Робин Кук – Токсин (страница 4)

— Ну должна же я получить от жизни хоть немного удовольствия! Тебе этого не понять — у тебя нет другой радости, кроме как резать людей.

— Да, кстати, спасибо тебе, что послала Келли Андерсон ко мне в больницу. Это был приятный сюрприз.

— Я ее не посылала. Я просто сказала ей, где тебя найти.

Увидев через плечо Кима, что ее гость встал, она поняла, что тому неловко, и пригласила Кима пройти в гостиную.

— Ким, — сказала она, — познакомься: мой друг Карл Сталь.

Мужчины обменялись рукопожатием и смерили друг друга настороженным взглядом.

Трейси направилась к лестнице:

— Пойду проверю, все ли уложила Бекки.

Ким немного ревновал Трейси к ее новому ухажеру, но его утешало, что Карл был на несколько сантиметров ниже его и значительно лысее. С другой стороны, он где-то загорел посреди зимы и находился в хорошей форме.

Карл снова сел на диван, а Ким — в кресло напротив.

— Я видел ваше интервью с Келли Андерсон около месяца назад, — сказал он.

— Жаль. Я надеялся, что его мало кто посмотрел.

— Я, конечно, полностью на вашей стороне. Вы, ребята, заслужили все до последнего цента. В смысле, очень вас, докторов, уважаю.

— Спасибо. Это утешает. А вы чем занимаетесь? — спросил Ким. Ему действительно было интересно — желтый «Ламборджини», конечно же, принадлежал Карлу.

— Я исполнительный директор в компании «Фудсмарт». Уверен, вы о нас слышали.

— Не припоминаю.

— Это крупная сельскохозяйственная компания. Скорей даже целый холдинг. Мы также главные акционеры сети закусочных «Онион ринг».

— Об этом я слышал, — сказал Ким. — У меня даже есть несколько их акций.

— Удачный выбор.

Топот на лестнице возвестил о появлении Бекки. Она бросила сумку и коньки на стул в коридоре и влетела в гостиную. Стрелой метнувшись к Киму, она обняла его, но сразу же немного отстранилась и притворилась рассерженной: «Папа, ты опоздал».

Настроение Кима, испорченное дурацким днем, сразу улучшилось, стоило ему увидеть свою драгоценную девочку, такую развитую и хорошенькую в свои десять лет, и почувствовать ее бьющую через край энергию. У нее была чистая, нежная кожа и большие выразительные глаза.

— Извини, зайчик. Ты, наверное, проголодалась?

— Просто умираю! — ответила Бекки. — Но погоди, глянь-ка! — И она повела головой из стороны в сторону. — Как тебе мои новые бриллиантовые сережки? Правда обалдеть? Мне их Карл подарил.

— Так, ерунда, — пояснил Карл. — Типа припозднившийся рождественский подарок.

Кима будто током ударило.

— Да, впечатляет, — выдавил он.

Бекки отпустила Кима и поспешила в прихожую за вещами и курткой. Ким пошел за ней.

— Спать чтобы легла сегодня вовремя, понятно? — строго сказала Трейси. — И будьте осторожны: в городе, говорят, свирепствует грипп.

— Ой, мам, — сказала Бекки, — расслабься.

— Хотела бы я расслабиться — я бы тогда гораздо лучше провела время. У тебя записан телефон, который я дала?

— Да!

Бекки подбежала к Карлу, стоявшему в дверях гостиной, обняла его и прошептала:

— Спасибо за сережки, они мне очень нравятся.

Затем она торопливо обнялась с Трейси и выскочила в открытую Кимом дверь.

— Она все время такая нервная, — сказала Бекки, когда они сели в машину. — А вон видишь, это «Ламборджини», машина Карла. Классная, да?

— Это точно, — с притворным равнодушием отозвался Ким.

— Тебе тоже нужна такая, пап.

— Давай лучше поговорим о еде. Как насчет «Онион ринг» на Прейри-хайвэй?

— Здорово! — Несмотря на пристегнутый ремень, Бекки умудрилась дотянуться до Кима и чмокнуть его в щеку.

В этот вечер, как всегда по пятницам, в «Онион ринг» было полно народу. В основном это были подростки с орущими магнитофонами, но попадались и семьи. Дети любили «Онион ринг» за то, что здесь они могли заказать гамбургер и самостоятельно полить и намазать его всевозможными соусами. То же самое можно было творить и с мороженым.

— Ну что, потрясающее место? — спросила Бекки, когда они встали в очередь.

— Волшебное, — ухмыльнулся Ким. — Особенно хороша тихая классическая музыка, создающая фон.

— Ой, ну пап… — простонала Бекки, закатив глаза.

— Ты бывала здесь с Карлом? — спросил Ким. Он бы, по большому счету, предпочел не слышать ответа.

— Конечно, пару раз. Ему же это все принадлежит.

— Не совсем так, — с некоторым удовлетворением возразил Ким. — На самом деле «Онион ринг» — открытая акционерная компания, а значит, у многих есть ее акции. Даже у меня, так что я тоже один из владельцев.

— А толку — с Карлом-то мы в очереди не стояли.

Ким сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— Давай поговорим о чем-нибудь еще. Например, о чемпионате по фигурному катанию. Ты еще не передумала? А то будет поздно.

— Я не поеду, — решительно сказала Бекки.

— Правда? Ты же такая способная!

— Я люблю кататься и не хочу портить себе удовольствие.

— Но ты бы могла быть лучше всех. Знаешь, Бекки, мне все-таки обидно. Я бы так тобой гордился!

— Мама предупреждала, что ты скажешь что-нибудь вроде этого.

— А, ну конечно. Твоя мама всегда все знает, она же психотерапевт!

— Она еще сказала, что я должна поступать так, как хочется мне самой.

Тут подошла их очередь. Бекки посмотрела на висевшее над кассой меню:

— Хм. Я буду обычный гамбургер, картошку и ванильный коктейль.

— А вы, сэр? — спросил молодой продавец.

— Сейчас… Дежурный суп и салат. И еще чай со льдом.

Ким заплатил, и продавец сказал:

— Номер вашего заказа — двадцать семь.

Не сразу, но они все же нашли два свободных места за столиком у окна.

На кухне и в служебных помещениях «Онион ринг» работа кипела вовсю. По пятницам и субботам — два самых напряженных дня — менеджер Роджер Поло работал по две смены. Ему было под сорок, и он был вспыльчив и безжалостен как к подчиненным, так и к самому себе.

Когда случались такие наплывы народу, как сейчас, Роджер Поло сам помогал на раздаче. Он заказал гамбургер и картошку повару Полу, суп и салат — Джулии, а напитки должна была обеспечить Клаудия. Уборкой и пополнением запасов занимался Скип, новенький.