Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 40)

– Что за аматорство, Рэй! – прокомментировал я, – Некоторым девушкам, с которыми ты общаешься, такое бы даже понравилось, но определенно не Джине!

Все рассмеялись. Джина была на пределе того, чтобы заговорить, но Дженни подняла руку.

– Придержите коней, оба. Джина здесь новенькая и мы не привели её к вам, чтобы бросить как свежее мясо обжившимся волкам. Давайте выслушаем, чего вы от неё хотите, чтобы мы могли ей чего-нибудь посоветовать.

С этим все согласились, так что я позволили Рэю говорить первым. Он не знал куда деть свой взгляд, но всё же сказал: Классика – кино и ужин. Девушки обсуждали это какое-то время и затем Тэмми произнесла.

– Твоя очередь, Карл.

Ох… прелести опыта. Я давал новичку шанс и просто закачал головой.

– Не впечатляет. 1, 4 по шкале сложности. 3.7, 3.6, 2.4 от восточно-германских судей*. Нет, определенно не кино, – я драматично начал почесывать подбородок и ходить вокруг Джины, – Нет, для первого свидания нужно что-то активное, не пассивное. Где мы сможем поговорить и Джина поймет, какой я отличный парень и как ей повезло, что она не пошла с Рээм. Хм….

Большая часть девушек уже хихикала к этому моменту, а Рэй толкнул меня в плечо.

– Да, думаю нам стоит пойти в Timonium Lanes и поиграть в боулинг.

Услышав это, лицо Джины загорелось. Я люблю боулинг! Как ты узнал?

Я ухмыльнулся Рэю и приставил пальцы к вискам.

Драматично прокручивая их, я ответил.

– Всё дело в моих невероятных познаниях о женщинах? Умение читать мысли в стиле Гудини? Или… – я драматично выдержал паузу, – …ты переехала сюда из Нью-Йорка и на тебе куртка Oyster Bay Rollers?

На Джины была розовая куртка с фигурой человека, который играл в боулинг. Я скрестил руки и гордо глянул на остальных.

Оставшаяся часть группы посчитала это либо подлым, либо гениальным, но глаза Джины сияли, она улыбалась мне. Рэя вывели из игры. Я вытащил кусок бумаги и выхватил из кармана Рэнди ручку, чтобы записать её номер. Девушки ушли, затаскивая Джину в класс, предупредив, что всё обо мне расскажут.

Когда они ушли, Рэй глянул на Рэнди и произнес:

– Тебе не нужны партнеры в том, чтобы набить ему морду?

Я свистнул им назло и мы разошлись по классам

Оставшуюся неделю я пытался заговорить с Джиной при каждом удобном случае. В среду сказал ей не верить всем тем ужасным слухам, что она слышала обо мне, в ответ на это она сильно покраснела, и я понял, что девушки рассказали ей очень многое. Что конкретно – Джина объяснять отказалась. Улыбнувшись, я наклонился к её уху и прошептал:

– Ты боишься потому, что всё это может оказаться правдой? Или потому, что может не оказаться?

Она покраснела еще сильнее, так что я поцеловал её в щеку и отступил. Девушка выглядела несколько озадаченной, но затем наклонилась вперед, встала на цыпочки и крепко поцеловала меня в губы. Она хихикнула и сбежала, оставив меня в счастливом предвкушении.

В ту же пятницу, в шесть вечера, вооружившись своими новыми правами и ключами от Доджа Дарт, отъехал от дома и поехал к Джине. Она жила со своими родителями неподалеку от улицы Джоппа Роуд, что вела к колледжу Гушер. Прежде, чем мне разрешат забрать девушку с собой, нужно было познакомиться с её родителями.

Гушер был одним из двух колледжей в Тоусоне, но он очень отличался от Тоусон Стэйт. В то время как Тоусон Стэйт представляет из себя публичный колледж, находится в центре города, с широким, открытым кампусом, то Гушер был очень дорогим, и только для девушек, да ещё и с гуманитарным уклоном. Представьте себе Редклифф, но к Югу от линии Мэйсона-Диксона. В отличии о Тоусон Стэйта, колледж был закрытым: огороженным холмами, непроходимыми лесами и заборами, за которыми в роскоши учились Богини, ровни которым не видел ни один смертный. Никто их не видел, но у всех был знакомый, который знал парня, у которого был друг, у чьего брата был двоюродный брат, что пробрался туда и видел, как студентки там загорают полностью голыми! Ну, по крайней мере такая шла молва. Я и сам там как-то был, на концерте оркестра морских пехотинцев (Увертюру "1812" Чайковского всем стоит послушать, особенно под аккомпанемент пушек и фейерверков), но никаких следов голых женщин там не заметил.

На то, чтобы понять какой дом принадлежит Джине, много времени не ушло, я ведь уже бывал там, так сказать. Я припарковался, вышел и направился к порогу. Дверь открылась прежде, чем я ногу успел на ступеньки поставить. Джина, наверное, ждала пока я появлюсь и выглядела довольно нервной. Я решил перестраховаться и не целовать её. Но, тем не менее, передал ей небольшой букетик цветов.

– Они не такие красивые, как ты, но в качестве подарка семье по поводу знакомства сойдут!

За это меня приятно обняли, взяли за руку и завели в гостиную.

В ней сидел мужчина, ровесник отца и любопытно смотрел на нас, если не счастливо.

– Пап, я хотела бы представить тебе Карла Бакмена, со школы!

Мистер Колосимо встал с кресла и я подошел к нему. Он был на дюйм или два ниже меня и более круглым, хоть под животом вроде бы и были мышцы. Мужчина был почти полностью лысым, с массивными руками и ладонями. Я протянул руку и посмотрел ему в глаза:

– Приятно познакомиться, Мистер Колосимо. Спасибо за приглашение в свой дом!

– Да, конечно, но скорее Джину благодари за приглашение, чем меня, – криво ответил он.

Мужчина не пытался запугать меня до смерти, но я чувствовал его властность.

– Пап! – запротестовала она.

Я не менее криво ухмыльнулся ему в ответ:

– Думаю, вы правы. У меня есть младшая сестра, ей десять. Сомневаюсь, что мой отец будет хорошо справляться с такими вопросами через пару лет.

Раздались вздохи и в комнату вошла женщина.

– Миссис Колосимо, спасибо, что пригласили. Я – Карл Бакмен.

Мать Джины выглядела как взрослая версия Джины, низкая, итальянская, грудастая, с широкими бедрами и узкой талией. Она пожала мою руку.

– Очень рада с тобой познакомиться, – она глянула на дочь, что нервно стояла с цветами в руке. – Джина?

Джинна испугано протянула букет.

– Карл принес, у нас есть ваза или что-то вроде того?

– Очень милые, пойдемте, найдем чего-нибудь на кухне.

Мы с Джиной пошли за ней, подгоняемые отцом девушки сзади.

– Что-то здесь пахнет невероятно вкусно! – сказал я, когда мы вошли на кухню.

– Пятница, рыбы не хотелось, вот я и решила сделать Маникотти! – сказала миссис Колосимо. – Тебе нравятся Маникотти?

– Обожаю их! – ответил я. – Могу помочь?

Эту фразу встретили смехом, так как перевес на кухне был не в сторону обладателей Y хромосом. Я отправился обратно в гостиную, где сидел отец Джины, пока миссис Колосимо готовила ужин, а её дочь металась туда-обратно между кухней и гостиной.

Мистер Колосимо был нормальным мужиком. Просто хотел понять, что за парень хочет увезти его дочь на свидание. Хоть он и выглядел как сантехник из плохого ситкома, мужчина был страховым агентом, которого компания перевела в Балтимор. Миссис Колосимо была его секретаршей. За ужином он по-доброму расспрашивал меня о том, чем я хочу заниматься в дальнейшем. В какой-то момент ему настолько надоела нервозность дочери, что он сказал ей прекратить дрожать от каждого слова. Она огрызнулась и мы с матерью Джины посмеялись над ними обоими.

После ужина Джина вышла подготовиться к свиданию и её мать спросила у меня:

– Так что, Джина уже показывала тебе свои трофеи?

– Трофеи?

– Она отлично играет в боулинг.

Миссис Колосимо провела меня в коморку, где за стеклом висел небольшой стенд заполненный наградами. Там нас Джина и нашла!

Я улыбнулся:

– Кажется, меня попытались обмануть. Трофеи?

Она максимально фальшиво улыбнулась.

– Разве я тебе не говорила? Наверное, вылетело из головы. Ладно, пошли!

– Жду тебя дома к десяти, – сказал отец.

– Папа! Нет!

– Папа да! К десяти!

– Думаю сойдемся на десяти тридцати, – сказала мать. Отец фыркнул и проводил нас. Я пообещал вернуть девушку в срок.

– Они обращаются со мной как с ребенком, – пожаловалась Джина когда мы сели в мою машину.

– Они обращаются с тобой, как с дочерью, которую любят. Дай им время. Я привезу тебя в десять-тридцать. На следующей неделе в одиннадцать, а еще через неделю будем вместе до утра.

Она улыбнулась.

– До утра! Ты уверен?