Родион Вишняков – Муравьи на сахаре (страница 18)
– Старший дежурный третьего космоспасательного отряда Министерства обороны СССР, – отрапортовал взволнованный голос. – На мой канал связи срочно код синхронизации с твоими системами связи! Я буду его вести для своих. Готовится к старту звено «Разведчиков».
– Код синхронизации отправил. – Илья не отрывал взгляд от монитора. На нем отметка аварийного корабля стремительно приближалась к конструкциям возводимой основы орбитального заводского комплекса. Через какие-то пятнадцать-двадцать минут корабль войдет в зону стройки. К тому моменту все транспортные суда и строительная техника покинут сектор, но шанс столкновения неуправляемого корабля с заводским массивом уже сейчас равен девяноста одному проценту. – Старший! Что у вас там? – Беляков задал вопрос, уже прекрасно понимая, каким будет ответ.
– Звено только что ушло. Время подлета к цели – двадцать четыре минуты. Соседние сектора забиты отводимой техникой и кораблями. По короткой не выйти. Делают заход с параллельного верхнего сегмента.
«Не успеют», – пронеслась в голове тоскливая мысль. Он ждал этого, но все равно надеялся на чудо.
– Не успеют! – Голос раздался возле самого уха, и Илья повернул голову: Инокентьев. Беляков и забыл про него. А оказывается, искусствовед все это время был рядом и наблюдал за происходящим.
– Не успеют же, Илья Алексеевич! – жалобно повторил Инокентьев. – Сделайте хоть что-нибудь! Там же дети!
– Почему вы думаете, что я могу чем-то помочь в этой ситуации?
– Потому, что вы герой! – В руках Инокентьева горел дисплей информационного носителя. На нем светилась архивная статья из газеты. Под мрачным заголовком красовался портрет Ильи, сделанный перед стартом ракеты, которая через несколько часов впервые в истории отправит человека к звездам.
Глава восьмая. Снова Нерушимая
– Правда.
«От центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза, Совета министров и президиума Верховного совета СССР.
Ко всем членам партии и трудящимся Советского Союза.
Дорогие товарищи!
Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза, Совет министров СССР и Президиум Верховного Совета СССР с чувством великой скорби извещает, что 8 мая в 10 часов 30 минут в результате катастрофы трагически погиб первый в мире покоритель чужой звездной системы, герой Советского Союза, космолетчик-испытатель, член Коммунистической партии и депутат Верховного Совета СССР Махов Дмитрий Александрович.
Перестало биться сердце преданного товарища, соратника и верного продолжателя дела Юрия Алексеевича Гагарина. Имя Дмитрия Махова – бесконечно дорого для нашей партии, для советского народа, для трудящихся всего мира…»
А где же про тебя то? А… Вот, нашел. На пятой странице. Ближе к объявлениям, кроссворду и колонке с юмором. Целый репортаж, написанный товарищем Шульцем.
«Герои нашего времени
На днях здание объединенного посольского представительства в Москве взорвалось множеством звонков от иностранных государств. Официальные представители Кубы, Северной Кореи и Югославии стремились лично передать самые горячие и искренние слова благодарности. Менее суток назад межпланетный корабль, совершавший рейс по маршруту Сияющая – Земля, на борту которого находилось пятьдесят шесть детей из братских коммунистических стран, потерял управление на подлете к материнской планете. Как потом выяснилось, система автопилотирования дала сбой. У единственного взрослого, оказавшегося в тот день на борту, – вожатой Алевтины Николаевны Брежневой, не было опыта пилотирования межпланетных транспортных судов. Неуправляемый корабль стремительно приближался к возводимым блокам инфраструктуры…» О, как! У товарища Шульца литература прямо поперла! Так… «возводимым блокам инфраструктуры и неминуемо должен был потерпеть крушение, если бы не самоотверженный поступок товарища Брежневой. Она, презрев надвигающуюся опасность, до победного пыталась установить связь и просила о помощи. Сигнал бедствия принял товарищ Беляков – дежурный навигационно диспетчерского пункта. Он незамедлительно вылетел наперерез транспортному средству. Серией направленных таранных и касательных ударов Беляков смог разрушить два хвостовых двигателя, замедлить, а затем и остановить неуправляемый корабль. Находившиеся внутри маленькие пассажиры не пострадали из-за вовремя отключенной системы искусственной гравитации и использования фиксирующих ремней безопасности. Благодаря слаженным действиям дежурного Белякова и товарища Брежневой…» – Вова оторвался от информационного носителя, на дисплее которого высвечивался текст. – Илюх, это правда?
– Конечно, правда, – усмехнулся тот. – Вон, в газете же написано. А газеты у нас всегда правы.
Вова закинул руки за голову и откинулся в кресле.
– Димку Махова жалко, – вздохнул он. – Как-то все… Я понимаю, конечно, что профессия космолетчика связана с высоким риском и все такое. Но это всегда происходит неожиданно и внезапно. Вот честно, никогда бы не подумал. – Вова посмотрел на Илью, затем перевел взгляд на информационный носитель. Перелистнул интерактивную страницу. – «Государственная комиссия в составе представителей министерства обороны, министерства транспорта, сводной группы научного сегмента от ряда институтов промышленности, физики, электроники и космической индустриализации сегодня приступила к исполнению возложенных обязательств. В настоящее время идет проверка всех уровней в конструкторском бюро имени Таганровича, а также на заводских предприятиях „Красный Спутник“ и „Яуза ТПК“. Правительство крайне обеспокоено ситуацией, возникшей при запуске последней серии модулей дальнего автопилотирования. Уже выявлено порядка тридцати единиц бракованной аппаратуры. К счастью, обошлось без жертв…»
– Я тоже не подумал бы, – сердито буркнул Илья.
– Что? – Вова, изучая статью, прослушал высказывание друга.
– Говорю, я тоже никогда не подумал бы, что все произойдет именно так.
– Да, – кивнул Вова.
«Да», – мысленно согласился с ним Илья.
В тот день он на магнитной сцепке дотащил на поврежденном корабле Игнатьева борт с детьми до ближайшей аварийной площадки. Там, после окончания всех процедур по эвакуации, Беляков смог залезть в электронные мозги «Эмана». Так же, как и судно Виктора Степановича, пассажирскую посудину совсем недавно оснастили новым модулем дальнего автопилота. Заводской номер и дата выхода с конвейера завода подтверждали принадлежность к одной и той же серии. В производстве которой была допущена ошибка. И не просто допущена, а специально внедрена в одну из систем. Ошибка, чье присутствие, подобно легендарному троянскому коню, наносило удар тогда, когда этого меньше всего ожидали: отключало системы автопилотирования в момент подачи повышенной нагрузки на двигатели.
Расчет делался на отсутствие на борту в момент аварии людей, обладающих достаточным количеством часов налета. То есть, по сути, на самые уязвимые и незащищенные группы граждан. Общественный резонанс, который должен был незамедлительно появиться после одной-двух катастроф, поставил бы под сомнение целесообразность массового применения дальних автопилотов.
Осталось подождать результаты работы комиссии. Цепь событий непременно вскроется. Бракованные блоки автопилотов выведут через системы команд и цепь рабочих программ к началу патологического вмешательства. В век высоких технологий можно спрятать практически все, полагая, что по твоему следу не смогут пройти. Но где прошел один, там же смогут пройти и другие. Безжалостные и беспощадные к врагам своей страны, своего народа. Пресекающие на корню попытки одних жить лучше за счет чужих смертей.
Хотя доказательства, скорее всего, никто никогда не предъявит общественности, не выложит в свободный доступ. Вечно будет лежать на этом деле гриф «Совершенно секретно». Безоговорочно обновляясь каждый раз, когда истечет максимально возможный срок. Так будет лучше для всех.
Махов должен навсегда остаться героем Союза и занять свое место на пьедестале почета. Через грядущие поколения строителей светлого будущего пройдет его незапятнанный, светлый образ. Потому что нет ничего более важного и ценного, чем вера людей в идеал.
Образ идеала, как примера для подражания, когда-нибудь уйдет. И главный вопрос, определяющий саму суть жизнеспособности народа, населяющего одну шестую часть суши, будет заключаться в причине отхода идеала на задний план. На одной чаше весов – путь в сотни лет эволюции тела и духа, который нужно пройти, прежде чем добровольно отказаться от подражания. И самому стать эталоном переходного звена от Человека Разумного к Человеку Всемогущему. Второй путь, более короткий, приведет человечество через деградацию к полному вырождению и исчезновению как биологического вида. И произойдет это угрожающе быстро, неотвратимо, как только народ в превалирующем большинстве отвергнет образ выбранного для себя идеала. Сознательно исторгнет его из своих сердец и умом. Заменит его чем-то искусственным, незаслуженно занявшим вершину пантеона. При таком раскладе род людской будет безжалостно уничтожен самим временем. Перемолот без следа неумолимым ходом истории, как вид, не имеющий будущего, а, стало быть, неспособный к эволюции. Ибо сказано неоднократно и неоднократно подтверждено: кто забыл прошлое, у того нет будущего. Так было, есть, и так будет всегда.