Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 137)

– Думаю, ты знаешь об этом наверняка!

После этого мы много не говорили. Мэрилин в точности раскусила мои планы и принялась расстегивать мой ремень. Она удивилась, когда увидела насколько твердым он у меня был. К тому моменту начал падать дождь и охлаждать машину. Да, окна запотели.

Мэрилин получила себе целый рот спермы, пока я долбил её пальцами. Вскоре я снова затвердел и подполз к ней. Мы отлично повеселились.

После всего действа мы залезли обратно в свою одежду и она произнесла:

– В библиотеке было бы куда удобнее, ты же в курсе?

– Ты всю ночь сводила меня с ума этой юбкой и каблуками! Я не мог ждать.

– Нужно заставить тебя их нацепить! – пожаловалась она.

– Давай провернем сделку. Ты должна их надевать только под юбку или платье.

– Почему мне кажется, что ты что-то замышляешь?

– Понятия не имею. Может потому что хочу видеть тебя исключительно в юбках и платьях? – ответил я невинно.

– Ага, так и думала.

– Пойдем на компромисс. Продолжай носить эту маленькую юбочку без белья и на самых длинных каблуках и тогда все остальное время сможешь носить обтягивающие штаны и обычные каблуки!

– Мечтай!

Я открыл дверь и вышел под моросящий дождь, заправив рубашку и сделав так, чтобы не было похоже будто я одевался в машине после траха. Мэрилин тоже убедилась, что её блузка была на месте и засунула свои трусики и лифчик в кошелек. Я завел машину и отправился обратно в дом. На месте я предложил узнать – действительно ли удобнее в библиотеке. Мэрилин согласилась.

Экспериментальная наука – лучшая наука!

Глава 37. Второй курс

Второй курс интересен большинству студентов тем, что это – их первый в жизни на самом деле независимый год, в академическом смысле.

Не в образе жизни(он меняется еще на первом курсе) – первый курс нес огромный шок для большинства, что до этого жили только с родителями. Теперь же к ним относятся как к взрослым, и нужно очень быстро научиться дисциплине. Мамочка с папочкой не будут держать тебя за ручку, придется подстраиваться под окружение, встречать новых людей и учиться быть ответственным. Многие с этим не справлялись. Мэрилин и Дружище – всего лишь парочка примеров. С дружище всё понятно, а у Мэрилин не хватало самодисциплины, чтобы учиться вдали от дома. Она нуждалась в четко-структурированном окружении.

Большое количество студентов не переживает первый курс. Те же, кто справляется, сразу понимают, что второй курс интереснее. Для большинства студентов не только РПИ, но и почти любого другого колледжа, первокурсники просто заменяемые детали, не стоящие должного внимания. Всем инженерам нужно пройти пару семестров базовой инженерии, прежде, чем они смогут пойти на специализацию. Всем химикам нужно пройти базовую химию, чтобы как следует во всем разобраться. Всем гуманитариям приходилось ходить на английский, чтобы научиться красиво писать. РПИ был более жестким колледжем, чем остальные, но не намного.

Почти все колледжи это понимали и до какой-то степени справиться с этим и приспособиться.

В РПИ есть репетиторские и наставнические офисы для первых курсов (все ходят на одни и те же занятия). Это не отменяет того факта, что многие слишком не зрелые, чтобы жить в одиночку и все свободное время будут тратить время попусту, как Дружище.

Второй курс – это курс, на котором ты начинаешь выбирать себе специальность.

Дни, когда пять сотен студентов учили Химию 1 ушли. Остались лишь лекции на, возможно, тридцать химиков-органиков. Разные дисциплины имели разные требования, так что инженерам-электрикам не приходилось брать курсы гидравлики и т. д. С этими ребятами лучше подружиться, так как они будут сосуществовать с тобой ближайшие три года!

Занятия становились сложнее, так как профессорам, при таком раскладе, гораздо легче замечать спящих на парах студентов. Еще один срез учащихся произойдет среди тех, кто смог обманом и хитростью пережить первый курс, но теперь был вынужден учиться. Так же, многие начинают съезжать из кампуса, где их тоже ждет масса испытаний. В то время как некоторые колледжи настаивают на том, чтобы студенты жили на территории кампуса, в большинстве просто нет для этого места в общежитиях. В РПИ один из четырех студентов живет в общежитии, примерно столько же расселились по квартирам в городе. В колледже просто напросто нет столько места, чтобы уместить всех желающих.

Я осел в бочках и видел некоторые изменения. Мы с Джо неплохо сжились. он был относительно тихим парнем, много не пил, а на наркотики даже не смотрел. Парень не гонялся за женщинами, да и вообще не распространялся об этой части своей жизни. При всем этом мой гей-радар молчал, думаю у него кто-то был дома. Домом Джо приходился Нью-Джерси, место, в котором я жил пару лет, но так и не сумел привязаться. У Джо было неплохое чувство юмора, неплохое вкус в одежде и приличные навыки фокусника. Он любил показывать карточные фокусы, актерская игра была, конечно, ужасна, но тем не менее никто не замечал откуда появляются и куда пропадают карты! А еще он был рьяным католиком.

Мы нормально жили до октября, а затем я поехал на выходные к Мэрилин, это было в первую неделю октября. Она же навестила меня две недели спустя и, как я и обещал Джо, я более, чем достаточно раз намекнул ему, когда что-то намечалось. Мы выработали расписание – я поеду к Мэрилин в ноябре, затем она ко мне через недельку-вторую, потом приеду к ней на благодарение, ну… вот собственно и всё!

В декабре мы будем готовиться к экзаменам, а затем у нас будут зимние каникулы. Тогда придется заняться расписание на 1975-й год. Я хотел держать всё под контролем и стать соседом получше, чем в прошлый раз. Джо был неплохим парнем, и мне всегда было жаль, что я вел себя с ним как мудак. Я знал, что ему не нравилось то, что я курю дурь, а еще как-то раз мы с Мэрилин начали забавляться, когда тот еще толком не успел заснуть и я знал, что это очень сильно его оскорбило.

Я знал, что будет происходить с несколькими из моих братьев. Энди Ковальчук был тем еще планокуром, это я знал сейчас, но не в свой первый раз. Он втянул меня в это дело, и причем серьнзно. Сейчас же я курил далеко не так много. Но всё же, он подговорил Билла Кёсвика, химика, делать гашишное масло и украсть лабораторное оборудование для его де производства. Прекрасный получился проект на выходные.

Джерри Моданович был полнейшим мудаком, но о соседях ему переживать не приходилось. Циско вернулся еще более уродливым и тупым, чем когда либо, ему едва удалось не вылететь. Через две недели после приезда он сломал стул на котором сидел, и я знал, что их еще будет масса.

Джо был математиком, он ходил на занятия для второго курса, но у меня помощи почти не просил. Ему казалось слегка странным то, что я работал над докторской. На самом деле, не смотря на то, что дом представлял из себя зверинец для наркоманов и алкоголиков, здесь водилось выдающееся число гениев. Многие числились на пятилетнем курсе магистратуры в инженерии. Пабст и Шлитц выпустятся с дипломами математиков-электриков (это чистая математика) через три года, а Гомер Симпсон выйдет через четыре года с степенью в компьютерных науках. Джо выпустится через четыре года с двумя степенями бакалавра по математике и экономике, а затем исполнит свой военный долг по собственной воле, после чего получит еще и магистра в исследовании операций (тоже математика) через два года.

То, что я защищу докторскую через четыре года, никаких сомнений не вызывало.

Мэрилин появилась двумя неделями спустя во время обеда в пятницу, пока Брэдли был на пятничной паре посреди дня.

Мы быстро рванули вверх, и сделали это по-быстренькому, прежде, чем он вернулся, хотя после этого мы хихикали и притворялись будто учимся.

Мэрилин уже видела Джо (он был моим секундантом во время дуэли с Гормли) как и остальных братьев, так что вписалась безо всякого труда. В доме всегда находилась пара девушек, серьезных и нет. Мы не строили из себя праведников… скорее уж были похожи на грешников!

Лучшим тому примеру послужил парень, что был лет за пять до нас и сделал себе, да и братству имя. Он сумел сочетать в себе лучшие черты ботана-математика и озабоченности. Он рассчитал, что в среднем, человек из братства на вечеринках знакомится с от десяти до двадцати девушками за семестр. С одной или двух из них он переспит, грубо говоря – с десятью процентами. Ну вот он и применил прямоту янки к этой задаче.

Парень подкатывал к сотням девушек за семестр. Если у существа было две Х хромосомы, то он покупал ей напиток, запинаясь объяснял, что ему интересно лишь одно, и спрашивал совпадают ли их интересы. Если да, то они уходили вместе. Если же нет… ему давали пощечину столько раз, что уже и не сосчитать, то же касается и количества вылитых на голову напитков, парень заработал репутацию того еще отброса. С другой же стороны… он вычислил, что расчеты оказались верны, и перепадало ему даже чаще обычного! У нас годы ушли, чтобы избавиться от такой репутации!

По странному стечению обстоятельств, у нас в вечер субботы проходила вечеринка, первая в этом семестре.

Не Хэллоуин, он был на следующей неделе, мы отмечали октоберфест, так что парочку бочек мы все таки уничтожили. На следующие выходные, мы сделали кое-что еще более глупое. Тем вечером, Марти, М