Робин Слоун – Круглосуточный книжный мистера Пенумбры (страница 31)
— Чтобы можно было пронести в самолет? — уточняет Кэт.
— Нет, чтобы можно было пронести его в библиотеку, — отвечаю я.
У Пенумбры расширяются глаза.
— В любом случае, Бурч публикует схему. Загружаем ее. И остается только собрать запчасти и найти лазерный резак.
Нил кивает и указывает на окружающее нас помещение, захватывая холл.
— Здесь собираются самые фанатичные компьютерщики Нью-Йорка. Полагаю, лазерный резак мы добудем.
При условии, что у нас будет Бурческоп-3000, собранный и работающий, нам понадобится еще и отсутствие помех в Читальном Зале. Codex vitae Мануция огромен, и сканировать его придется не один час.
Кто это провернет? Пенумбра слишком хрупок для шпионажа. Кэт и Нил хорошо сгодятся в пособники, но у меня иной замысел. Едва на горизонте замаячила миссия сканировать книгу, я решил: сделаю это сам.
— Я тоже хочу пойти, — настаивает Нил. — Это же суть приключения!
— Не заставляй меня вспоминать твое прозвище из «Ракет и Магов», — говорю я, поднимая палец. — Среди нас девушка.
Я делаю серьезное лицо.
— Нил, у тебя компания, сотрудники и клиенты. Ты за них отвечаешь. Если тебя схватят или, е-мое, не знаю, арестуют, будет нехорошо.
— А тебя, значит, арестуют, и ладно, Клеймор Красно…
— Э! — обрываю я его. — Во-первых, я толком ни за кого не отвечаю. Во-вторых, я вообще-то уже как бы член Каптала.
— Вы решили Загадку Основателя, — кивает Пенумбра. — Эдгар за вас поручится.
Я договариваю:
— А кроме того, Вор в этом сценарии — я.
Кэт понимает бровь, и я терпеливо объясняю:
— Он Воин, ты Волшебник, я Вор. Этого разговора никогда не было.
Нил медленно кивает, один раз. Лицо у него кислое, но он больше не спорит. Отлично. Я отправлюсь туда и принесу не одну книгу, а две.
От входной двери в «Нортбридж» тянет холодным сквозняком, и в холл выпрыгивает из-под дождя Эдгар Декл. Его круглое лицо обрамлено капюшоном туго сидящей пластиково-фиолетовой куртки. Пенумбра машет ему рукой. Кэт встречается со мной взглядом: похоже, ей тревожно. Сейчас состоится решающий разговор. Если мы хотим проникнуть в читальню и добраться до Мануция, Декл — наш ключ, поскольку у него-то ключ и хранится.
— Сэр, я слышал про магазин, — объявляет Декл, отдуваясь и усаживаясь на скамью рядом с Кэт. Осторожно стаскивает капюшон.
— Не знаю, что и сказать. Это кошмар. Я потолкую с Корвиной. Я могу его уговорить…
Пенумбра поднимает ладонь, а затем выкладывает Деклу все. Рассказывает про мой журнал, про Гугл и Загадку Основателя. Сообщает о своем предложении Корвине и о полученном от Первого читателя отказ.
— Что ж, я поработаю над ним, — говорит Декл. — Я буду время от времени упоминать про это, чтобы понять, не…
— Нет, — обрывает его Пенумбра. — Его не убедить, Эдгар, и я не собираюсь тратить на это время. Я все же чуток постарше тебя, мальчик. Я не сомневаюсь, что codex vitae можно расшифровать сегодня: не через десять лет, не через сотню, а сегодня!
Тут до меня доходит, что Корвина — не единственный обладатель железной уверенности в собственной правоте. Пенумбра всерьез верит, что компьютеры помогут ему осуществить мечту. Не странно ли, что я, человек, который воскресил эту идею, совсем не так уверен в успехе?
У Декла расширяются зрачки. Он озирается, будто опасаясь, что сюда, в «Нортбридж», мог прокрасться кто-нибудь из черных балахонов. Это вряд ли: я сомневаюсь, что в холле найдется хотя бы один человек, который в последние годы дотрагивался до бумажной книги.
— Вы шутите, сэр, — лепечет он. — Ну, то есть я помню: когда вы велели мне ввести все названия в компьютер, вы так волновались — но я думать не думал… — Он переводит дух.
— Сэр, это против правил нашего братства.
Значит, это именно Эдгар Декл собрал нашу магазинную базу данных. Я внезапно чувствую к Деклу цеховую приязнь. Мы оба барабанили по одной и той же куцей стукотливой клавиатуре.
Пенумбра встряхивает головой.
— Это лишь кажется необычным, мальчик мой, потому что мы застряли в тупике, — говорит он. — Корвина нас заморозил. Этот Первый читатель не следует истинному духу Мануция.
Глаза у Пенумбры, как синие лазеры, длинным пальцем он тычет в кассетный стол. — Он был авантюристом, Эдгар!
Декл кивает, но по-прежнему выглядит встревоженным. Его щеки все сильнее розовеют, и он то и дело запускает пальцы в шевелюру. Не все ли перевороты начинаются так? Тесный кружок, бизнес-планы шепотом?
— Эдгар, — ровно произносит Пенумбра. — Из всех моих учеников ты мне дороже всех. Мы много лет проработали бок о бок в Сан-Франциско. В тебе есть истинный дух Каптала, мой мальчик.
Пенумбра умолкает, и продолжает.
— Одолжи нам на одну ночь ключ от Читального зала. Это все, чего я прошу. Клэй не оставит следов. Ручаюсь.
Выражение лица Декла неопределенно. Волосы у него мокрые и всклокоченные. Он подыскивает слова:
— Сэр, я и не думал, что вы… и не представлял… сэр. — Он умолкает.
Холла «Нортбриджа» больше нет. Вся Вселенная — это лицо Эдгара Декла, задумчивый изгиб его губ и вероятность того, что он скажет «нет» или…
— Да.
Он выпрямляет спину.
Глубоко вдыхает и повторяет:
— Да. Конечно, я помогу вам, сэр.
Он отрывисто кивает и улыбается.
— Конечно.
Пенумбра растягивает губы в усмешке.
— Я умею выбирать продавцов, — говорит он и тянется через стол потрепать Декла по плечу.
Отрывисто смеется.
— Уж я знаю, кого выбрать!
План готов.
Завтра Декл принесет запасной ключ в конверте на мое имя и передаст через местного консьержа. Мы с Нилом найдем возможность изготовить Бурческоп, Кэт сходит в нью-йоркский офис Гугла, а Пенумбра переговорит с несколькими черными мантиями, сочувствующими его позиции. Когда стемнеет, я возьму ключ и сканер и проберусь в секретную библиотеку Неразрывного Каптала, где освобожу Мануция — и еще кое-кого.
Но это все завтра. А сейчас Кэт уединилась у себя в номере. Нил тусуется с кучкой нью-йоркских стартаперов. Пенумбра одиноко сидит в гостиничном баре, греет в ладонях тяжелый стакан с чем-то золотистым, погрузившись в мысли. Здесь он смотрится довольно странным персонажем: на несколько десятилетий старше любого в этом лобби; голова его бледным маяком мерцает в искусственных сумерках.
Я сижу один на низком диванчике, пялюсь в экран ноутбука и думаю, как бы добраться до какого-нибудь не слишком отдаленного лазерного резака. Нилов приятель Андрей дал нам адреса двух разных хакерских контор на Манхеттене, но резак оказался только в одной, и он плотно занят на недели вперед. Все что-то мастерят.
Я предполагаю, что кого-нибудь где-нибудь тут может знать Мэт Миттельбранд. В этом городе должна найтись мастерская по изготовлению декораций, где есть нужный нам инструмент. Я выстукиваю на телефоне сигнал бедствия:
срочно нужен лазерный резак в НЙ. Есть идеи?
Проходит тридцать семь секунд, и Мэт отвечает:
спроси бурчалу.
Ну конечно. Я не один месяц потратил, лазая по его библиотеке, но ни разу не постил на его сайте. А ведь у него там оживленный форум, где люди оставляют запросы на нужные им книги, а потом оскорбляются качеством полученного. Есть технический раздел, где обсуждают матчасть книжной оцифровки: именно там появляется сам Бурчала, отвечая на вопросы кратко, по сути и без прописных букв. Там-то я и прошу помощи:
Привет всем. Я из помалкивающей части Бурчематрицы, пишу впервые. Мне нужен лазерный резак «Эпилог» (или аналог), указанный в инструкции на Бурческоп-3000, в Нью-Йорке, сегодня. Я намерен в ближайшие часы тайно сканировать книгу, это одна из самых важных книг в истории полиграфии. Иначе говоря: она может быть поважнее Поттера. Поможет кто-нибудь?
Затаив дыхание, я три раза проверяю орфографию и отправляю пост.
Надеюсь, антипиратский патруль компании Festina Lente это не прочтет.
Комнаты в «Нортбридже» весьма похожи на белые контейнеры из гугловского городка: длинные и низкие помещения с электричеством, водой и интернетом. Тут, правда, есть еще и узкие кровати, но это явно неохотная уступка хлипкости биологических существ.
Кэт сидит на полу по-турецки, в трусах и красной футболке, склоняясь к ноуту. Я сижу над ней на краю кровати, моя читалка заряжается от ее сети — хм, в прямом смысле, — и я в четвертый раз перечитываю «Хроники поющих драконов». Кэт наконец немного взбодрилась после разочарования насчет ПМ и, обернувшись ко мне, говорит: