Никто не бросает пить и принимать наркотики ради счастья или комфорта другого человека, будь то муж, жена, родители или дети. Если человек бросает, то делает это только потому, что последствия его зависимости стали для него невыносимыми.
Рискуя навлечь на себя гнев родителей всего мира, которые таким образом проявляют заботу о детях, скажу, что ваша первая обязанность – заботиться о себе и не позволять своей жизни выходить из-под контроля из-за поведения дочери. Так вы окажете бóльшую услугу и ей, и себе.
Одно из наивысших проявлений любви – позволить человеку, который нам очень дорог, страдать от естественных последствий его поступков и иметь возможность извлечь уроки из своего поведения. Когда мы из страха или чувства вины устраняем или смягчаем эти последствия, а, следовательно, и эти уроки, мы делаем это ради себя, а не ради близкого человека. Когда мы чувствуем себя ответственными за другого человека и не можем вынести чувства вины или осуждения со стороны окружающих, нам необходима помощь в управлении собственными неприятными ощущениями, а не в управлении чужой жизнью. Другими словами, нам нужна помощь, чтобы понять, где проходит граница между нашими собственными проблемами и проблемами другого человека. Настоятельно советую вам возложить ответственность за употребление дочерью алкоголя и наркотиков на того человека, который действительно отвечает за это, – на нее саму.
Когда вы пытаетесь навязать ей решение ее проблемы, вы, будучи созависимой (со-алкоголиком), потакаете своей болезни. Ваше исцеление только началось, и вам еще предстоит научиться осознавать свои попытки контролировать окружающих людей, чтобы затем отказаться от этих попыток.
Ни один человек не бросит пить или принимать наркотики ради того, чтобы сделать счастливым другого человека.
Много раз я наблюдала за тем, как подростки и молодые люди, пытаясь взять на себя ответственность за свою жизнь и избавиться от зависимости (первое – обязательное условие для второго), умоляют родителей перестать их спасать, помогать им, давать деньги, пускать к себе жить или искать для них помощь, и вместо этого позволить им действовать самостоятельно. И столько же раз родители отвечали, что помогать ребенку – родительский долг; что им невыносимо смотреть, как их чадо страдает; и даже если они понимают, что это в интересах ребенка, то просто не могут перестать «помогать». Я много раз слышала от исцеляющихся жертв компульсивного переедания, алкоголиков и наркоманов примерно следующее, в разных вариациях: «Родители потратили больше миллиона долларов на мое лечение, но только после того, как они бросили попытки меня исправить, я сам решил изменить свою жизнь». В отношениях с зависимыми людьми нужно строго придерживаться главного принципа: ни в коем случае не делать за них то, что они в состоянии сделать сами, если захотят.
В определенном смысле мы, зависимые от отношений, – очень опасные люди, потому что нуждаемся в человеке, которого будем исправлять, которому будем посвящать все свое время, который станет смыслом нашей жизни и будет отвлекать нас от нас самих. Нас привлекают нездоровые привычки или недостатки другого человека, и это заставляет нас романтизировать зависимость и не воспринимать ее как болезнь. (Ваше сравнение мужа с диким орлом – хороший тому пример.) Порой мы даже препятствуем повышению самооценки и личностному росту другого человека, если беремся за их культивирование или слишком пристально наблюдаем за их развитием. Уиллоу, окажите своей дочери огромную услугу из любви к ней и переключите внимание с нее и ее исцеления на саму себя.
Многие люди хотят быть лучшими в чем-нибудь, чтобы отличаться от огромной массы других людей хотя бы одной заслуживающей внимания особенностью. Это распространенное желание, хотя наличие у человека такой особенности далеко не всегда позволяет ему обрести душевный покой. Например, когда люди, зависимые от отношений, испытывают подобное желание отличаться от других и быть особенными, они могут начать отождествлять себя с самыми негативными аспектами своего прошлого и своего заболевания. Уверенность в том, что у нас было самое тяжелое детство, самые ужасные возлюбленные или самый шокирующий жизненный опыт (и попытки убедить в этом других), становится для нас тогда основным способом почувствовать свою значимость и добиться внимания окружающих. После того как подобные ухищрения укоренились в поведении человека, перспектива отказаться от них в обмен на спокойное и сдержанное исцеление может показаться некомфортной и выглядеть как серая посредственная жизнь. Но если человек хочет исцелиться, смирение становится абсолютно необходимым, потому что человеку, вечно драматизирующему свою жизнь, свойственна либо жалость к себе, либо возвеличивание себя, либо и то, и другое. Такой человек испытывает несгибаемую решимость завоевать приз в жизненной категории «Лучший из худших». Попытки достичь этой цели – пустая трата времени, особенно если сравнить ее с теми дарами жизни, которые вас ждут, если вы посмотрите на свою жизнь со стороны, примете прошлое, простите его, усвоите его урок и продолжите жизненный путь, став немного мудрее.
Следующее письмо является ярким примером такой заявки на звание «Лучшего из худших»: Хейди с удовольствием играет главную роль в постоянных драмах и мелодрамах, составляющих ее жизнь. Во второй половине письма она задумывается над возможностью вести более спокойную и размеренную жизнь, однако ей придется избавиться от своей гордыни, если она действительно хочет таких перемен.
Уважаемая Робин!
Простите за столь неофициальное письмо, но вы вряд ли получили бы его, если бы я принялась набирать его на печатной машинке[11]!
Я прочла вашу книгу с энтузиазмом, какой испытывает заядлый фанат бейсбола на финальном матче с участием любимой команды. Я читала ее повсюду и рассказывала о ней всем знакомым!
Я женщина, которая любила (а возможно, и до сих пор любит) слишком сильно. Я девять лет ходила к психотерапевту – наверняка оплатила высшее образование его детям. Я выкладывалась на сто десять процентов и молила других об общении и поддержке, но получала лишь жестокое разочарование. Теперь я все понимаю. До этого я была готова к большому прыжку, но не знала, как его совершить, и не понимала, что именно со мной не так.
Надо сказать, что история моей жизни могла бы шокировать ваших читателей. Я встречалась и спала с достаточно внушительным количеством мужчин самой разной этнической принадлежности, возраста и профессий. Время от времени мне попадались хорошие парни, и к ним я не испытывала ни малейшего уважения. Они казались мне слабаками.
Сейчас мне тридцать шесть, и я решила, что пора что-то делать. Я смотрела на свою жизнь, пока читала вашу книгу, и думала: удивительно, как мне удалось получить лицензию физиотерапевта, театральное и танцевальное образование, два сертификата преподавателя, стать сертифицированным гипнотизером, сертифицированным массажистом и при этом работать в больнице на полной ставке. Кроме того, я всегда забочусь о своем здоровье и каждый день занимаюсь спортом. А еще у меня миллион друзей!
Читая вашу книгу, я поняла, что мои отношения с мужчинами лучше всего описывались фразами, которые я чаще всего употребляла: «Ты нужен мне, чтобы сбылась моя мечта» и «Ты меня подвел». Теперь мне ясно, что я пыталась манипулировать мужчинами. (Мне нелегко признать это!) Вспоминая свое детство, я понимаю, что мы с родителями «танцевали» тот же самый «танец». Для них важнее всего была моя сестра, а меня зачали для того, чтобы ей было с кем играть. Мать много раз говорила мне, что я ее разочаровала и что я совершенно не соответствую ее ожиданиям.
Как вы и говорите, семья не меняется! Родители до сих пор считают, что я должна оплачивать междугородние звонки, чтобы пригласить шесть человек в свою однокомнатную квартиру на десять дней. Почему бы и нет? Я уже делала это раньше. И теперь от меня этого ждут! Мне кажется, что нас, тех, о ком вы пишете в своей книге, общество, семья и друзья подталкивают к тому, чтобы мы продолжали крутиться в своем замкнутом круге.
У меня захватывающая жизнь (как американские горки – люди любят кататься на них и даже наблюдать за ними) – новые и новые любовники, новые и новые рестораны или тусовки, постоянный «кайф». Другие люди удивляются, как мне удается не спать всю ночь и весь следующий день работать не покладая рук, или уволиться с работы на Восточном побережье, выйдя замуж за букмекера с Западного побережья старше меня на двадцать девять лет, которого я даже толком не знаю. Раньше я рассказывала эти истории о себе с юмором и гордостью. Все мной восхищались.
Когда я начала читать вашу книгу, я встречалась с «хорошим парнем» (возможно, он был хорошим) и еще одним мужчиной, которого я считала «харизматичным». Хороший парень работал остеопатом. Он был очень добрым и терпеливым, но в наших отношениях не было «искры», не было страсти. Харизматичный господин постоянно очень искренне (искренне ли?) мне льстил. Он был таким романтиком, что каждый раз, когда он стучался в мою дверь в три утра, я обязательно находила время поговорить с ним и позаниматься любовью. Время шло, и он всегда оказывался рядом, когда был голоден, разумеется, при этом отвешивая комплименты моему поварскому мастерству. (Я уверена, что он говорил искренне!) Затем он начал приходить ко мне исключительно среди ночи. Кто еще его пустит? А когда у его машины две недели не горели фары, он звонил мне, чтобы я за ним заехала и привезла к себе. (Разумеется, в час ночи.) Он был талантливым автором песен, который лишь изредка ездил в Голливуд на выходные, чтобы подзаработать денег на аренду квартиры и кокаин.
