Вот так.

— Себя-то не вини, — проворчал Хингем. — Не ты войну начала. А в том, чтобы использовать подвернувшийся случай, бесчестья нет.

— Я понимаю. Всё равно противно как-то, словно мертвого граблю. Вернее, смотрю на умирающего и думаю, как буду обносить его труп.

Рыцарь аж закашлялся от неожиданного сравнения.

— Так! Иди спать, маленькая леди! Что-то ты заговорилась! Своего успокаивающего глотни — и в кроватку. До завтра тебя никто не побеспокоит, обещаю.

— Спасибо, дядя Джон!

Владение оживало. Ещё весной на его месте оставались руины стен, да лежали разбросанные по округе сгнившие бревна, а теперь здесь жили люди. Маловато, но их число постепенно увеличивалось. По крайней мере, Анна намеревалась для этого приложить все силы, и рассматривала появление Ницей в качестве первой ласточки. Довольно удачной.

Людьми они оказались предприимчивыми. На следующий день мужчины дружно собрались и ранним утром снова отправились в лес, добирать то, что не успели собрать у прохода вчера. Вернулись с неплохим уловом, однако слегка потрепанные — напоролись на пару ежей, обстрелявших людей иглами. Детлеф Ниц после день лежал, перебарывал отраву. Звать на помощь леди или искать целителя они не стали, потому что Лина, жена Герхарда, оказалась травницей, и напоила сына противоядием. У неё в сундуке находился приличный запас настоек на все случаи жизни. Ницы вообще явились не голыми-босыми, а забрали из оставленных домов весь скарб, перевезли на телегах клетки с живностью, утащили съестные запасы. Остаётся лишь позавидовать подобной домовитости.

Торговец, периодически посещавший усадьбу, выкупить весь товар не смог и пообещал в следующий раз взять денег побольше. Он сильно интересовался сделанными доминой одноразовыми артефактами, спрашивал, собирается ли та ими торговать. Да, собирается, только не лично. Из-за дефицита свободного времени Анна намеревалась вызвать в Воробьиный Луг кого-нибудь из родственников Ральфа, или его самого, если он захочет покинуть виллу. Там-то всё налажено, в то время как здесь, в усадьбе, сделать предстоит многое. Например, заключить с Гильдией постоянный договор поставки ингредиентов по нормальным ценам, а не как сейчас, теряя процентов двадцать.

Вскоре произошло знаковое событие… Вернее, два события, одно из которых в будущем обещало дать серьёзные последствия. Наконец-то до них добрались Бленкерты, та самая троица егерей, сосватанная дяде Джону ещё зимой на заснеженном полустанке их родственником. В Черном Кольце они были такими же новичками, как и Стормсонги, сказать про них никто ничего не мог. Однако парни они были тёртыми, поэтому притащили с собой ворох рекомендательных писем, из коих следовало, что предыдущие наниматели остались ими довольны. На службу Анна их приняла, заключив стандартный договор до Дня Всех Святых, хотя испытывала насчет умений троицы определенные сомнения. Проход в Царство, земли вокруг которого Бленкерты прежде защищали, был относительно небольшим, с Кольцом не сравнить. Троице не доводилось сталкиваться с сильными духами или продвинутыми чудинцами наподобие медведя, убитого ей и Родом недавно. И в целом чудинцев там обитало меньше.

Впрочем, пусть пробуют. Не дети малые — понимают, куда приехали.

Это — рутина. Вот визит молодого господина Вильгельма фон Лест следовало воспринимать иначе. Род Лестов по части древности и знатности Стормсонгам не уступал, по влиянию, увы, с недавних пор превосходил, и значительно. У них тоже имелся полученный от духов дар, правда, обрели его не при основании, а через женитьбу. Среди живых представителей рода имелось три мастера магии, причем все считались сильными боевиками. Негласный этикет предполагал, что Анна должна первой нанести им визит, и она бы так и поступила, располагайся земли Лестов поближе. Тем не менее, Вильгельм, пусть и под благовидным предлогом, возвращаясь из столицы Австразии, завернул в Воробьиный Луг.

— Рада видеть вас на своей земле, господин фон Лест, — надеясь, что не позволила удивлению отразиться на лице, присела в реверансе девушка. — Будьте моим гостем. Усадьба не в лучшем состоянии, нам ещё долго строиться, но мы сделаем всё возможное, чтобы вы не терпели ни в чём нужды.

— Благодарю за теплый приём, миледи, — ответно поклонился молодой мужчина. Лет двадцати пяти на вид. — Ещё находясь в Виндобоне, я услышал о переезде дочери рода Штормовой песни во Фризию, а по пути сюда узнал о том, что мы, оказывается, стали соседями! Конечно же, я не удержался и захотел познакомиться!

Поначалу Анна опасалась, что новый знакомый окажется кем-то вроде молодого Калленеля, только умнее и не пьяница, но быстро поняла свою ошибку. Фон Лест не был повесой. Судя по легким оговоркам, в столице Австразии он решал какие-то проблемы семьи, и тот факт, что в молодом возрасте старшие доверили ему важное дело, говорил о многом. Он демонстрировал прекрасные манеры, был приятным собеседником, великолепно говорил комплименты, умело очаровывал и столь же умело вытягивал нужные ему сведения. Поневоле, Стормсонг восхитилась.

Впервые за долгое время она почувствовала себя вернувшейся на родину. В обществе равного. Человека, мыслившего почти теми же категориями, получившего схожее воспитание, образование, столь же чутко воспринимавшего мир. Получив чужую память, Анна сильно изменилась, но базовые ценности остались неизменны. Можно сказать, что с Вильгельмом они говорили на одном языке. Правда, взгляд на одни и те же события у них далеко не всегда был одинаков.

С фон Лестом леди Стормсонг могла откровенно обсудить то, о чём помалкивала в обществе других дворян Черного Кольца. Тем более что обстановка способствовала: после обеда они вдвоём сидели в беседке, окруженной незаметной вуалью заклятья против подслушивания, и спокойно пили чай со свежей выпечкой. Никто их не беспокоил.

— Ваш род поддерживает Алого курфюрста?