Рокси Нокс – Красавица в подарок (страница 8)

– Я Вадим Сергеев, местный бизнесмен, – отец моей подруги энергично трясёт руку миллиардера. – Вы, наверное, пообедать зашли? Можно пригласить Вас за свой столик?

– Благодарю за столь щедрое предложение, – высвобождая руку из клешней Сергеева, вежливо отвечает миллиардер. – Но я обедаю с этой девушкой.

Дядя Вадим с тщательно скрываемым презрением окидывает меня взглядом и снова поворачивается к Архипу:

– У меня к Вам несколько деловых предложений, – не отстает Сергеев.

– Не заинтересовали, – отрубает Архип и подталкивает меня к свободному столику.

Дядя Вадим растеряно смотрит нам вслед. Ему ничего не остаётся делать, как сесть на место и продолжить поглощать свой царский обед. Стол Сергеева буквально ломится от яств. Едва ли он съест хотя бы двадцать процентов от всей еды. Работники на заводе впроголодь живут, а этот с жиру бесится.

– Что за хрен? – спрашивает у меня Архип, листая меню.

Официант давно уже мнётся неподалеку, готовый по первому зову броситься к нам и принять заказ.

– Отец моей подруги.

Архип молчит, сосредоточенно читая строчки. А меня словно прорывает:

– Она в Москве сейчас, учится на первом курсе в МАИ и фоточки мне шлёт каждый день, будто бы дразнясь. Вот смотри, Янка, как я классно здесь живу! А ты давай, дальше вкалывай на заводе, не разгибая спины. Копытин обещал место мне, а отправил её!

– Несправедливо, – безучастно отвечает миллиардер.

Зря я вывалила на него всё это. Мои проблемы – это последнее, что его интересует.

– Что будешь заказывать? – спрашивает.

– Мне все равно, – пожимаю плечами. – Для меня здесь всё дорого.

– Я плачу за обед. Можешь, заказывать всё, что пожелаешь.

Я так перенервничала из-за Раиски и её отца, что тыкаю в сторону папаши и говорю:

– Тогда сделайте нам точно такой же стол, как у него.

– Не вопрос.

Прежде чем я успеваю сказать: «Шутка», Архип подзывает официанта, и, глядя на стол дяди Вадима, принимается перечислять всё, что на нём стоит. Бедный паренёк в белом фартуке едва успевает строчить в своём блокноте. Я услышала «чёрная икра» и, конечно, выпала в осадок. Вот зачем нам она? Жили же как-то раньше без икры.

Я хотела почувствовать себя ровней семейке Сергеевых – вот чем объясняется мой поступок. Дружба с Раиской – нелёгкое испытание. Она всегда одевалась в хорошие вещи, а я донашивала обноски за Анькой.

Моя школьная подруга украла мою мечту. Она хотела поступать на экономфак, а в итоге упросила отца подкупить Копытина, чтобы место в МАИ отдали ей. И чёрта с два она что-то понимает в ракетостроении!

– Можно мне вина? – прошу пересохшими губами.

Мне всё ещё больно. А встреча с дядей Вадимом сковырнула затянутые раны ножом. Мне необходимо успокоиться. Я равнодушна к алкоголю, просто сейчас…. мне это нужно. Либо вино, либо уткнуться в чье-нибудь плечо. Архип своё плечо подставлять не захочет, так что остаётся только вино.

– Можно только осторожно. Белое, красное? – приподнимает Архип красивую бровь.

– Всё едино.

– Ты заказала такое гастрономическое ассорти, что подойдут оба, – улыбается миллиардер. – Официант, две бутылки вина!

– Простите, что Вам пришлось спустить на меня столько денег, – тщательно прячу сарказм.

– Эй, грозовая тучка, а что у нас с настроением? – тянется ко мне и дёргает за косу.

– Просто проголодалась, – вру и откидываю обе косички назад. Чтобы не трогал, чтобы не дёргал.

Официант, сбиваясь с ног, принимается таскать нам тарелки с едой, и мне становится стыдно. Жалко парня, жалко столько продуктов, которые мы ни за что не съедим. Вот если бы забрать оставшиеся блюда и раздать девочкам из моего цеха. Вот радости-то было! Ведь завтра в полночь наступит Новый год.

Делюсь зачем-то этой наивной мыслью с миллиардером, но он молчит в ответ. Конечно, какое ему дело до тёток, с которыми он даже незнаком.

***

Архип

Янка отвлекает меня своими сердобольными мыслями от главного. Подарок. Я приготовил для нее подарок. Достаю из кармана футляр и протягиваю ей.

– Что это? – вилка зависает на подходе ко рту, и с нее капает соус прямо на Янкины джинсы. – О боже! Какая я неловкая, – хватает салфетку и судорожно трет пятно.

– Успокойся, с кем не бывает. Однажды – на заре своей карьеры, я на деловой встрече галстук кетчупом измазал и не заметил. В итоге просрал выгодный контракт.

– Ну, Вы мне никаких контрактов не предлагаете, – отвечает с грустью.

– Как знать, – пожимаю плечами, – может, еще предложу. Ты открывать подарок будешь или совсем-совсем не интересно?

– Шутите? – таращит глаза, – всё бы отдала, чтобы узнать, что там.

– А мне всё не надо… только… В общем, открывай.

Янка несмело, будто боится, что футляр ее укусит, раскрывает его и круглыми глазами смотрит на серьги из белого золота с драгоценными камушками.

– Бриллианты Якутии, – говорю на всякий случай.

– Да Вы шутите… За какие заслуги?

– Просто подарок на память.

– Не, не, не… – машет головой, – я не возьму. Вы сошли с ума.

– Возьмёшь, – говорю жёстко.

– Они стоят немыслимых денег.

– Не так уж и дорого на самом деле. Давай, надевай. Хочу полюбоваться на твои ушки в новых сережках.

Янка чего-то ждёт, ломается, подбирает слова отказа, которого я не приму.

Встаю и под изумленным взглядом того хрена – отца ее подруги, надеваю на Янку якутские бриллианты.

Она сидит, как изваяние: спина прямая, как будто в нее вбили кол, ноги скрещены. Оттягиваю назад сразу обе косы и, наклонившись, говорю ей на ушко:

– Ты красавица.

Огибаю стол и сажусь на место.

– Спасибо, – выдавливает из себя девчонка и трогает сережку. – Мне крышка, – говорит Янка. – Дядя Вадим может рассказать кому-нибудь, что видел нас.

– Кому конкретно?

– Копытину.

– С этим я разберусь. До твоего отца не дойдут слухи. Они не общаются, верно? Твой отец и тот тип в желтом галстуке.

– Нет, терпеть друг друга не могут.

– Всё будет хорошо, я тебе обещаю, – накрываю ее пальцы своими. – Яна, а теперь послушай мое предложение.

Её напряжение передается мне через тонкую кожу руки.

– Предлагаю тебе провести со мной время. До вечера, в моём номере. Без оглядок на договор с Копытиным, а по своей воле. Что скажешь?

– Что скажу? – опускает глаза.

– Если ты хочешь этого – скажи да. Если нет – говори нет, и я тебя отпущу на работу.

– Это правда? – поднимает на меня серые глаза. – Отпустите?