Робин Кук – Метка смерти (страница 35)

А ее знакомство с Роджером все еще более усложнило. Вместо проблем с одним мужчиной теперь у нее были проблемы с двумя. И хотя ей были небезразличны оба, она понимала, что любит Джека, и ловила себя на мысли, что ей очень не хватает его бескомпромиссной прямоты. Отчасти она стала встречаться с Роджером, чтобы вызвать у Джека ревность. Эта женская хитрость вызвала два осложнения: во-первых, Лори не ожидала, что так привяжется к Роджеру, во-вторых, не ожидала, что ревность настолько сильна.

Хотя Лори и чувствовала, что Джек любит ее, его упорное нежелание брать на себя хоть какую-то ответственность убеждало ее в том, что любили они друг друга по-разному. Она никогда не ощущала, что он дорожил их отношениями так же, как она. Она была убеждена, что он уже не изменится и что он вообще не способен на ревность.

И вот сейчас она изменила свое мнение. Их отношения с Джеком стали быстро ухудшаться. Поначалу, когда она только переехала к себе, в нем чувствовался небрежный сарказм. Потом, когда она начала встречаться с Роджером, сарказм стал более едким и действовал на Лори угнетающе. Примерно месяц назад, когда Джек предложил ей вместе поужинать, а она ответила, что идет с Роджером на симфонический концерт, Джек пожелал ей счастья, словно намекая на то, что их дружеским отношениям настал конец.

Помахав дежурившей на приемной стойке Марли и ожидая, пока та, нажав на кнопку, впустит ее, Лори невольно улыбнулась. Ситуация начинала смахивать на «мыльную оперу». Надо просто выбросить все эти мысли из головы и четко уяснить, что изменить как себя, так и других — задачка не из легких.

В комнате опознания, повесив пальто на одно из кресел и примостив сверху зонтик, Лори направилась к кофеварке. На этот раз разбираться с делами была очередь Чета, и он склонился над карточками.

Помешивая кофе, Лори взглянула на часы. Восьми еще не было, но с Джеком она обычно приходила гораздо раньше. Обратив внимание на отсутствие Винни с газетой, она предположила, что тот уже работал внизу с Джеком. Лори наслаждалась относительным спокойствием, зная, что через час ему на смену придет активная деятельность.

— А Джек уже внизу? — поинтересовалась Лори.

— Ага, — не поднимая головы, отозвался Чет. Но, узнав ее голос, встрепенулся. — Ой, Лори! Как здорово! Я должен был тебе кое-что передать, если ты появишься до восьми. Дженис жаждет с тобой поговорить. Она уже дважды заходила.

— По поводу какого-нибудь пациента из Центральной? — попыталась уточнить Лори. Ее глаза оживились. Она просила Дженис обязательно сообщить ей, если вновь возникнет подобный случай. Свои два дела — Макгиллина и Морган — она еще не закрыла. Два других были закрыты Кевином и Джорджем. Они отметили, что смерть носила естественный характер, но Лори по-прежнему отказывалась в это верить.

— Нет, не угадала, — ответил Чет с хитрой улыбкой. Ее плечи сразу поникли от разочарования. — Речь идет не об одном, а сразу о двух! — Он постучал пальцем по обложке верхней из двух отложенных им карточек и слегка подтолкнул их к Лори. — И в обоих случаях требуется аутопсия.

Схватив карточки, Лори взглянула на имена: Ровена Собжик и Стивен Льюис. Она быстро проверила возраст: двадцать шесть и тридцать два.

— Оба из Центральной манхэттенской? — переспросила она, чтобы лишний раз удостовериться.

Чет кивнул.

Итак, ее «серия» вырастает не до пяти, а до шести случаев. А это уже пятьдесят процентов!

— Я бы хотела заняться этими двумя, — поспешно сказала она.

— Договорились.

Не тратя больше времени на разговоры, Лори схватила пальто и зонт. С карточками под мышкой, стараясь не пролить кофе, она пошла через диспетчерскую в офис криминалистов. Ее просто раздирало любопытство. На протяжении последних недель она глотала одни обиды — ее версия о серийном убийце, не получив продолжения, была отвергнута всеми, кроме Роджера. А Джек только язвил по этому поводу. Даже Сью Пассеро отказалась от этой идеи после, как она выразилась, «неоднократного и деликатного наведения справок» в больнице. К счастью, Келвин не возвращался к этому вопросу. И Рива тоже.

Медицинские карты на четверых предыдущих пациентов наконец-то добрались до ее кабинета. Она заполнила свою таблицу до конца, однако ничего подозрительного не обнаружила. Никакой связи между этими случаями не прослеживалось: были разные хирурги и анестезиологи, разные анестетики, была значительная разница в дооперационных и послеоперационных препаратах, были и разные больничные палаты. Хуже всего, что результаты токсикологии тоже оказались отрицательными, несмотря на героические усилия Питера. Ради Лори он действительно проделал большую работу по выявлению хоть каких-нибудь, даже самых незначительных, следов аллергена. А без этого версия о серийном убийце ни у кого не вызывала доверия, тем более что после смерти Дарлин Морган странные случаи прекратились. Все поспешили отправить эти четыре дела в корзину статистических казусов.

Сидевший за столом Барт, заметив ее, кивнул.

— Ты как раз вовремя, — сказал он, демонстрируя свою осведомленность и жестом указывая на женщину в глубине комнаты.

Дженис уже одевалась.

— А, доктор Монтгомери! — воскликнула она. — Я уже боялась, что мы разминемся. Я что-то совсем выдохлась сегодня, не дождусь, когда лягу спать.

Она стащила с себя пальто и, повесив на спинку стула, тяжело опустилась на него сама.

— Извини, что задерживаю тебя, — сказала Лори, заметив, что Дженис плохо выглядит.

— Ерунда, — нарочито бодро ответила Дженис. — Минутное дело. Это карточки Собжик и Льюиса?

— Да, — сказала Лори, пододвигая стул. Дженис взяла файлы, открыла их и, вытащив свои отчеты, протянула Лори.

— Оба этих случая в Центральной напомнили мне те четыре, которыми ты заинтересовалась. — Дженис потерла лицо обеими руками и глубоко вздохнула. — В двух словах: оба молодые и здоровые, оба, похоже, скончались в результате неожиданно возникших проблем с сердцем, оба перенесли несложные операции и ни того ни другого не удалось реанимировать.

— Определенно похожие случаи, — согласилась Лори. — Спасибо, что дала мне знать. Есть что-нибудь такое, о чем еще ты могла бы рассказать?

— Да, в общем, там все написано, — ответила Дженис. — Я лишь хочу кое-что подчеркнуть. В деле Собжик практически никаких отличий от других нет, однако вот какой момент: медсестры успели к ней подбежать, когда она была уже на грани, но все же еще жива. К сожалению, несмотря на все их усилия, ничего не помогло. У Льюиса, напротив, не наблюдалось ни сердечной, ни дыхательной деятельности, когда его обнаружили санитарки.

— Почему ты думаешь, что это важно?

— Просто потому, что есть небольшая разница, — ответила Дженис, пожимая плечами. — Я не знаю, но в последний раз, когда мы разговаривали, ты спрашивала, не почувствовала ли я чего-то интуитивно в деле Дарлин Морган. Тогда — нет, а вот сейчас, с Собжик, мне почему-то бросилась в глаза эта деталь.

— В таком случае я рада, что ты мне об этом рассказала. Что-нибудь еще? — спросила Лори.

— Нет, это все. Остальное — в отчетах.

— Сама понимаешь, что я бы хотела получить копии их медицинских карт.

— Я их уже запросила.

— Отлично! — сказала Лори. — Я рада, что ты мне обо всем этом рассказала. Если еще что-нибудь вспомнишь, ты знаешь, где меня найти.

Схватив свои вещи, Лори поспешила к лифту — ей не терпелось взяться за работу. Поднимаясь в лифте, она вспоминала рассказ Дженис. Могло ли это оказаться важным — покажет время.

Влетев к себе в кабинет, Лори повесила пальто и положила зонтик на этажерку с картотекой. Она села за стол и, раскрыв обе карточки, вновь вынула отчеты Дженис. Внимательно их перечитав, открыла один из ящиков и достала оттуда составленную на основании четырех дел таблицу, которая при помощи резинового ободка была прикреплена к карточкам Макгиллина и Морган и выпискам из двух других дел. На секунду она задержала внимание на карточке Макгиллина. Несмотря на обещания, она так и не смогла сказать ничего определенного доктору Макгиллину по поводу смерти его сына. И это не давало ей покоя. Прошло уже несколько недель, а она даже не поговорила с ним, хотя и обещала перезвонить. Она сделала пометку — «позвонить». Интересно, что бы он сказал в ответ на ее предположение о серийном убийце.

Полагаясь на отчет Дженис, Лори дополнила свою таблицу именами Собжик и Льюиса, хотя еще и не проводила вскрытия. Предвидя заинтересованность Лори, Дженис проделала кропотливую работу, и Лори смогла заполнить графы с информацией о возрасте пациентов, времени наступления смерти, именах лечащих врачей, типе перенесенной операции и номерах палат. За этим занятием ее и застала Рива.

— Заполняешь свою таблицу? — поинтересовалась она, заглядывая Лори через плечо.

— Появились еще два случая из этой же серии. В общей сложности уже шесть. Правда, я еще не проводила аутопсию, но, судя по описанию, все то же самое. Не готова поменять свое мнение о характере смерти?

Рива засмеялась:

— Не думаю. Особенно после того, как токсикология оказалась отрицательной. А мне известно, как старался Питер. Кстати, а как твоя мама? Все забывала тебя об этом спросить.

— На удивление хорошо, — ответила Лори. — Конечно, учитывая, что я могу многого не знать. Она ведь ведет себя так, как будто ничего не случилось.