Робин Кук – Злой умысел (страница 22)

— Вы не имеете права врываться ко мне в дом и допрашивать меня. — Он старался, чтобы его слова звучали как можно авторитетнее.

— Да-а?! — удивленно протянул Дэвлин неестественно высоким голосом. Перекинув банку с пивом в правую руку, он ударил Джеффри по другому уху левой ладонью. Причем настолько быстро, что Джеффри даже не успел отпрянуть. Он ударился о стену и стал корчиться перед этим улыбающимся наглецом.

— Хочешь, я тебе кое-что напомню? — вкрадчиво спросил Дэвлин, устремив на Джеффри немигающий взгляд удава. — Ты — преступник, тебя судили и скоро пришьют срок, дружище, а на свободе сейчас ты только потому, что нашелся на свете такой добрый и милосердный человек, как мистер Москони.

— Кэрол! — заорал Джеффри. Он чувствовал, что его разрывают ярость и страх. — Вызови полицию!

— Ха! — усмехнулся Дэвлин и слегка отклонился назад. — Вызови полицию! Это уж чересчур, док. Ты перегибаешь палку. Закон и я — одно лицо, мы на одной стороне, а вот ты — на другой. Я здесь в качестве… э-э… — Дэвлин на секунду замолчал и обернулся к Кэрол: — Как ты меня там назвала?

— Посыльный, — повторила Кэрол, надеясь этим успокоить Дэвлина.

— Вот, по ее словам, я здесь в качестве посильного, — повторил Дэвлин, повернувшись к Джеффри. — Я — посыльный, меня послали, чтобы напомнить тебе, дружище, что ты имеешь дело с мистером Москони. А он сегодня утром огорчился, когда позвонил в банк и узнал, что денег там нет. Понятно? Так вот, скажи мне, что случилось с этими деньгами, которые утром должны были лежать на депозите? Их нет у тебя на счете? Или твой чек недействителен?

— Это вина банка, а не моя. — Джеффри молил Бога, чтобы громила не заглянул к нему в дипломат, который, кстати, все еще был у него в руке. Если Дэвлин увидит деньги, то сразу поймет, что Джеффри хотел сбежать. — В банке произошла небольшая задержка с бумагами, но они пообещали, что к утру все уладят. Потому что все проблемы уже решены и все бумаги заполнены.

— Ну ведь ты же не настолько глуп, чтобы водить меня за нос, не так ли? — промурлыкал Дэвлин, и Джеффри похолодел от ужаса, подумав, что тот обо всем догадался. Громила с силой щелкнул его по носу указательным пальцем. Джеффри даже зажмурился от боли. У него было такое чувство, будто его укусила пчела.

— Они пообещали мне, что больше никаких проблем не будет. — Джеффри коснулся пальцами кончика носа, ожидая, что увидит там кровь, но на них ничего не было.

— Значит, деньги будут завтра утром, да?

— Абсолютно верно.

— Ну, в таком случае, думаю, мне можно идти, — заявил Дэвлин. — Надеюсь, не стоит повторять, что если денег не будет, я появлюсь здесь снова? — Дэвлин посмотрел на Джеффри и, не дожидаясь ответа, повернулся к Кэрол: — Спасибо за пиво, малышка, — улыбнулся он и протянул ей пустую банку.

Кэрол молча взяла банку. Дэвлин снова сделал такое движение, как будто хотел потрепать ее по щеке. Кэрол отпрянула, пытаясь увернуться, но он схватил ее за руку.

— Слушай, ты действительно злюка, — со смехом сказал он. Кэрол вырвала руку и отвернулась.

— Уверен, вам обоим жаль, что я ухожу, — притворно ласково проговорил Дэвлин уже от двери. — Очень хотелось бы остаться с вами пообедать, но мне надо еще встретиться с несколькими любвеобильными «монашками» в «Розали». — Он заржал, как лошадь, и хлопнул дверью.

Несколько минут Кэрол и Джеффри молча слушали, как завелся мотор в машине Дэвлина, как он выехал на дорогу за домом. Первой заговорила Кэрол.

— Что случилось в банке? — Судя по интонации, она была в ярости. — Почему они не дали тебе деньги?

Джеффри, не отвечая, тупо смотрел на жену, словно не понимая, о чем она спрашивает. Он все еще не мог прийти в себя. В душе его боролись сейчас страх и ярость. Страх побеждал. Дэвлин воплощал собой самое худшее, о чем только мог подумать Джеффри, и теперь, когда он понял, что не имеет защиты от Дэвлина и что закон не на его стороне, этот страх увеличился до невероятных размеров. Дэвлин показался ему воплощением тех тюремных «авторитетов», с которыми предстоит встретиться в самом ближайшем будущем. Правда, удивляло то, что Дэвлин не пообещал ему разбить коленные чашечки — в кино такие типы всегда обещали это. Несмотря на свое ирландское имя, выглядел он как типичный итальянский мафиози.

— Ну отвечай же! — потребовала Кэрол. — Где ты был?

По-прежнему держа в руке дипломат, Джеффри молча развернулся и направился к себе в комнату. Ему хотелось побыть одному. В голове у него проносились кошмарные видения тюремного быта, «коллег» по заключению — все они до единого напоминали Дэвлина… Джеффри чувствовал, как у него от ужаса начинают дрожать колени.

Кэрол схватила его за руку.

— Я ведь с тобой разговариваю, а не со стенкой!

Джеффри остановился и посмотрел на руку Кэрол, крепко обхватившую его запястье.

— Пусти меня, — спокойно сказал он.

— После того, как ты ответишь на мой вопрос.

— Отстань, — меланхолично потребовал он.

Подумав, Кэрол отпустила его руку, и Джеффри продолжил свой путь. Но когда он уже поднялся наверх и начал возиться с замком, встала у него за спиной.

— Ты не один, кому тяжело! Все нервничают и переживают! — заорала она. — Я считаю, что имею право на объяснение. Мне пришлось развлекать это животное несколько часов.

Джеффри повернулся к ней лицом.

— Прости. — Он понимал, что обязан ей. Но Кэрол не успокаивалась:

— Если ты насчет всего того, что здесь произошло, то не стоит извиняться. Но мне нужно знать, что произошло в банке. Ведь Дадлей пообещал — никаких проблем не будет.

— Давай поговорим об этом позже. — Джеффри чувствовал, что ему необходимо хоть немного побыть одному, чтобы успокоиться.

— Нет, сейчас! — настаивала Кэрол.

Джеффри открыл дверь и шагнул в комнату. Кэрол попыталась было проникнуть за ним, но он загородил ей дорогу.

— Я же сказал: «Позже»! — Его голос прозвучал намного громче, чем он хотел. А потом Джеффри резко закрыл дверь прямо перед носом Кэрол. Несколько секунд она стояла, изумленная и растерянная, но услышав, как в замке дважды повернулся ключ, заплакала у закрытой двери от разочарования и досады.

— Ты просто невозможный! Зачем я только согласилась подождать с разводом?! Вот она, благодарность, которую я заслужила! — Все еще плача, она пнула дверь ногой и убежала в свою комнату.

Джеффри положил дипломат на постель и тяжело опустился рядом. Он не хотел доводить Кэрол до слез, но теперь уже поздно. Как мог он объяснить ей все то, что с ним произошло, если они не разговаривали по-человечески уже несколько лет? Джеффри понимал: следовало бы объяснить хоть что-то, но он не хотел посвящать Кэрол в свои планы до тех пор, пока окончательно не решит, что делать. Если бы он признался, что у него в дипломате такая сумма наличными, то она тут же заставила бы его отнести деньги в банк. А Джеффри не хотел торопиться, ему требовалось время на то, чтобы все обдумать. Он снова оказался в одиночестве и не знал точно, что делать.

Джеффри встал и направился в ванную. Наполнив стакан водой, он взял его обеими руками и выпил. Его все еще трясло от пережитого. Что с носом? Джеффри посмотрел в зеркало. На кончике носа, там, куда его щелкнул Дэвлин, была царапина. Уши распухли и сделались пунцово-красными. Вспомнив, каким беспомощным и жалким он выглядел в глазах этого громилы, Джеффри передернулся и чуть не заплакал.

В комнате он снова наткнулся взглядом на дипломат. Замки тихо щелкнули, и показались записи Криса Эверсона. Под ними лежали деньги. Джеффри обвел взглядом аккуратные пачки стодолларовых купюр и поймал себя на мысли: жаль все-таки, что он не остался тогда на борту самолета. Был бы сейчас где-то уже на подлете к Рио, готовился бы начать новую жизнь, по крайней мере, лучшую, чем то, что пришлось пережить дома. А то ли еще будет… Воспоминания о времени, проведенном с Келли, о чудесном обеде, открытом общении предстали перед ним как нереальные события из какой-то другой жизни.

Посмотрев на часы, Джеффри с грустью отметил, что уже девятый час вечера. Последний нужный ему рейс в девять тридцать. Если сейчас выйти, то еще можно успеть.

Но тут же мысли его приняли иное направление, напомнив, как плохо ему было на борту самолета. Сможет ли он снова все это пережить? Джеффри вернулся в ванную, и снова посмотрел на свой травмированный нос и на горящие, опухшие уши. Что бы такой человек, как Дэвлин, сделал с ним в камере, если бы они вынуждены были проводить вместе день за днем несколько месяцев подряд?!

Джеффри резко повернулся и быстро направился к дипломату. Захлопнув крышку, защелкнул замки. Решено! Он летит в Бразилию.

Когда Дэвлин вышел из дома Роудсов, он действительно собирался поехать в итальянский ресторанчик в гавани и вкусно поесть, а потом выпить пива. Но, проехав три квартала, он вдруг интуитивно почувствовал, что надо вернуться. В голове снова прокрутилась беседа с этим несчастным докторишкой. Как только Джеффри сказал, что во всем виноват банк и что задержка денег — это чисто бюрократическая проволочка, Дэвлин понял, что он врет. Теперь ему вдруг стало интересно, почему же доктор врал.

— Ох уж эти доктора! — посетовал Дэвлин вслух. — Всегда думают, что они умнее других.

Сделав разворот на перекрестке, Дэвлин поехал в обратном направлении. Проехав дом Роудсов, он снизил скорость, все еще не зная, как поступить. Когда позади остался еще один квартал, Дэвлин снова развернулся и снова проехал мимо дома Джеффри, но теперь уже с другой стороны. На этот раз он нашел свободное место для парковки и загнал туда свой автомобиль.