Роджер Желязны – Лучшие НФ-рассказы из "Новых миров". Выпуск 2 (страница 1)

Лучшие НФ-рассказы из "Новых миров".   Выпуск 2

   Best S.F. Stories from New Worlds 2

 Предисловие 

    Рассказы из этого сборника дают довольно полное представление о короткой прозе, которую мы публиковали в "Новых мирах" в последние два-три года. В некоторых текстах сразу же опознается традиционная научная фантастика, а другие выходят за рамки прежних условностей НФ, как, например, работа Дж. Г. Балларда или три коротких произведения Томаса М. Диша. У нас не было четкого представления о том, какие темы нужно раскрывать в рассказе и как его следует писать. Единственное исключение - рассказ должен содержать идею (необходимую для научной фантастики), а форма и стиль должны соответствовать идее (т.е. идею нельзя искажать в угоду форме.) такая политика уже привела к всеобщему раскрепощению научной фантастики и она отражает мнение все большего числа писателей-фантастов всех поколений. Как недавно сказал Роберт Шекли, рассуждая о своем романе "Путешествие в послезавтра" (несколько лет назад он был издан в "Журнале фэнтези и НФ" под названием "Хождение Джоэниса"): "Я решил, что больше никогда не буду писать ничего, что мне покажется скучным". Вряд ли можно возразить против того, что текст, который скучен автору, наверняка покажется скучным и разборчивому читателю. Если автор не увлечен своей идеей, у него мало шансов заинтересовать читателя.  

Авторам, которые пишут для "Новых миров", не скучно - они с энтузиазмом относятся к тому, что делают, и мы чувствуем, что этот энтузиазм передался читателям и создал в "Новых мирах" особую атмосферу, которая привлекает к нему аудиторию, даже если публике нравятся не все опубликованные нами рассказы. Как сказал один из читателей, "возникает ощущение, что действительно кое-что происходит".   

Мы, конечно, надеемся, что вы почувствуете это благодаря широкому спектру историй, представленных в этом сборнике. Все они заслуживают внимания, будь то юмористические, как "Поэты из Миллгроува, штат Айова" Слейдека, "Необычные поиски Мартина Борга" Коллина, ироничные, как "Еще один "Малыш"" Олдисса, "Азофроматем" Кит Рид и рассказы Диша, трагические, как "Самоуверенность" П.Ф. Вудса, аллегорические, как "Миг бытия так краток" Р. Желязны, относительно экспериментальные, как "Ты: КомА: Мэрилин Монро" Балларда, "Сад удовольствий Фелипе Саджиттариуса" Колвина или относительно прямолинейные и дидактичные, как сочинения Платта и Массона. Все эти истории были написаны с энтузиазмом, написаны так, чтобы изложить мысли как можно более увлекательно, и, как мы надеемся, они помогут вам по-новому взглянуть на две не столь уж различные вещи - природу человека и Вселенную.

 Майкл Муркок

     Брайан Уилсон Олдисс  

Еще один "Малыш"^{1}

Another Little Boy

Рассказ, 1966 год

Сюжет этого рассказа возник в моей голове, когда я читал "Орудие убийства" Д.Г. Балларда в недавнем номере "Новых миров". Баллард умело использовал имена многих мифологических персонажей нашего времени, таких как Кеннеди и Малькольм Х, а я натолкнулся на имя, которым пользовались и другие до Балларда - майор Изерли.   Тем, кто пребывает в блаженном неведении, я сообщу, что майор Изерли участвовал в сбросе первых атомных бомб на Японию, а позднее ему потребовалась помощь психиатров. Мне пришло в голову, что он воплощает одну из ложных легенд нашего времени, легенду, согласно которой от ядерного оружия можно отказаться, сохранив все прочие элементы цивилизации, которые сделали возможным и даже необходимым его появление. Примерно с тем же успехом можно предполагать, что Второй мировой можно было избежать, если бы союзники не пришли на помощь Польше в 1939-м. (Видите, я сам лезу в драку, потому что обязан атомной бомбе своей жизнью - по крайней мере, тем, что я жив сегодня).  

Однако, учитывая все факты, несомненно, что сформировалось весьма романтическое чувство вины, связанное с "Бомбой"; я подозреваю, что поколение нынешних подростков выработало иммунитет к этому чувству; у них есть "Пилюли", которые решают вопросы жизни и смерти столь же увлекательно, как прежде Бомба. Я надеюсь, что это поколение не испытает чувства вины, которое терзало его предшественников.  

Что подводит нас к моему небольшому рассказу. Речь, в частности, идет об этих двух конкурирующих изобретениях и о том, как отношение к одному из них может изменить отношение к другому. Любой, кто был жил во времена Бомбы, рискует через восемьдесят лет показаться таким же комичным и старомодным, как наши предки, которые восемьдесят лет назад выступали против открытия Сен-Готардского туннеля на том основании, что, поскольку Бог воздвиг там горы, он хотел, чтобы мы переходили через них, а не сквозь них! "Еще один "Малыш" - веселое предупреждение о том, насколько идиотскими покажутся наши любимые принципы три поколения спустя!  

Шеф "Всемирного агентства Задар энд Смит" подхватил обеими руками пригоршню пластмассовых безделушек, поднял на уровень глаз и высыпал на стол.  

- Да, - сказал он. - Конечно. Мы немедленно займемся этим.  

Он щелкнул переключателем, и лицо президента Соединенных Штатов Обеих Америк исчезло с огромного экрана, висевшего напротив стола. Электронные импульсы, формировавшие изображение, все еще подрагивали, словно живчики-сперматозоиды на приборном стеклышке под микроскопом, экран тускло светился. Он многое помнил, этот экран: в былые времена трудолюбивые живчики рисовали на нем славные лики - Джека Гаскаддена из Гасгазмов, например, или клоуна Джейва, не говоря уже о физиономиях глав государств и правительств, тех вообще побывало на нем без счета. Никому из них, правда, не доводилось слышать столь же решительного "да" из уст шефа знаменитого "Всемирного агентства" - Морган Задар никогда не забывал об осторожности и осмотрительности, разговаривая с заказчиками.  

Валявшиеся на столе пластмассовые безделушки имели самую причудливую форму, многие из них цеплялись друг за друга будто буквы диковинной азбуки, слагаясь в слова никому не ведомого языка. Задар осторожно и сосредоточенно расцеплял их и одновременно, пользуясь компьютером, разыскивал нужных ему сотрудников - членов Правления агентства. Их было шестеро, они поочередно отзывались из своих офисов, разбросанных по всему свету: Сол Бетатром из Нью-Йорка, Дэйв Ли Ток из Пекина, Джерри Перан из Сингапура, Фесс Рид из Антарктиды, Мазда Онакава из Ибадана, Тора Пибрайт из Бонна. Тора была единственной в агентстве женщиной, занимавшей столь высокий пост, в одной из ключевых к тому же точек мира.  

Они кивнули, приветствуя друг друга - тесный круг единомышленников, объединенных спутниковой связью.  

- Д.Д.Спиллейн обратился к нам с поручением, - сообщил Задар. - Это величайший контракт в истории нашего агентства.  

- Ох, не дай Бог, еще один фестиваль! - вздохнул Джерри Перан.  

- Не исключено и это. Решать нам - "Всемирному агентству". Приближается некий юбилей. Спиллейн утверждает, что его будут широко отмечать во всех странах мира, и он хочет, чтобы Соединенные Штаты отпраздновали сию годовщину с максимальным размахом, утерев нос всем остальным.  

- И что это за юбилей?  

- Догадайтесь сами. Какое у нас сегодня число?  

- Седьмое сентября, - ответили все хором.  

- Я имею в виду год. Две тысячи сорок четвертый. Это говорит вам о чем-нибудь?  

На лицах членов Правления отразилось замешательство. Тора Пибрайт спросила неуверенно:  

- Двухсотлетие со дня смерти Авраама Линкольна или что-нибудь в этом роде?  

- Нет, но мне нравится оригинальность хода твоих мыслей... - Задар частенько грешил язвительностью, особенно разговаривая с женщинами. - В следующем году, шестого августа, мы должны будем устроить такой фейерверк, какого никто и никогда не видел. Свяжитесь со мной, когда будете готовы к деловому разговору.  

Словно желая подчеркнуть, что тема разговора исчерпана, шеф отвернулся от экрана и вновь занялся безделушками.  

Тора Пибрайт переоделась в мондриановское платье, которое плотно облегало тело, подчеркивая в нем четыре неравные, но весьма аппетитные части, и связалась с Солом Бетатромом.  

- Еду к тебе в Нью-Йорк.  

- Как? Собственной персоной?  

- А почему нет? Слава Богу, о пуританстве все давным-давно забыли. Нам с тобой стоит вместе поломать голову над этим проектом.  

- Как же, проект X! Слушай, Тора, что же все-таки стряслось шестого августа 1945 года? Нас ведь с тобой и на свете тогда не было?  

- Понятия не имею. Может, это день рождения президента Форстейна?  

- Изобретение радио?  

- Первая высадка на Луну?  

- День рождения Артура Кларка?  

- Годовщина основания Скандинавской республики?  

- Скончалась Грейс Металлоус?  

- Хо Ши Мин?  

- Пикассо?  

- Уолт Дисней? - рассмеялась Тора. - Блуждаем в потемках. Подумай все же, пока я буду в пути.  

Она, не торопясь, вышла из квартиры, поднялась на лифте на 62-й этаж, затем пешком - на крышу. Внизу гигантским ковром расстилался Бонн, чуть в стороне серебром поблескивал Рейн. Высоко в небе флуоресцировала красная надпись: ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ОБЪЕДИНЕННУЮ ГЕРМАНИЮ - НА РОДИНУ МЭ. МЭ была одной из наиболее значительных фирм, производящих электронику, в том числе искусственные легкие и прочие протезы для человеческих тел, а также снаряжение для космонавтов. "Всемирное агентство Задар энд Смит" с успехом занималось его рекламой.