Робин Штенье – Творцы (страница 77)

— Идем за мной, — скомандовал Вик и скрылся в доме.

Он прошел в комнату, бросил Дениса на кровать, стащил с него футболку. Руны на коже мальчишки, не сдерживаемые больше черной тканью, вспыхнули алым, тело забилось в конвульсиях. Пришлось в срочном порядке рисовать на его груди сковывающую магию руну и накрыть ладонью, чтобы была постоянная подпитка магии, не дающая ей угаснуть.

— Он же не умрет? — громким шепотом спросил от дверей Мигель.

— Если перестанешь дрожать там перепуганным зайцем и поможешь мне, то шансы есть.

Помогать никто не торопился, растрачивая впустую и без того драгоценное время. Виктор обернулся и не терпящим возражений голосом приказал:

— Подойди сюда.

Мигель отшатнулся было, но взял себя в руки и подошёл.

— Чужие активные руны поддерживать умеешь?

— Да, — мальчик кивнул и бросил короткий взгляд на Дениса. — Он же не выгорит, да? Он… Мы его как обычно по пути к вам встретили, а он упал… Мы ничего ему не сделали!

— Да замолчи ты уже, — Виктор поморщился. — Огонь на лапках активировал быстро и держи мою руну.

Мигель, поняв, что с ним здесь и сейчас никто разбираться не собирается, выполнил просьбу. Вик поднялся и, пройдя к шкафчику у стены, стал доставать оттуда черные бинты для сдерживания выгорания. Когда он только попал в Шамбалу, Лин Вей ещё опасался, что после тени огонь Виктора долго не продержится. Продержался, но бинты вот пригодились.

Он вернулся с ними к кровати и стал обматывать правую руку Дениса. Мигель, не убирая ладони со сковывающей руны, снова спросил:

— Он же не выгорит?

— Не выгорит, — пообещал Виктор. — После второго уровня Лабиринта ещё никто не выгорал.

После упоминания Лабиринта Мигель вздрогнул и едва не отпустил руну, за что получил от Виктора воспитательную оплеуху. Впрочем, когда Денис придет в себя, вот кому бы следовало уши открутить. А потом Вик узнает, кто надоумил мальчишку сунуться в Лабиринт Смерти, и убьет эту тварь. Конечно, опасным для взрослого творца Лабиринт становится только с третьего уровня. Первые два используются для получения рангов, чтобы знать, на какую должность может претендовать творец, и есть ли вообще смысл держать его в Башне и тем более — в Шамбале. Но это же, черт возьми, ребенок! Прошедший оба уровня ребенок…

Когда с руками было покончено, Виктор достал все из того же шкафчика черную простынь, в которую они с Мигелем завернули Дениса. Последнего Вик перекинул через плечо, затем левой рукой схватил Мигеля за шиворот, а правой начертил в воздухе руну телепортации.

Через секунду они втроём очутились в приемной Лин Вея, сорвав тому переговоры с лидером Конклава Огня. Густаф Маркони первым отреагировал на их появление.

— А без вмешательства Верховного творца с детской ссорой не разобраться?

— Боюсь, что нет, — сухо ответил Виктор и, пройдя через весь зал, уложил Дениса перед Лин Веем. — И потом, всех прошедших второй уровень Лабиринта принято представлять Верховному Творцу.

Густаф открыл рот, чтобы сказать очередную колкость, но Лин Вей его опередил.

— Я вас не задерживаю, Густаф. И отказываю в вашей просьбе. Попробуете пойти в обход, готовьтесь к последствиям вплоть до скармливания тени.

— Это мы еще!..

— Уходи!

Лин Вей редко повышал голос, и теперь Виктор понял почему — в его крике слышался треск Изначального пламени. Как только эхо, вызванное криком, смолкло, щелкнула руна телепортации. Вик обернулся, чтобы убедиться, что Густаф не забрал с собой Мигеля. Но Мигель сидел на полу, обхватив голову руками, и мелко дрожал. Кажется, у парня выдался слишком насыщенный день.

— Он тебе нужен? — проследив за его взглядом, спросил Лин Вей.

— Не мне, — Виктор покачал головой. — Ему, — и указал на Дениса.

Тот уже выглядел гораздо лучше: цвет лица выровнялся, лихорадка прекратилась, и только руны, полученные в Лабиринте, продолжали время от времени вспыхивать. Лин Вей погладил ученика по влажным от пота волосам и вздохнул:

— Бедный мальчик, все пытается сбежать, даже не подозревая, что придет умолять, дабы вернуться… Бедный, бедный мальчик…

Выздоровление Дениса протекало медленно. Физически он уже был в норме, а вот морально все ещё разбит. Он почти не реагировал на внешние раздражители, потому Лин Вей решил оставить его под присмотром целителей в местной больнице. Вот и сегодня мальчишка сидел на кровати и бездумно пялился в стену напротив. Виктор подошёл к нему и потрепал по плечу, привлекая внимание. Денис не отреагировал.

— Да ладно. Второй уровень ещё не Лабиринт Смерти, — усмехнулся Вик.

Снова мимо. Да и вряд ли дело было в Лабиринте — скорее, в причине, по которой мальчишка туда пошел. Должно быть, Лабиринт показал ему бессмысленность задуманного. Виктору в свое время тоже показывал, жаль, он не понял и ломанулся со всей прытью в сторону расставленных ловушек…

— Да говорю же, что сюда нельзя! — голос Мигеля из открытой в коридор двери отвлёк от не самых приятных воспоминаний.

— А я говорю, у меня здесь практика! — возразила ему высокая темноволосая девочка с восточным разрезом глаз. — И я вылечу этого вашего симулянта! Не будь я Ольга Романова!

— Мистер Нилан! Ну хоть вы ей скажите, что Денис не симулянт!

Виктор вздохнул — лезть в детские разборки ему не хотелось. На его счастье в кармане брюк зажужжал мобильник. Звонила Александра, две недели как игнорирующая все его сообщения.

— Оставляю Дениса на вас, — пробормотал он и, не слушая их возражений, вышел в коридор. — Что случилось? — спросил уже в трубку.

— Ян сбежал из дома…

Вик сам не понял, как начертил руну телепортации и последние слова Саши слушал уже стоя у нее за спиной.

— Мы поругались. Я… Я его ударила.

Он нажал на сброс вызова и сунул мобильник обратно в карман, намеренно растягивая время, чтобы не дать себе подойти к ней и как следует не встряхнуть за плечи. Нельзя, это же Саша. Для нее влепить сыну заслуженную пощечину уже значит ударить. К тому же она и без того напугана.

— Как давно он ушел?

Она вздрогнула и обернулась. По ее красным глазам и без слов было понятно, что Ян сбежал очень давно. Виктор оказался последним, к кому она обратилась.

— В десять утра. Схватил куртку и выбежал, хлопнув дверью. Я бросилась за ним. Сразу же! Но так и не смогла догнать, а потом… Потом…

— У него были деньги?

Саша задумалась, затем кивнула.

— Я дала ему тысячу незадолго до ссоры. У кого-то из его друзей скоро день рождения, он хотел купить подарок.

Ага, значит, она разрешила Яну видеться со старыми друзьями. Хорошо хоть Виктор настоял, чтобы она отобрала у детей ключи от старой квартиры.

— Ты же забрала у них ключи? — уточнил он, пытаясь придумать, куда бы пошел, если б был подростком с тысячей в кармане.

Саша вздрогнула, поспешно вытянула перед собой руку, будто заранее хотела защититься, и сказала:

— Мы проверяли ту квартиру — там никого не было.

— У него есть ключи, — Виктор шумно выдохнул. — Мы — это кто? Ты и Сергей, который водитель Петра Евгеньевича?

Она кивнула и опустила руки. Жест как признание, что виновата — наказывайте. Виктор снова вздохнул. Если отбросить глупую ревность, лезущую всякий раз, когда в контексте Александры вспоминается водитель Петра Евгеньевича, то выходило до банального просто. Саша, не найдя Яна самостоятельно, обратилась за помощью к человеку, который реально мог бы помочь.

— Ладно, к черту. Есть карта города? Нет? А распечатать сможешь?

Минут через десять они сидели в комнате Яна на полу и раскладывали распечатки с картой по номерам. Виктор рассказал Саше дальнейший план своих действий, и она почти успокоилась. Когда приготовления были закончены, Вик начертил на карте руну поиска, потом проткнул палец иголкой и капнул кровью на рыжий узор. Карта вспыхнула, Александра вскрикнула от неожиданности и отпрянула.

— Не бойся — пожара не будет, — успокоил ее Виктор. — Видишь? Всего одна точка выгорела — с координатами, где сейчас Ян. — Он наклонился за листком, с минуту вглядывался в знакомое сочетание улицы и дома, потом перевел взгляд на Александру: — Старая квартира.

— Я… Вик, мы правда там проверяли!

— Он мог прийти позже. Я слетаю за ним и приведу сюда.

— Я с тобой!

— Нет, — он едва заметно качнул головой и, смяв лист, бросил его обратно на пол. — Ты со мной не пойдешь. Сначала ты скажешь мне, где Лана.

— У Федоровых… Вик, она давно отпросилась в гости к Миле! Я…

«…ждешь, что я начну обвинять тебя в том, что ты плохая мать», — мысленно закончил за нее Виктор. Он и правда думал о чем-то таком, но прекрасно понимал, что его выводы базируются на обиде и ревности, а значит, совершенно бессмысленны.

Он помог Александре подняться и, видя, как она стоит, виновато понурив голову, обнял ее и погладил по спине.

— Все хорошо, Саш. Все хорошо. У вас обоих непростой период, так что стычки просто неизбежны. Но сейчас он увидит меня, все осознает, и у вас будет против кого дружить. Поэтому пока я забираю Яна, поезжай к Федоровым и привези Лану домой. Если секрет кому-то рассказывать, так всем. Договорились?

Саша выбралась из его объятий и кивнула.

— Вызову такси, — сказала она и скрылась за дверью.