Роджер Желязны – Рука Оберона (страница 18)

Я поискал и, к своему удовольствию, не обнаружил сверкающих всадников или еще какой-нибудь нечисти на черной извивающейся ленте. Пока очередной отряд наших врагов не вышел в путь, Амбер находится в относительной безопасности. И сразу в душе моей проснулась тревога. Во-первых, если время здесь действительно вело себя так странно, как на то указывало возможное появление на свет Дары, то почему до сих пор атака не повторилась? У них, конечно же, времени было в избытке, чтобы подготовиться к очередному штурму. Во-вторых, что-нибудь могло произойти совсем недавно, если считать по времени Амбера, и тогда их стратегические планы совершенно переменились. Если это так, то что именно произошло? Пущено в ход мое «земное» оружие? Выздоровел Брэнд? Или случилось что-то иное?

Хотелось бы знать также, как далеко смогли продвинуться передовые части Бенедикта. Разумеется, не до этих мест, иначе я бы уже об этом узнал. Интересно, бывал ли здесь когда-нибудь Бенедикт? Или другой мой родственник? Стоял ли кто-нибудь из них на том месте, где только что стоял я, глядя на Владения Хаоса и осознавая (а может, и зная) нечто такое, чего так и не понял я?

Я решил спросить об этом Брэнда и Бенедикта, как только вернусь.

Но больше всего меня поразило поведение здесь времени. Лучше особенно не задерживаться, решил я, ощупывая те карты, которые успел прихватить тогда из стола Дворкина. И хотя все они были по-своему весьма интересны, я не узнавал ни одной из сцен, что изображены были на рубашках. Тогда я вытащил нашу фамильную колоду, перетасовал ее и вытащил карту Рэндома. Возможно, именно он пытался связаться со мной совсем недавно. Я поднял карту и уставился на нее.

Вскоре лицо Рэндома поплыло у меня перед глазами, и из калейдоскопа различных образов вынырнул в итоге настоящий Рэндом, который то удалялся, то приближался…

– Рэндом, – окликнул я его мысленно, – это я, Корвин.

Я почувствовал его ответ, однако больше ничего не последовало. И я догадался, что ему не до меня; возможно, он мчался как бешеный на коне, стремясь уйти от погони, спастись от преследовавших его злых сил Царства Теней; или же сконцентрировал все свое внимание, надеясь блокировать чью-то злую волю. Не знаю, но, так или иначе, он не мог мне ответить, иначе тут же потерял бы контроль над ситуацией. Я блокировал его карту, прикрыв ее рукой, и прервал контакт.

Потом я вытащил карту Джерарда. Контакт возник буквально через несколько секунд. Я молча ждал.

– Корвин, ты где это? – спросил он наконец.

– На краю света, – ответил я, – но очень хочу вернуться домой.

– Ну так давай руку.

Я ухватился за его протянутую руку, шагнул вперед и очутился на нижнем этаже нашего дворца в Амбере, в той самой гостиной, где все мы ожидали тогда ночью возвращения Брэнда. Похоже, было раннее утро. В камине горел огонь. Кроме Джерарда, в комнате никого не было.

– Я уже пробовал связаться с тобой, – сказал он. – И, по-моему, Брэнд тоже. Но в последнем я не уверен.

– Как долго меня здесь не было?

– Восемь дней.

– Хорошо, что я поторопился. Что происходит?

– Ничего особенного. Я только никак не пойму, чего хочет Брэнд. Он все время спрашивал о тебе, а ты, как назло, куда-то запропастился. Наконец я дал ему колоду и сказал, пусть сам попробует, может, у него лучше получится. Но, видимо, и у него не получилось.

– Меня чрезмерно отвлекали, – сказал я. – Да и временной дифференциал был не в мою пользу.

Джерард кивнул:

– Я стараюсь с ним видеться пореже, с тех пор как жизни его перестала угрожать опасность. Он снова в отвратительнейшем настроении и настаивает, что вполне способен сам о себе позаботиться. В этом отношении он прав. Ну и тем лучше.

– А где он сейчас?

– У себя. Во всяком случае, еще час назад он был там, и чрезвычайно мрачный.

– Он что же, вообще не выходит?

– Иногда, только для короткой прогулки. А в последние несколько дней его совсем не видно.

– Раз так, то мне лучше поскорее встретиться с ним. От Рэндома что-нибудь слышно?

– Да, – кивнул Джерард. – Несколько дней назад вернулся Бенедикт. Он сказал, что они с Рэндомом довольно много узнали о Мартине. Одна из таких нитей вела куда-то далеко, и Бенедикт решил пока расстаться с Рэндомом и вернуться в Амбер, где сейчас все чересчур нестабильно. Так что Рэндом продолжает поиски в одиночку. Знаешь, Бенедикт даже кое-что выиграл во время их путешествия. Во всяком случае, он вернулся, щеголяя какой-то замечательной искусственной рукой. Честное слово, он может делать ею все, что и настоящей!

– Вот как? – сказал я. – Любопытно.

Джерард улыбнулся и кивнул:

– Да, он сказал мне, что это ты принес ее из Небесного Города. А вообще-то Бенедикт говорил, что ему нужно как можно скорее с тобой посоветоваться.

– Ну еще бы. Где же он сейчас?

– На одном из внешних постов охраны, которые он установил вдоль Черной Дороги. Так что вызывай его с помощью карты.

– Хорошо, – кивнул я. – А что слышно о Джулиане и Фионе?

Джерард только пожал плечами.

– Ну ладно, – сказал я, направляясь к двери. – Наверное, сперва мне стоит повидаться с Брэндом.

– Ужасно хотелось бы знать, с чего это ты ему так понадобился, – сказал Джерард.

– Потом расскажу, – бросил я, вышел из комнаты и поспешил к лестнице.

Глава 7

Я постучался в дверь Брэнда.

– Входи, Корвин, – откликнулся он.

Я вошел, решив ни за что не спрашивать у него, как он узнал, что это я.

В комнате царил мрак; горели свечи, хотя за окнами был солнечный день и окон в комнате было целых четыре. Впрочем, на трех из них ставни были закрыты, а на четвертом приоткрыты лишь отчасти. Брэнд стоял как раз возле этого окна, неотрывно глядя куда-то в морскую даль. Он был весь в черном бархате, на шее серебряная цепь. Пояс тоже был серебряный, тонкой работы, из ажурных звеньев.

Брэнд поигрывал небольшим кинжалом и даже не посмотрел в мою сторону, когда я вошел. Он все еще был очень бледен, однако борода аккуратно подстрижена, и вообще вид приобрел ухоженный; пожалуй, он даже несколько прибавил в весе с тех пор, как мы виделись в последний раз.

– Ты выглядишь гораздо лучше, – сказал я. – А как чувствуешь себя?

Брэнд повернулся и посмотрел на меня без всякого выражения. Глаза его были полузакрыты.

– Где, черт побери, тебя носило? – проговорил он.

– В самых различных местах. Ты, кажется, хотел меня видеть?

– Я спросил, где тебя носило? – повторил он.

– Да-да, я прекрасно тебя расслышал, – сказал я, снова открывая дверь у себя за спиной. – А теперь знаешь что? Я выйду и войду снова. И, может быть, лучше начнем наш разговор сначала?

Брэнд вздохнул, затем произнес:

– Погоди минутку. Извини меня. Ну почему, черт побери, все мы такие тонкокожие? Вот уж непонятно… Ну ладно. Возможно, ты прав: лучше, если я действительно начну все с самого начала.

Он сунул свой ножик в ножны, прошелся по комнате и рухнул в тяжелое кресло черного дерева с кожаным сиденьем.

– Я весьма сильно беспокоился из-за того, о чем мы с тобой говорили, – начал он. – А также – из-за того, о чем мы даже не упоминали. Я ждал подходящего момента после твоего возвращения из Тир-на Ног’тха. Однако когда я спросил о тебе, мне сказали, что ты еще не вернулся. Я подождал еще. Сперва ожидание меня просто раздражало, потом я испугался, что тебя могли застигнуть врасплох наши враги. А позже я узнал, что ты все-таки приезжал, но совсем ненадолго и лишь для того, чтобы повидаться с женой Рэндома – это, должно быть, был поистине великий разговор, – а потом немного поспал и снова уехал. Я страшно разозлился, что ты даже не счел нужным заглянуть ко мне, однако же решил еще немного подождать. Наконец я попросил Джерарда связаться с тобой с помощью карт. Ему это не удалось, и во мне вновь поднялась тревога. Я попробовал сделать это сам, и когда мне – это было несколько раз – казалось уже, что я буквально касаюсь тебя, я все-таки не смог к тебе пробиться. Я действительно боялся за тебя, а теперь вижу, что боялся зря. Вот почему я сперва был так резок.

– Понятно, – сказал я и сел с ним рядом. – Дело в том, что время там бежало куда быстрее, чем здесь, хотя на самом деле я не был так уж далеко отсюда, как кажется. Ты, похоже, успел гораздо лучше залечить свою рану, чем я – свою.

Он слабо улыбнулся и понимающе кивнул:

– Ну хоть какое-то объяснение все-таки. Зря я, что ли, так переживал из-за тебя?!

– Мне и самому пришлось немало попереживать, – заметил я, – так что не прибавляй мне лишних волнений. А все-таки зачем я был тебе нужен? Давай поговорим об этом.

– Тебя что-то тревожит, – сказал Брэнд. – Может, нам сперва стоит обсудить именно это?

– Хорошо, – кивнул я. – Давай обсудим.

Я повернулся и посмотрел на картину, висевшую на стене возле двери: написанное маслом довольно мрачное изображение колодца в Мирате, возле которого стоят со своими лошадьми двое мужчин и разговаривают.

– Твой стиль легко узнать, – сказал я.

– Он во всем одинаков, – откликнулся Брэнд.

– Ты украл мое следующее предложение! – засмеялся я, вытаскивая карту Мартина и передавая ему.

Лицо его осталось совершенно бесстрастным. Он внимательно посмотрел на карту, искоса глянул на меня и кивнул.

– Не стану отрицать: рука моя.

– Твоя рука сотворила ведь не только эту карту, верно?