Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 75)

– И что должен делать мужчина?

Джим ответил:

– Он как раз собирался рассказать нам о том, как разбил свой нос!

Я улыбнулся.

– Родители моей девушки пришли раньше, чем я думал.

Они широко ухмыльнулись:

– А вы себя плохо вели?

– Очень плохо. Они из меня выбили всё дерьмо.

– Они? – спросил Джим.

Я вкратце рассказал им о произошедшем, что они встретили смехом и еще большим количеством пива.

Они спросили как меня зовут и на какие предметы хожу. Парни были удивлены тем, что в моем списке не было ни одного предмета для первокурсников. Разговор об этом затянул нас еще на полчаса. Джим купил дополнительное пиво.

Пиво торкнуло меня и я не удивился, когда Джим сказал что пора ужинать.

– Ты определенно хочешь пойти с нами.

– У нас еда уж точно вкуснее той дряни, что они подают в столовых, – добавил Борис.

Он получил прозвище потому что играл в шахматы, как Борис Спасский в прошлом году, да и вообще был похож на русского, со своим круглым лицом и слегка татарскими глазами.

– В этом я не сомневаюсь! – согласился я, и схватив куртку, последовал за ними.

Борис владел самой страшной Шевроле Импала, которую видел этот мир. Создавалось впечатление, что она держится на соплях и жвачке.

Узри, покоренный корабль! Прокомментировал Джим. Мы забрались внутрь, и я попытался не думать о том, на чем сижу. Ну, по крайней мере оно не хлюпало! Двигатель завелся не без проблем, оставшуюся часть пути он гремел и стучал. Хуже всего было то, что ни один из нас был не в состоянии водить. Но кое-как эту милю мы всё-таки проехали.

– Добро пожаловать в Каппа, Гамма, Сигма! – сказал Борис, когда мы вылезли из этого ведра на колесах.

– Дом, милый дом, – добавил Истон.

Мы припарковались за двумя домами по Бурдет, окруженными забором из сетки. В одном из них даже был бассейн. И дома и двор были обжиты и производили весьма уютное впечатление обустроенной свалки.

– И в каком доме?

– В обоих, – ответил Борис.

Джим подхватил:

– Здание братства на самом деле состоит из двух зданий, – он указал на больший из двух домов, разваливающееся, трехэтажное строение монструозного вида. – Это главное здание. Во втором только спальни. В главном же кухня, столовая, гостиная и всё такое.

– И бар там тоже есть. Пошли, возьмем еще по пиву, – закончил Борис.

Я пошел за ними внутрь, чтобы обнаружить бочку пива привязанную ко столу в главном здании, комнат эту звали гостиной. Мне передали пиво и сказали устраиваться поудобнее. Я встретил там удивительное количество знакомых. Сначала наткнулся на Стью Соколова. Он был на втором курсе и был шокирован, когда узнал, что ходит на пары с первокурсником. Стью был математиком и хотел работать в страховой компании. Мы несколько минут поговорили о приближающемся тесте, и затем я заметил пару ребят из ПОЗ. Я поговорил еще с парой человек и понял что к чему.

Меня привели на неформальну вечеринку посвящения.

Братство было живым организмом, и каждый год старшие курсы выпускались из универа и уезжали. Братьям нужн были новички, чтобы заполнить пустующие места. Так как объявление в газете ты не дашь "Ищем: Первокурсника РПИ, для членства в братстве, чтобы жить в грязи и шуме. Требования: Гетеросексуальность, пристрастие к алкоголю и наркотикам. Звоните! Мы ждем!"

Нужно было проводить разнообразные вечеринки, чтобы ознакомить первокурсников с жизнью братства. Вторым и третьим курсам говорили приглашать всех на эти вечеринки. Это как заманивать детей в темный фургон с конфетами, только вместо конфет было пиво, да и конец не был печальным.

Для первокурсника такие мероприятия были шансом выпить пива и произвести впечатление на братьев. Братья же во время них определяли есть ли у кого из этих маленьких придурков то, что нужно для того, чтобы стать братьями и выдержат ли они год или два жизни с ними. Всё это произошло во время первого семестра. В конце семестра, избранных приглашали на посвящение. Это давало определенные привилегии, включая право тусить в доме братства, автоматическое приглашение на все вечеринки, бесплатную еду по выходным и доступ к бару.

С другой стороны – за это приходилось платить. К концу весеннего семестра, они проходили через "Адскую Неделю". Неделю безостановочных мучений и издевательств. В конце такой недели всех официально принимали в братство и давали право жить в здании братства на следующий год. Этот ритуал уходит корнями в девятнадцатый век, и, вероятно, тысячи лет до него. Наверняка в вавилонскую армию набирали по тому же принципу.

Я наскоро переговорил с Бруно Коулингом и Джо Брэдли, другой парочкой первокурсников в ПОЗ, интересуясь тем, как они сюда попали. Выяснилось, что их пригласила парочка старших братьев по ПОЗ. Я понимающе кивнул. Затем мы разболтались с парнем из Ворон (братство Альфа Хризма). Так как Кеги и Вороны были домами из ПОЗ, я понял, что любой кадет, который не был уж полным лузером, был приглашен на вечеринку. Так оно и было когда я оглянулся и начал их считать. Две трети братьев числились либо в армейском, либо в морском, либо в воздушном ПОЗ. Честно говоря, выглядели они не меньшими дегенератами, чем гражданские братья.

Я выпил еще пару банок пива перед пятничными бургерами и картошкой. Оглянувшись на кухню понял, что о санэпидемстанции здесь лишь слышали. Но еда всё еще была на порядок вкуснее, чем в столовой. Продолжив расхаживать по братству, в один момент мы с Борисом отправились ко второму зданию, что состояло из спален. В главном здании можно было найти формальный зал (та же гостиная, только чище), и кухня со столовыми. Сверху располагалось еще два этажа, там жили люди, еще была большая баня.

Соседнее же здание называли Гроганс, потому что когда братству перестало хватать одного здания, второе выкупили у семьи с фамилией Гроганс. Там было два жилых этажа и пара ванных.

Каппа, Гамма, Сигма были одним из 24-х братств по кампусу. Сестринств не было, так как не было… девушек.

Греческая жизнь, как её называли, была во главе стола в РПИ. Но в общежитиях РПИ просто не было места, чтобы уместить там 800 студентов из братства.

Братств было превеликое множество.

Тау Каппа Эпсилон, "Теке" – были футболистами, Лямбда Пи были задротами, и учитывая прозвище "Овечки", над ними жестко издевались. "Замок" Пи Каппа Фи владели зданием викторианской эры посреди Троя, которое было настолько аутентичным, что через пару лет к ним заявятся люди из голливуда и снимут там фильм. Кеги и Вороны были военными братствами, хоть туда можно было вступить и парням, что не ходили на ПОЗ.

Папа не хотел, чтобы я вступал в братство в первый раз, но не то чтобы я считался с его мнением. Он даже сказал, что если я съеду с кампуса, то он не будет платить за мою комнату или квартиру где-нибудь еще.

Я так и не понял почему он был так категорично настроен против братств. Он состоял в Дельта Эпсилоне, университет Пенсильвании. Хотя как-то он обмолвился, что у них не было здания братства. Они просто собирались раз в месяц в арендованной комнате в гостинице. Я уверен, что они там напивались и приводили шлюх. Эй, это происходило в сороковые, времена были другими. Сейчас же он не хотел, чтобы я имел дело с братствами.

Большинство первокурсников ушло с Бурдетта к общежитиями в одиннадцать. Я зашел как раз вовремя, чтобы застать дружище, лежащего в облаке травы с несколькими парнями. Я упал на кровать, и проспал всё, чем бы они там не занимались.

Проснулся я лишь на следующее утро, чтобы обнаружить Дружище, который смотрел на меня, зажигая кальян.

– Так ты знаешь как тусить!

Ох, я знал как тусить. И чувствовал это каждой косточкой моего тела. Может всё это дело с братствами было не таким уж и плохим. Во рту словно кошки нагадили. Я скатился с кровати и показал Дружищу палец, отчего тот рассмеялся. Я схватил свои туалетные принадлежности, принял душ и побрился. Затем обмотал полотенцем талию и поплелся вниз по коридору в нашу комнату, с вещами в руке.

Напротив шла женщина средних лет, за ней всё остальное семейство, которой, по всей видимости, состояло из красивых школьниц.

– Ведете себя не подобающе, молодой человек? –

спросила она с улыбкой.

– Нет, мэм. Это просто неофициальная одежда. Неподобающе было бы без полотенце. Хотите увидеть разницу?

Девочки начали хохотать, мама тоже громко посмеялась.

– Как бы соблазнительно это ни звучало, молодой человек, я думаю, мне лучше отложить это на потом.

– Жаль. Вы сама-то вели себя неподобающе? – спросил я.

Девочки еще посмеялись, а их мать покраснела.

– И как ты думаешь у меня появился сын и четыре дочери? Кстати говоря…

Я оценил её фигуру взглядом.

– Пять детей? Быть не может! Загляните в 206-ю на выходе!

Я проскользнул мимо неё и хихикающих дочерей, направляясь обратно себе в комнату.

Спустя пять минут я был одет и делал Джин-тоник, когда в дверь начали стучать. Я открыл её и обнаружил там очень, очень большого парня по имени Бо Бержински, что жил дальше по коридору, за углом.

– Что такое, Бо?

– Ты подкатывал к моей матери? – спросил он.

Дружище смотрел на нас, в его голове копошились вопросы.

Я глотнул свой напиток, стало интересно, надерут ли мне задницу.

У Бо это вполне может получиться.

– Ты чертовски прав! И к сестрам тоже! Они куда красивее, чем ты, Бо, – я широко открыл дверь. – Ну же, проходи. Выпьем?