Роджер Желязны – Рука Оберона (страница 22)

– Не знаем, конечно. У меня ведь его с собой не было, так что попробовать я не мог.

Бенедикт поджал губы.

– Тебе и впрямь следовало подумать об этом заранее и прихватить с собой хотя бы что-то.

– Знаешь, обстоятельства этого как-то не позволяли.

– Обстоятельства?

– Ладно, в другой раз… Сейчас это не главное. Ты говорил о том, чтобы пройти по Черной Дороге до ее истоков?..

– Да, ну и что?

– Ее настоящие истоки не там. Они здесь, в Амбере, в том черном пятне, что разрушило Истинный Путь.

– Я, кажется, понимаю… И Рэндом, и Ганелон – оба описывали мне ваше путешествие к тому месту и повреждения, которые вы обнаружили… Я вижу тут аналогию, возможную связь…

– Ты помнишь мое бегство из Авалона и то, как ты меня преследовал?

Вместо ответа он лишь слабо улыбнулся.

– В одном месте мы пересекли Черную Дорогу, – сказал я. – Помнишь?

Бенедикт прищурился.

– Да, – кивнул он. – Ты тогда проложил сквозь нее как бы тропу. И мир вернулся к своему нормальному состоянию в этой точке. Я уже забыл…

– Это произошло благодаря воздействию на Черную Дорогу Истинного Пути, – сказал я. – Причем я надеюсь, что такое воздействие можно использовать и в более широком масштабе.

– То есть?

– Путь может уничтожить ее целиком.

Он отклонился назад и внимательно посмотрел мне в лицо.

– Тогда почему же ты медлишь?

– Мне нужна кое-какая предварительная подготовка.

– Как много времени на нее потребуется?

– Не слишком много. Может быть, всего несколько дней. В крайнем случае несколько недель.

– Почему же ты не сказал об этом сразу?

– Я только что сам понял это.

– И что же ты понял?

– Ну, прежде всего потребуется восстановление Пути…

– Отлично! Предположим, тебе это удастся. Враг-то по-прежнему поблизости. – Бенедикт показал в сторону Гарнатха и Черной Дороги. – Кто-то уже однажды обеспечил им проход сюда.

– Враги всегда были где-то поблизости, – сказал я. – И именно от нас зависит, чтобы проход для них был закрыт. Так что придется иметь дело и с теми, кто им обеспечил проход в первый раз.

– В этом я буду на твоей стороне, что бы ни случилось, – заверил он меня, – однако я вовсе не это имел в виду. Требуется дать урок нашим врагам, Корвин. Я хочу научить их уважать Амбер, уважать должным образом, так, что, даже если путь сюда снова окажется открыт для них, они побоятся воспользоваться им. Вот что я имел в виду.

– Ты не представляешь себе, на что это похоже – перенести сражение в те места, Бенедикт. Словами этого не опишешь.

– Ну раз так, то мне, наверное, лучше посмотреть самому, – улыбнулся он. – Я пока оставлю эту карту у себя, если ты не возражаешь, ладно?

– Не возражаю.

– Вот и хорошо. В таком случае занимайся пока своим делом, Корвин, а я займусь своим. На это тоже потребуется некоторое время. Мне еще нужно отдать соответствующие распоряжения своим командирам. И договоримся не принимать никаких окончательных решений в одиночку, не связавшись прежде друг с другом.

Я согласно кивнул.

Мы допили вино.

– Что ж, пора и мне заняться сборами, – сказал я. – Желаю тебе удачи, Бенедикт.

– Я тебе тоже. – Он снова улыбнулся. – Теперь все пойдет на лад, уверен. – И, хлопнув меня на прощание по плечу, он пошел к выходу.

Мы последовали за ним. Ганелон велел своему ординарцу привести коня Бенедикта.

– Я тоже хочу пожелать тебе удачи. – Он протянул моему брату руку.

Бенедикт с благодарностью пожал ее.

– Спасибо, Ганелон. Спасибо за все, – сказал он и вытащил свои карты. – Если хочешь, можно вызвать на переговоры Джерарда, пока не привели мою лошадь, – обратился он ко мне.

Бенедикт перетасовал карты, вытащил одну и уставился на нее.

– Как же ты намерен восстановить Путь? – спросил меня Ганелон.

– Мне необходимо вернуть Судный Камень, – ответил я. – Лишь с его помощью я мог бы снова начертать нарушенные линии.

– Это опасно?

– Да.

– А где сейчас этот Камень?

– На Земле, в Царстве Теней, там, где я его и оставил.

– Почему же ты его оставил там?

– Я испугался, что он убьет меня.

Лицо Ганелона исказилось.

– Не нравится мне, когда ты так об этом говоришь, Корвин. А нет ли другого способа?

– Если бы я знал его свойства, то, конечно, воспользовался бы им.

– А если бы ты воспользовался планом Бенедикта, отправившись со своей армией во Владения Хаоса? К тому же ты сам утверждал, что Бенедикт способен поднять неисчислимые легионы обитателей Тени. И еще ты сказал, что на поле боя лучшего, чем он, не сыскать.

– И все же тогда Путь остался бы разрушенным и нечто чуждое могло бы проникнуть в образовавшуюся в нем дыру, нарушив наш миропорядок. Почему-то всегда наш внешний враг оказывается не настолько важен и опасен, насколько опасна наша же собственная внутренняя слабость и разобщенность. Нет, если ущерб, нанесенный Огненному Пути, не исправить, мы, можно сказать, уже побеждены, хотя у наших стен еще не стоит ни одно иноземное войско.

Ганелон отвернулся.

– Мне трудно спорить с тобой. Ты лучше знаешь свой мир, – сказал он. – Но я по-прежнему чувствую: ты, возможно, совершаешь большую ошибку, рискуя собой в том, что на деле может оказаться отнюдь не таким важным именно сейчас, когда ты особенно необходим здесь.

Я хмыкнул, ибо в ответ ему повторил слова Вайол о долге, и мне вовсе не хотелось присваивать их себе.

– Это мой долг перед Амбером.

Он не ответил.

Бенедикт явно добрался до Джерарда, ибо, стоя поодаль от нас, все время что-то бормотал, потом умолк и стал слушать. Мы ждали, когда он закончит переговоры, чтобы с ним попрощаться.

– …Да он и сейчас здесь! – услышал я его слова. – Нет, в этом я весьма сомневаюсь. Однако…

Бенедикт несколько раз глянул в мою сторону и покачал головой.

– Нет, я так не думаю, – сказал он. Потом прибавил: – Ну хорошо, иди сюда сам.

Он протянул свою новую руку, и перед нами возник Джерард, который тут же отыскал глазами меня и с угрожающим видом двинулся навстречу, обшаривая меня глазами с ног до головы, словно что-то искал.