Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 149)

с которых мне иногда приходилось вылетать и прилетать) но большим его не назовешь. Несколько основным рейсов, да и всё. Остальное перенаправлялось в Нью-Йорк или Чикаго. В пять утра перед ним было довольно много парковочных мест. Выйдя из машины, я стянул с себя парку и натянул ветровку. Мэрилин странно уставилась на меня, так как температура стояла довольно низкая.

– Там, куда мы летим, парки будут не нужны.

Она кивнула и стянула с себя зимнее пальто, бросив его к моей куртке.

– Так куда мы летим?

Я всё еще не рассказал ей. Лишь ухмыльнулся.

– Туда, где нам не будут нужны парки!

Она показала мне средний палец и я посмеялся.

Для того, чтобы стоять и беседовать было слишком холодно. Я схватил свои сумки вкупе с её и потащил их к аэропорту как Шерпа.

Посмотрев на табло, я нашел рейс в Аллегейни и повел девушку к стойке. Я не хотел раскрывать ей карты так долго, как только мог, а потому вручил билеты только до Нью-Йорка. Она не заметила ярлычки на нашем багаже.

Получив наши посадочные талоны, я провел её к эскалатору и до второго этажа, к выходу на посадку.

По пути мы остановились в единственном открытом в тот час кафе и попили кофе с выпечкой.

– Ты должен сказать мне, куда мы летим! Я знаю, что не в Нью-Йорк!

– И как ты это узнала?

– Там нет пляжей, – сказала оно чопорно.

Я просто улыбнулся.

– Но, возможно, я просто солгал тебе. Может быть, мы отправимся в город и проведем неделю, живя в номере, и отправимся на бродвейские шоу.

– Я тебе не верю, – она выстрелила в меня взглядом, но я просто пропустил его мимо.

– Ты скоро всё узнаешь.

Немногим позже, наш самолёт 727, начал посадку и пригласили пассажиров первого класса.

– Это нас, – объявил я и встал.

– Первый класс? – спросила она, вытаращив глаза.

– Разве мы не заслуживаем быть в первом классе?

– Я имею в виду билеты, ты тупица!

– Проверь свой посадочный талон, – я схватил её за руку и поднял на ноги, а затем схватил ручную кладь, – Давай, пойдем.

Она зашаркала за мной, не совсем веря, что мы собираемся в первый класс, но, наконец, приняла это, когда мы сели во второй ряд. Первый класс был не настолько впечатляющим на 727, но у меня были деньги.

На самом деле денег у меня было прилично. В тот момент на моем счету было где-то между полтора и двумя миллионами долларов. Если экономика ничего из себя не представляла, это не значило, что нельзя было заработать денег. Наоборот, они прибавляются чуть ли не активнее при спадах, чем при подъемах.

К зиме 74-х-75-х годов американская экономика находилась в полном бардаке. Никсон позорно ушел в отставку, а Форд, его наследник поставил себя под удар тем, что простил тому его преступления. Прошлогодний нефтяной кризис сошел на нет, но люди по-прежнему привыкали к ценам на бензин, которые они не способны были себе позволить, безработица с инфляцией росли.

Остаток десятилетия, включая не слишком впечатляющий срок Джимми Картера, ударил по людям. Я вкладывался в разнообразные устойчивые к инфляции и экономическому спаду биржи. Следующий куш мне предстоит урвать только после выпуска, но денег мне хватало, чтобы порадовать себя Ролексами на День Рождения.

К черту всё, С Днем Рождения, Карл! Я подумал о том, чтобы заменить свою ржавую Гэлэкси.

Первый класс, конечно, был на шаг впереди от крестьянского второго класса сзади. Сиденья были кожаными, очень широкими и располагались достаточно далеко друг от друга, у тебя было место для ног и возможность откидываться, и их было всего четыре. Класс Сардин упаковывал же их в шесть рядом, и если ты не сидел зажато в вертикальном положении, то не мог двигать ногами.

Первый класс хорош, и не только потому, что ты можешь властвовать над низшими людьми, летающими сзади. Отдельные места стоят дополнительных расходов, но в первом классе ты получишь настоящую еду и настоящие напитки – бесплатно! К тому времени, как я зашел в тот антикварный магазин, стюардессам выдали кассовые аппартаты и они продавали тебе все, начиная от еды и напитков до подушек и одеял, и даже в ванных комнатах стяли платные туалеты. Я клянусь, что если самолет упадет с неба, им будет поручено заставить тебя заплатить за использование кислородных масок, которые падали с потолка.

В 1974 году пассажиры первого класса незамедлительно обслуживались булочками, соками или кофе, в настоящих тарелках, чашках и стаканах. Полет длился всего лишь около часа, но как только мы взлетели, нас принялась обслуживать стюардесса "только для первого класса".

Мэрилин была впечатлена.

– Когда-либо летала раньше? – спросил я ее.

– Да. Пару лет назад вместе с классом летали во Францию, это была школьная поездка. Мы там недели две провели.

– Ничего себе! Нам везло, если на школьном автобусе нас отвозили в музей. Твои братья полетели, когда пришла их очередь?

Она потрясла головой.

– Нет, они не летали, учась в Нотр-Дам, это только в UCA.

В любом случае, я не совсем понял, поэтому попросил её уточнить. В Утике, в то время, существовало несколько приходских начальных и неполных младших школ, но на олько две старшие школы. Дети помладше учились в смешанных школах, но в старших такого не было. UCA была школой для девочек, а Нотр-Дам – для мальчиков. Задолго до того, как выросла Рут, UCA закрыли, и всё объединили в Нотр-Дам. Все братья и сестры Мэрилин отправились в Нотр-Дам. Видимо, только UCA организовала поездку во Францию.

– Узнала что-то?

Она ухмыльнулась мне.

– Я узнала, что не хочу больше ходить в музеи или соборы во Франции! – Боже благослови ее сладкое сердце, но Мэрилин – не интеллектуальный тип человека. Я бы убил за такую возможность слетать!

– А ты когда-нибудь летал? – спросила она меня.

Я кивнул.

– Когда мне было десять лет, моему отцу пришлось вылететь в Питтсбург, для его компании, и они взяли этот маленький самолетик, он спросил, не хочу ли я слетать с ним. Я сказал: Конечно! Боже, как мне завидовал Хэм! Во всяком случае, мы не отводили взгляда от земли,

а этот маленький паразит скакал по небу. Когда мы летели обратно разразилась какая-то буря, и пилот объявил, что мы полетим пониже, а я сказал ему приземлиться на шоссе, чтобы мы взяли такси домой!

Мы оба посмеялись над этим, и к тому времени, когда мы закончили говорить о нашем опыте полётов, мы спускались в Международный аэропорт Джона Кеннеди. Мы прибыли вовремя (еще одно отличие от будущего), и я прошел через аэропорт к American Airlines. Тогда вам нужно было получить посадочный талон в каждой авиакомпании; вы не могли получить их все одновременно. Компьютерной техники еще не было.

Всё раскрылось, как только я протянул проверяющему наши билеты. Я сделал это всё через агента в Трое этой осенью, и забронировал полёт и гостиничный номер. Проверяющий посмотрел на мои билеты и сказал:

– Два билета в первый класс в Лас Вегас, верно?

Мэрилин охнула.

– Лас Вегас!

Я ухмыльнулся.

– В яблочко!

– Желаю вам слышать это там почаще, – согласился проверяющий.

– Ты сказал, мы собираемся на пляж, – сказала она с ноткой обвинения.

– Я сказал, мы едем куда-то, где ты сможешь надеть очень маленькое бикини. Это не одно и то же.

– Например, куда!?

Я улыбнулся.

– Ну, Элли Мэй, тебе и остальным в Clampetts просто нужно будет разобраться в цементном пруду!

– Ты не смешной.

Она высунула язык, поэтому я рассмеялся и приобнял её, и мы взяли наши посадочные талоны и пошли вперед. У нас было около часа между рейсами, и нужно было пробраться через толпу к выходу, поэтому свободного времени оставалось всего ничего. К тому времени, как мы добрались до наших ворот, у нас было всего пятнадцать минут, прежде чем они попросили пассажиров первого класса подойти к ним.

– Снова первый класс? – сказала она, когда мы поднялись на борт.

– Только для лучшей женщины, которую я люблю! – ответил я театрально.

Она посмотрела на большие сиденья, а затем снова посмотрела через шторку, где сидели сардины.

– Ну, может, я и прощу тебя за то, что ты мне лжешь.