Роджер Желязны – Владения Хаоса (страница 2)

– То, что меня как раз беспокоит. Сев на лошадь и попрощавшись, отец обернулся ко мне и сказал: «И приглядывай за Мартином».

– И все?

– И все. Сказал и расхохотался.

– Думаю, это естественное подозрение к новичкам.

– А зачем тогда смеяться?

– Спроси чего полегче.

Я отрезал кусок сыра и съел.

– Может, мысль и неплохая. Может, это и не подозрительность вообще. Может, на его взгляд, Мартин нуждался в защите от чего-то. Или и то и другое вместе. Или ни то, ни другое. Ты знаешь, какой он временами бывает.

– Я даже не пытался разобрать все эти варианты. Пошли со мной, а? Ты же проторчал здесь все утро.

– Пошли. – Я встал и пристегнул к поясу Грейсвандир. – Кстати, а где Мартин?

– Я оставил его на первом этаже. Он говорил с Джерардом.

– Тогда твой сынок в надежных руках. А Джерард – он как: остается здесь или возвращается к флоту?

– Не знаю. Он не обсуждает полученные приказы.

Мы вышли из библиотеки и направились к лестнице. По дороге я услышал внизу какой-то шум и ускорил шаг. Перегнувшись через перила, я увидел у входа в тронный зал толпу стражников и массивную фигуру Джерарда. Все стояли спиной к нам. Я перескочил последние ступеньки. Рэндом не отставал.

– Джерард, что происходит? – спросил я, протолкнувшись к братцу.

– Чтоб я знал, – ответил он. – Смотри сам. Смотреть можно, руками трогать нельзя.

Он отодвинулся, а я сделал шаг вперед. Потом еще один. На чем мой порыв и иссяк. Я словно уперся в упругую, совершенно невидимую стену. Сценка, разыгрываемая за этим витринным стеклом, скрутила мои мысли и воспоминания в тугой болезненный узел. И тяжелый, липкий страх – где-то там, в затылке, у основания черепа.

Я окаменел. Да, не слабо. Улыбающийся Мартин все еще держал в руках карту; перед ним стоял Бенедикт – очевидно, только что вызванный. На помосте, рядом с троном, отвернувшись от нас, стояла девушка. Мужчины что-то говорили, но слов слышно не было.

Наконец Бенедикт повернулся и, казалось, обратился к девушке. Через некоторое время она, похоже, ответила. Мартин встал слева от нее. Бенедикт, пока она говорила, взошел на помост. Теперь я увидел ее лицо. Разговор продолжался.

– Девица вроде знакомая. – Джерард тоже прошел вперед и теперь стоял со мной.

– Ты мог ее видеть, когда она проезжала мимо, – сказал я. – В день смерти Эрика. Это Дара.

Он судорожно перевел дыхание.

– Дара! Тогда ты…

– Я не врал. Она – настоящая.

– Мартин! – крикнул Рэндом, вставший тем временем справа от меня. – Мартин! Что происходит?

Ответа не было.

– Да он тебя не слышит, – махнул рукой Джерард. – Похоже, эта стена полностью нас отрезала.

Рэндом рванулся вперед, уперся руками в невидимую преграду.

– Давайте все вместе, – сказал он.

Я попробовал еще раз. Джерард тоже всем своим весом обрушился на стену.

Через минуту я бросил бесполезное занятие.

– Без толку. Мы ее не сдвинем.

– Что это за хреновина? – спросил Рэндом. – Что удерживает…

У меня были некоторые подозрения… Подозрения, не более того. И то лишь благодаря déjà vu всего сценария. Хотя сейчас… Сейчас я схватился за ножны, проверяя, на месте ли Грейсвандир.

– На месте.

Ну и как же тогда мог я объяснить, что мой весьма характерный клинок сам по себе, безо всякой поддержки появился в воздухе, сверкнул своим хитроумным орнаментом и чуть коснулся горла Дары?

А никак не мог.

Только слишком уж все это напоминало события той ночи в небесном городе сновидений Тир-на Ног’тхе, чтобы оказаться совпадением. Ловушек тех и помех – темноты, общего смятения, густых теней, собственных моих бурных эмоций – не было. Но все равно сразу же вспомнилась та ночь. Очень похоже.

И все же не точно так же. Бенедикт стоял несколько иначе – чуть дальше, тело согнуто под другим углом. Читать по губам я не мог, так что оставалось только догадываться, задает ли Дара те же странные вопросы; вряд ли. Видимо, в этот раз – если связь вообще была – сцену, такую же, и все же другую, исказило воздействие Тир-на Ног’тха на мой разум.

– Корвин, – сказал Рэндом. – Это же вроде Грейсвандир там болтается?

– Болтается, говоришь? – изумился я. – Но нетрудно заметить, что мой клинок со мной.

– Другого такого быть не может… или может? А ты-то сам понимаешь, что тут происходит?

– Вроде бы да, – ответил я. – В любом случае мне этого не остановить.

Шпага Бенедикта вылетела из ножен и скрестилась с моей, точнее – с похожей на мою. Еще мгновение, и он вступил в бой с невидимым противником.

– Задай ему, Бенедикт! – закричал Рэндом.

– Бесполезно, – возразил я. – Скоро его обнаружат.

– А ты откуда знаешь? – воскликнул Джерард.

– В некотором роде это я там упражняюсь в фехтовании. Это оборотная сторона моего сна в Тир-на Ног’тхе. Не знаю, как отцу это удалось, но такова плата за возвращенный ему Камень.

– Не понимаю, – пожал плечами Джерард.

– Я тоже не знаю, как все сделано, – покачал головой я. – Но пока из комнаты не исчезнут две вещи, войти мы туда не сможем.

– Какие две вещи?

– Смотри.

Бенедикт перебросил клинок в другую руку; его сверкающий протез метнулся вперед и схватился за нечто невидимое. Два клинка наносили удары, парировали, захватывали, давили друг на друга… Правая рука Бенедикта продолжала сжиматься.

Вдруг Грейсвандир высвободился и, обойдя шпагу Бенедикта, нанес ему потрясающий удар по сочленению правой руки и протеза. Тут Бенедикт повернулся и на несколько секунд загородил от нас происходящее.

Бенедикт, поворачиваясь, упал на одно колено, и все снова стало видно. Он сжимал культю. Механическая рука висела в воздухе рядом с Грейсвандиром; опускаясь, они удалялись от Бенедикта. Достигнув пола, эти странные предметы не остановились, но прошли насквозь и исчезли.

Меня повело вперед, я восстановил равновесие и двинулся дальше. Барьер исчез.

Мартин и Дара подбежали к Бенедикту раньше нас. Когда мы с Джерардом и Рэндомом подошли, Дара уже перевязывала руку пострадавшего полоской ткани, оторванной от своего плаща.

Рэндом схватил Мартина за плечо и повернул.

– Что здесь происходит? – спросил он.

– Дара… Дара сказала, что хочет посмотреть Амбер, – ответил тот. – Раз уж я теперь здесь живу, я согласился провести ее, устроить ей вроде экскурсию. Потом…

– Провести ее сюда. По карте?

– М-м… да.

– По чьей карте? По твоей или ее?

Мартин закусил нижнюю губу.

– Понимаешь…