Робозеров Филипп – Легенда о мече Арогана: Короли (страница 5)
– Какая прелесть, – погружаясь в воду, прошептала девушка. – Так чего пришёл?
Гвинсел поправил ворот рубашки, задумчиво потёр широкие усы и коснулся бороды. Он так делал каждый раз, как о чём-то задумывался. Девушка уже привыкла к подобным повадкам, и они бесили с каждым днём всё больше.
«Пора менять игрушку».
– Прибыл принц Южного Королевства. Кажется, его зовут Каригом, в честь него сегодня состоится пир.
– Он прибыл уже неделю назад. Удивительно, что ты узнал об этом лишь сейчас. Хотя… Вероятно, отец скрывал появление принца до тех пор, пока тот не оправится.
– Оправится? – удивился Гвинсел.
– Не суй нос не в свои дела. Лучше помоги мне, бери мочалку и три мне спину! Не хочу, чтобы служанки застали меня в таком виде.
– А мне, значит, можно?
– Нельзя! Но ты-то уже здесь. Что толку прятаться. Мой меня, а я пока что попытаюсь распутать волосы. Невозможный бардак у меня на голове!
Спустя полчаса девушка уже надела пышное прогулочное платье цвета запёкшейся крови. Трудно было избавиться от признаков рода, и цвет был одним из них, как и королевский герб, вышитый золотыми нитями на широком шёлковом шарфе, что она обернула вокруг шеи. Огнедышащий дракон и всадник с копьём – таков был символ дома Радемоса. Говорят, его придумал лично человеческий Жнец, человек, чьё имя предпочитали не вспоминать.
В коридоре было многолюдно. Народ суетился: прислуга потакала знатным господам, дети играли в прятки, одинокие дворяне тоскливо осматривали происходящее вокруг. Стоило появиться девушке, друг за другом все стали кланяться. Королевская особа как-никак. Лорд Гвинсел наверняка ощущал себя неловко рядом с этой пышной красавицей. Сама она молила свергнутых богов унять головную боль. Ноги едва слушались, движения были неуклюжими и резкими.
– Бальтиса, – заметила девушка свою сестру, со смехом выскочившую из-за поворота.
За руку она держала принца лиственных городов, и казалось, уже давно привыкла к нему. Уже больше двух месяцев их нельзя было застать порознь. Оставалось гадать, чья свадьба состоится скорее: младшей сестрёнки или короля.
Радемос вот-вот должен был объявить о союзе с Лабоой из королевства Кор. Тогда знатный отец сумеет назвать себя королём-императором, что звучит значительно лучше, чем просто «
– Как ты себя чувствуешь, сестрёнка? – с толикой презрения спросила девушка.
– Замечательно, Гларалла, – не заметив дурного тона, крикнула Бальтиса и скрылась в толпе.
Её потенциальный жених на миг задержался, поклонился и бросился вслед за невестой. Звонкий смех донёсся из другого конца коридора.
«Ненавижу. Ненавижу обоих», – сегодня злость была как никогда яркой.
– Идём, Гвинсел, я не хочу пропустить начало пира в честь нашего гостя.
Длинная лестница Уроговых сводов встретила их сухим ветром. Пыль полнила залы и бросалась в лицо. Девушка громко чихнула и поняла, что её вот-вот стошнит. Она бы пристроилась к ближайшей кадке с цветами, но суровый взгляд мужчины в белом остановил её от обличительного действа. Некромант, как обычно, был устрашающ, его глаза черны, словно провалы. Казалось, если долго смотреть в них, можно потерять свою суть. Девушка отвела взгляд и подавила тошноту.
– Ужасно выглядишь, – Магот бесцеремонно приблизился и тыльной стороной ладони повернул её лицо, заставляя посмотреть себе в глаза. – Сегодня ты должна быть прекрасна. Встречу с Каригом готовили долгие месяцы, не смей всё сорвать. Твой отец будет недоволен.
– Хорошо…
– Возвращайся в покои и приведи себя в порядок. Такое чувство, что тебя били всю ночь, а после волоком протащили по ступеням дворца. Потасканная девчушка нам ни к чему. Каригу нужна принцесса, в самом романтическом значении этого слова.
– Я поняла.
– Отлично, – некромант отвёл руку и двинулся дальше.
На секунду его взгляд тронул Гвинсела, и тот невольно вздрогнул.
–
Если, конечно, этот человек мог быть незаметным.
II
Приготовления начались задолго до рассвета. В южном зале, который был выбран с откровенной тягой к символизму, слуги собрали длинный стол на пять сотен персон. Огромное панорамное окно, тянущееся от самого пола и до заострённого потолка, завесили бежевыми шёлковыми занавесками. В нишах мраморных стен расположили монолитные бронзовые подсвечники, каждый весом со взрослого мужчину. Свечи соответствовали своей основе и способны были освещать крупную площадь до самого утра.
Стол покрыли ажурной скатертью, для сидения использовали редкие стулья из красного дуба, а фарфор из лиственных городов с бакларской росписью дополнил общую картину роскоши как нельзя лучше.
Во главу стола поставили большое кресло, опять же, из красного дуба, по правую и левую руку от которого уместились седалища пониже, для сторонников короля. Обычно там располагались некромант Магот и какой-то знатный лорд, но на текущий момент второе место закрывал гобелен с королевским гербом. Быть может, он служил знаком того, что королевский ловчий – правая рука короля – отсутствовал, а может, Радемос попросту не желал никого близко к себе подпускать.
Когда Гларалла появилась в окружении служанок, на неё сразу устремились взгляды нескольких сотен дворян. Лорд Гвинсел вновь ощутимо перенервничал, чувствуя себя неловко рядом с особой королевских кровей. Такие взгляды могли смутить кого угодно, что уж говорить про
– Приветствуйте Глараллу, дочь короля Радемоса, – уже отвлечённые взгляды вернулись к принцессе.
«Ещё бы меня здесь кто-то не знал», – выискивая среди присутствующих кого-нибудь незнакомого, подумала она.
Дворяне разбились на типичные кучки потакателей и вредителей.
«Чревоугодцы и лжецы», – так она их называла.
Барон Болгер расположился ближе к середине длинного стола; его густые чёрные усы блестели в пламени свечей, казалось, он мажет их жиром каждый день, а если присмотреться к его кожаной куртке, то можно было увидеть те самые жирные пятна. Даже на пир он умудрялся являться в охотничьей одежде. Говорили, что он предпочитает спать с медведихой в берлоге больше, чем с собственной женой. Он был низкорослый и трусливый, с виду его обувь имела солидный каблук.
Граф Нар, такой же низкий, но толстый, словно бочонок с кислым вином. Гларалла могла бы поклясться, что его пупок выпирал через сальный камзол прямо как краник. Повернуть вентиль, и все кишки, да что там, вся суть Нара выплеснется наружу.
Сильвион Гельзерг, представитель лиственных городов. Один из людей, прибывших в составе свиты принца Альдо. Говорят, он поглядывал в сторону Бальтисы с явным вожделением и наверняка попробует забраться к ней в постель сразу после женитьбы своего принца и младшей королевской дочки.
«Надо бы мне забраться в его постель и подкоротить пыл», – хоть Гларалла и недолюбливала свою сестру, но не переносила любых выпадов в её сторону.
Быть может, виною тому была зависть, ведь все должны были желать одну королевскую дочь, даже сам король.
«А рядом со мной нижайшая мразь, пора бы от неё избавиться», – глянула она на своего спутника и с отвращением отстранилась.
Казалось, Гвинсел даже не заметил этого порыва и поспешил к своему месту аккурат между бароном Болгером и графом Наром. Наверняка упьются втроём и будут делиться подвигами в перерывах между исторжением содержимого брюха. Гвинсел наплетёт невесть чего, и в это снова никто не поверит.
– Приветствуйте Бальтису, младшую дочь Его Величества Радемоса, и её спутника, принца лиственных городов, Альдо из дома Б
«Младшую дочь… словно подчёркивают, что я стара», – услышав приветствие, Гларалла громко фыркнула и направилась к своему месту у самого изголовья стола.
От кресла некроманта её отделяло всего пять шагов. Благо, между ним и девушкой расположился ещё один пустой стул, и сразу становилось ясно, для кого он предназначался.
Тем временем вся знать стояла в ожидании гостя или Его Величества, и народ уже нетерпеливо потирал руки, предвкушая, какими лакомствами наполнятся столы. Сейчас они были пусты, но скоро…
Некромант распахнул двери и без представления вошёл в зал. Его поглощающий взгляд пожрал голодную толпу, а вслед за некромантом показался юноша. Гларалла пристально всмотрелась в принца Юга, но не увидела в нём никакой роскоши или грации. Этот бедно одетый юноша нашёл в своём гардеробе лишь белую шёлковую рубашку с гербом своего королевства – пустынной кошкой – да коричневые кожаные штаны. В общем, не производил ровным счётом никакого впечатления. Его волосы были слегка растрёпаны, щёки запавши, а глаза практически обведены иссиня-чёрными кругами. На руках перчатки, словно с целью скрыть какой-то дефект. Говорили, у Карига не хватало двух пальцев, но на которой руке? На правой или левой? Или это вовсе было мифом?
– Его Величество Кариг, сын Юлиа из рода Гельсидов и наследник трона Южного Королевства, – громко объявил некромант, после чего взял принца под руку и повёл вдоль стола.
Гларалла могла понять, насколько тяжело идти вдоль этой алчной толпы. Лорды выжигали принца взглядом, ненавидели всем нутром, готовы были удавить. Но нужно было выдержать, и принцесса осознавала, на кого была возложена обязанность помочь. Это она должна была вытащить принца из ямы, в которую его загоняли чуждые взгляды.