Роланд Галлетта Эльмов – Индиго Завет (страница 6)
Сначала я удивилась: «ОГО, незнакомец знает не только меня, но и имя моего сына!» Но тут же «увидела» четко, что этот элегантный чернокожий является не кем иным, как шефом моего сына. И та группа товарищей из автобуса – тоже его подчиненные студенты. Они, включая моего сына, принадлежали космической полицейской академии. А учения, которые они проходили, касались темы контроля за экспансией материи галактического зла во Вселенной.
- Ребята, а где Роланд? – не увидя сына, спросил он кого-то
- Отбежал поменять look и настроиться, - ответил какой-то парень, указывая на другую дверь, располагающуюся на левой стене в центре прохода.
- Не волнуйся, сейчас он вернётся, - широко счастливо улыбаясь, сказал мне Шеф, - а я провожу тебя на твоё место, скоро уже мы начнём.
И тут он меня хватает за левую руку чуть выше локтя, сжимает крепко почти до боли, тем самым сдвигая мое восприятие в информативную область происходящего. От его хватки в голове резко прояснилось, как будто «память вернулась». Я была среди «своих». Я вернулась из «командировки» и должна дать отчёт. Надеюсь, у меня получается найти слова, чтобы объяснить вам, куда же мы с Карлосом угодили. Кстати, и Карлос всегда в сновидениях берёт меня именно за левую руку. Вы, наверное, помните из его книг, что это - метод, чтобы оставаться в коллективном сновидении как можно дольше.
Продолжая больно сжимать мою руку, чувак потащил меня между первым и вторым рядами стульев в правый угол зала. Ряды стояли так плотно друг к другу, что нам приходилось буквально протискиваться между коленями сидящих на первом ряду и спинками второго ряда. И сидящие на первом ряду, и сидящие на втором ряду, оборачиваясь к нам, торжественно здоровались со мной. Выглядело, что все они меня знают. И я – многих из них. Все они излучали необыкновенно позитивные энергии. Все улыбались и были неимоверны рады видеть меня. Протиснувшись наконец-то в угол, мы поравнялись с той организаторшей, которая разбиралась с проводами и микрофонами. Радостно поздоровавшись со мной, она указала мне на свободный стул в угловой части первого ряда: «Это твое место». Давая мне возможность сесть, шеф отцепил от меня свою руку, что мгновенно привело к тому, что я проснулась, опускаясь на свой стул. Последнее, что я помню - стул был белым. И я должна была давать речь – отчет о проделанной мИссии, из которой я якобы вернулась. Но пока я не понимаю, о какой мИссии идет речь, и это меня пугает.
Последнее на данный период времени яркое сновидение моей коммуникации с материей космического интеллекта произошло 6.7.2024. Я прилегла отдохнуть в обеденный перерыв и тут же вошла в осознанное состояние сна. Я обнаружила себя в неком просторном учреждении с высокими потолками, напоминающим залы аэропорта, через которые происходит посадка на самолёты. Вместо стен были гигантские окна-витрины. Я была в компании нескольких человек. Опять же назвать их «людьми» было бы преувеличенно. Сущности, принявшие визуальные человеческие формы. От них исходила энергия «научных работников», и я была их коллегой. Мы общались телепатически. Вернее, в основном общались они, живо обмениваясь мыслеформами между собой, а я терпеливо наблюдала.
Предметом их обсуждения было, то ли стоит рисковать применить ко мне инструмент, дающий возможность вспомнить предыдущие реинкарнации. Они просчитывали риски. На кону была вероятность моей гибели в момент применения ко мне этой технологии. Необходимость применения инструмента была продиктована «моей ролью/миссией», той некой конечной целью, которую материя космического интеллекта от меня ожидает. Причём я понятия не имела, что это за роль. Но четко «знала», что я уже не принадлежу самой себе безотносительно этой «роли». Инструмент, который по сценарию «игры» мне пришло время применить на себе, внешне напоминал собой водолазную маску с экраном вместо стекла, в который нужно смотреть изнутри, надев маску на себя. Она лежала на столике, вокруг которого мы все собрались. Интеллектуальный процесс элементов космического интеллекта завершился вердиктом «маску НЕ применять, так как риск летального исхода был слишком высок, почти 100%».
До этого момента я была абсолютно бесстрастна, нейтрально наблюдая за происходящим. Но, узнав вердикт, во мне рывком активизировалась та же самая черта, которая мне дала силы долететь до материи космического интеллекта много лет назад. Черта, не признающая никакие ограничения. Сорви-голова камикадзе, готовый умереть за непонятно что. Произошло все быстро: я рывком хватаю маску и напяливаю себе на голову, нажав на «старт». Каким-то образом я уже знала, куда нажимать. И тут началось страшное.
Внутри маски зажегся экран, смотря в который, я тем самым оказалась помещенной в изображаемые на нем ситуации в 3D формате. Я не просто оказывалась внутри конкретной ситуации моих прошлых жизней, но и испытывала конкретные чувства касаемо основных прожитых драм, трагедий каждой из реинкарнаций. Это были болезненные чувства. Картинки менялись одна за другой через каждые три секунды. Этих секунд мне хватало, чтобы и визуально, и эмоционально полностью погрузиться в конкретную драматическую ситуацию конкретной реинкарнации. Реинкарнации принадлежали моей энергетической надстройке Нагваль. Я увидела, прожила, пропиталась болью основных драматических сюжетов ее жизней. Картинки менялись как пули, одна за другой, не давая мне возможности отдышаться от перенесенного чувственного шока каждой предыдущей. Боль накладывалась на боль, аккумулируясь по ходу продолжения эксперимента.
Меня погружали в видение войн, убийств детей, многочисленных человеческих страданий, которым я не смогла помочь и с которыми я была косвенно связана. Сцены абъюза меня, похищения, даже сексуальные насилия, страдания и даже смерти моих детей. Сердце начало разрываться от нескончаемой боли, увеличивающейся с каждым новым выскакиваемым кадром. И красной линией, вплетенной во всю эту череду кадров, прослеживался сценарий отношений с источником всех этих страданий – с Люцифером! Его настойчивые интеграции в мою энергетическую жизнь каждой реинкарнации, навязанные им чувства влюбленности и принадлежности друг к другу, гипноз, шантаж, заключение в тюрьму с целью присвоить меня себе, игра в любовь фактически 300 000 – летняя история отношений с дьяволом в картинках.
Кадры менялись почти в симметричном шахматном порядке: сцена с Люцифером - кадр драматической ситуации; снова Он - следующая болезненная драма; снова Он и тд. Казалось, этот эксперимент не имеет конца, как и вся мировая боль, демонстрируемая мне. Но нет, конец все-таки предполагался.
Конечным кадром, символизирующим, главную мою потерю и тем самым главную мою боль (вернее сказать, боль моей энергетический структуры Нагваль), была фотография моего Адама, с которым меня разлучили, от которого меня похитили. Фотография, будучи последним кадром, застряла на экране, спровоцировав финальный выплеск ощущения горя от его потери. Ощущение боли, которая уже в принципе была аккумулирована до предела, продолжало расти и заполнило все мое существо в виде безмолвного крика смертельно раненого зверя. В горле возник комок, который заблокировал дыхание. В буквальном смысле я задыхалась болью. Ситуация застряла: я не могла ни проснуться, ни начать дышать. У меня произошла остановка дыхание во сне, причём краем моего сознания я осознавала это.
Произошло чудо. Внезапно явился мой неорганический союзник Скат через опцию полного слияния со мной. Задыхаясь от боли, ни с того ни с сего, вдруг я превратилась в ската, который взял под контроль мое эмоциональное состояние. Плавный взмах моих плавников спровоцировал мои лёгкие сделать первый вдох. И возвращение плавников в исходную позицию - выдох. Я обнаружила себя в глубинах океана. Я размеренно плыла и … возобновила размеренное дыхание с помощью движений плавников.
Помимо основного смысла это сновидение мне открыло новые функции неорганического союзника Ската: он помогает при перепросмотре, обеспечивая и глубину перепросматриваемых чувств и в то же время эмоциональное равновесие.
Тут же я проснулась, и в этот же день мне позвонил сын и рассказал об ужасном сне. Он был помещен в комнату без окон, в которой вместо стен и потолка были экраны, на которых выскакивали жуткие травмирующие сцены, чередующиеся одна за другой. Я, - говорит, почти сошёл с ума от страха, находясь в этой комнате. Мы оба видели один и тот же сценарий.
Это сновидение подтвердило то, о чем я уже догадывалась – конфигурация моей энергетической структуры нагваль – это «Ева». На следующий день 7.07.2023 в мое сновидение пришёл Дон Хуан. Он радостно наплясывал, аккомпанируя своим движениям двумя большими музыкальными погремушками. Ликуя и смотря прямо мне в глаза, он сказал по английски: «Nobody before, but you made it”. Проснувшись, я интерпретировала его фразу как то, что моя история вошла в их «Сказки о силе». Я – первая носительница нагваля «Евы», которой впервые удалось вспомнить себя. Вспомнить всю болезненную историю пребывания нагваля Евы в этом мире. Вспомнить и не задохнуться от боли…