Робин Штенье – Заложник (страница 42)

— А есть ли смысл ругать? Но раз уж тебе нечем заняться, почитай-ка сочинения Дэниэла Крито, «Вся правда о». Может, поймешь, что за силы ты использовал, чтобы не дать Венксу умереть. Подожди минуту, сейчас отправлю тебе на ММ, чтобы не делал запрос в информатории.

Лисард подозрительно насупился, но возражать не стал. Сам Ксеронт быстро загрузил панель и, найдя нужную папку, отправил ее принцу, после чего стер информацию о подключении к сети. Те, кто проверяет его выходы в Эхо, не должны сидеть без дела — пусть теперь поломают голову, зачем он дал Лисарду эти книги.

— Ну вот, дня через три придешь — расскажешь, что понял и чего нет. Возражения и вопросы не принимаются.

— Хорошо, — принц кивнул и нерешительно изобразил жест прощания.

— Иди уже, — разрешил Ксеронт, — и скажи своему роботу, пусть тебе витамины какие-нибудь подберет — уж больно ты бледный, — и тоже поднял руку в нужном жесте, и держал ее до тех пор, пока за Лисардом не закрылась дверь.

Тогда Ксеронтнас поднес руку к глазам и долго рассматривал: ему все еще чудились шрамы на идеально ровной коже, проступившие сквозь пелену прошедших лет. «И даже в кошмарах я не могу вспомнить твое лицо, только клятву, которую исполняю из рук вон плохо» Он положил ладони на стол и закрыл глаза, уговаривая себя проверить входящие сообщения, но знал, что ничего стоящего там не будет. Эфир заполняла звенящая от напряжения тишина.

Почему каждый курьер средней паршивости при поручении доставить полусекретный груз или сообщение начинает мнить себя тиэс со стажем? Почему место встречи выбирается в самом неприятном месте планеты, собирающем подонков всех мастей? И еще много разных «почему» готовы были сорваться с языка Алена Ричмонда в адрес курьера князя Нокса, но тот как назло задерживался. Пришлось заказать пиво и сесть за угловым столиком рядом с барной стойкой, откуда открывался прекрасный вид на зал, но смотреть, по сути, было не на что.

Кондиционер, конечно же, не работал, и Алену оставалось порадоваться своей предусмотрительности и качеству аллийских носовых фильтров. Даже думать не хотелось, что за смрад здесь стоит. Пиво быстро нагрелось и горчило, и так как нельзя привлекать к себе внимание, возможности выплеснуть его на пол с громким «фе» не представлялось в ближайшие пару часов. Ладно, на курьере оторвется. Оставалось решить: притворяться, что он пьет, или нет? Травиться этой гадостью не хотелось, но просто так пялиться на бокал не дело. Выручила подсевшая к нему брюнетка.

— Заливаешь разбитое сердце ихором? Вот только бармен тебя обманул, подсунув сущую дрянь, — она уверенным жестом отставила бокал в сторону и, склонив голову набок, тепло улыбнулась.

Девушка была красивой: на вид чуть больше двадцати лет, кожа цвета молочного шоколада, слегка вьющиеся длинные волосы и огромные синие глазищи с огоньком неподдельного интереса в глубине. Одета в красное платье на тонких бретельках, в волосах алела роза, и никаких браслетов, даже управляющего. Единственный прокол, но такой явный, что Ален едва подавил желание послать ее кометам под хвост прямо сейчас.

— И что же тогда с ним делать? С бедным моим сердцем? Может быть, ты мне поможешь? — он сделал паузу и внимательно посмотрел на нее, ожидая услышать имя.

— Долорес. А ты всегда такой обаятельный?

— Нет, — Ален с самым серьезным видом покачал головой и добавил, — только в красный день на последней неделе.

Она весело рассмеялась, слегка запрокинув голову назад, из-за чего ее грудь показалась еще больше. «Интересно, — подумал Ричмонд, — какой у нее размер? И просечет ли Сати, если я попробую определить на ощупь?» Последнее рассмешило. Он поднялся и, перегнувшись через стол, шепнул девушке на ухо:

— Может, уединимся? Здесь как-то… людно.

Она охотно кивнула, встала и взяла его за руку, развернувшись в сторону выхода.

— Снаружи есть кабинки, — подмигнула Долорес. — Найдется пара кредитов оплатить?

— Естественно, — Ален расплылся в улыбке и потащил девушку на улицу.

Такие кабинки были обычным делом в портах Нейтральных Земель и некоторых республиканских планетах, и местные шлюхи тащили туда подвыпивших клиентов, предварительно стребовав плату за услуги. У каждой из них был дешевенький управляющий браслет, открывающий снятую на сутки или больше кабинку, но перестающий работать при попытке разблокировки с помощью чужой пси. В кабинке имелось массажное кресло и раковина за ним — все это компактно жалось друг к другу, оставляя место только для двух человек, один из которых занимал кресло, второй оставался стоять. Алену не посчастливилось испытать на себе подобные удобства, когда в возрасте пятнадцати лет он сбежал из частной школы на Бьенике и в тамошнем порту снял себе шлюху. В итоге его исключили, Деймон навешал подзатыльников под нравоучительную речь Рошидо, еще и лечиться пришлось… Повторно проверять удобства кабинок Ален и с Сатьен не стал бы, потому повернул к стоянке шетаро. Долорес плохо знала окрестности — сориентировалась не сразу и явно по чьей-то подсказке на клипсу.

— Эй, мы, кажется, не туда идем, — она попыталась его остановить.

— Конечно, не туда, — хмыкнул Ален, сильнее сжав ее руку, — я по-твоему идиот идти в ловушку, приготовленную заботливыми пиратами?

— О чем ты?

Однако страха в ее глазах было больше, чем удивления. Ричмонд остановился возле билборда нового ММ и буквально швырнул на него девушку. Долорес вскрикнула от боли и принялась потирать ушибленный локоть, но жалости к ней он не испытывал, потому грубо развернул ее спиной к себе, вдавив в пластик. Навалился всем весом, чтобы не сумела вырваться, и принялся искать замок на платье.

— Не надо, — всхлипнула Долорес: то ли пытаясь разжалобить, то ли на самом деле решила, что ее тут насиловать собрались, — пожалуйста.

— Заткнись, — процедил сквозь зубы Ален, борясь с застежками — их явно придумал извращенец!

Наконец, ему удалось расстегнуть их все, и он провел ладонью по бархатистой коже рыдающей девушки. Ничего! Словно бы Ричмонд и впрямь лапал тут случайную девчонку, а не приманку от мааты. Но крыла не было, сколько бы инстинкты не говорили об обратном. Оставалось лишь выругаться и отпустить согласившуюся подставить его дурочку.

Ален отступил назад, еще секунду смотрел на обнаженную спину Долорес, потом резко развернулся и пошел обратно в бар. Размахивающий бластером парень выскочил на него из-за угла, глаза незнакомца пылали праведным гневом.

— Дорри! — заорал тот, угрожая Ричмонду бластером. — Что ты с ней сделал, урод?!

— Что за идиот додумался до такого сокращения? — Ален, не задумываясь, двинул парню по лицу.

Горе-защитник не ожидал подобного, слишком сильно полагаясь на оружие. Ричмонд ударил еще раз, сбив того с ног, и наступил на руку, заставляя разжать пальцы и выпустить бластер. Долорес дернулась на помощь другу, но нерешительно остановилась под ненавидящим взглядом Алена. «Давай, — мысленно подбодрил он ее, — давай, сделай какую-нибудь глупость, развяжи мне руки. Давай!» Но она зажала рот ладонью и попятилась, качая головой. Ален разочарованно выдохнул и обернулся к парню.

— Как звать?

— Чарльз Линт, — простонал тот, пытаясь выдернуть руку.

Ален убрал ногу и, склонившись, вытащил у парня из кармана ММ, вызвал последний контакт. На том конце коннекта приятным меццо рассмеялась старушка Гиппи, единственная женщина в маате. Во время завоевания варрой Дайна Ричмонд жил на корабле Гиппи, которая в военных действиях не участвовала, предпочитая заниматься контрабандой, нежели разбоем. Алена она любила, покрывая мелкие шалости и покупая разные побрякушки, которые Деймон отказывался покупать из-за их дешевизны. Наверное, в другой жизни Гиппи стала бы отличной бабушкой, для него вот почти стала.

— Не разделяю твоего веселья, — буркнул Ален, опасаясь с ее стороны воспоминаний о старых-добрых временах. — С каких пор в тираролло берут детей?!

— Кого Деймон приказал, того и взяли, — фыркнула Гиппи. — Они, между прочим, постарше тебя будут.

— Это Черри-то? — удивился Ричмонд, уставившись на все еще лежащего на земле парня.

— Я — Чарльз! — обиделся он.

— Черри, Чарльз — какая к кометам разница? Сколько ему, Гиппи?

— Двадцать шесть, — она снова рассмеялась, а когда успокоилась, дружелюбно спросила: — Лапушка моя, а ты когда в последний раз на себя в зеркало смотрел? — подумав, добавила: — Адекватно себя оценивая при этом.

Ален пожал плечами, потом вспомнил, что связь только голосовая, честно признался:

— Не знаю. Да и неважно. В общем, передай от меня Деймону, что он мудак. Хочет поговорить — пусть ждет на Тано после дня Солнцеликого. Полезете ко мне — буду убивать не задумываясь.

Он отключил связь, бросил ММ Чарльзу и, не оборачиваясь, пошел обратно в бар, чувствуя на себе внимательный взгляд Долорес. «Кого Деймон приказал, того и взяла» — вспомнил он слова Гиппи. Деймон приказал… Ален сжал кулаки, призывая себя не паниковать раньше времени. У нее не было крыла, она может быть обычной дурочкой, что повелась на загадочный блеск лимонных глаз варры. А если нет, и это все-таки реинкарнация Тисимо, он ничего ей не должен — все счета оплачены еще на Самухи. Тогда почему ему так тяжко?

В баре уже ждал агент Нокса — виконт Чемире: в бирюзовом пиджаке и в тон ему брюках, дополняло все белая рубашка с ажурным воротником. Какого Камью он так разоделся, если сам выбирал этот бар? Ален сдержал желание вылить ему на голову пиво, которое виконт успел заказать.