Робин Хобб – Странствия Шута (страница 36)

— Я не знаю, — тихо ответил я, признавая его правоту. — Но и не знаю, что еще могу сделать для нее.

— Оставь ее, — предложил он. — Дай ей кров и пищу. Укрой от штормов и врагов, — он откашлялся. — То же самое, что король Шрюд предложил одной бесполезной твари.

— Не думаю, что это верное сравнение. Она просто ворона, не ребенок в огромном мире.

— Ребенок. Внешне. Молодой с точки зрения моего рода. Наивный и ничего не знающий о мире, в котором оказался. Но почти так же отличавшийся от короля Шрюда, как ворона от человека. Фитц, ты меня знаешь. Ты сам был мной. Ты знаешь, что мы отличаемся друг от друга, хоть и похожи. Не похожи, как ты и Ночной Волк. Мотли, думаю, так же похожа на меня, как Ночной Волк был похож на тебя.

Я пощипал губы, обдумывая, а потом уступил.

— Пойду посмотрю, смогу ли найти ее. Если найду, принесу ее прямо сюда, к тебе. И приготовлю еду и воду.

— Правда? — блаженно улыбаясь, спросил он

— Да, конечно.

Не откладывая, я встал, спустился по лестнице и открыл дверь в комнату. Мотли уже ждала меня там.

— Темно, — серьезно сообщила она.

Она прыгнула на шаг, потом еще, на третьем обернулась ко мне.

— Как тебя зовут?

— Том, — по привычке ответил я.

— Фитц… Чивэл! — пронзительно и насмешливо закричала она и продолжила подъем по лестнице.

— Фитц Чивэл, — согласился я, заметив, что улыбаюсь, и последовал за ней.

Глава десятая

Известия

Доклад мастеру

Подружиться с человеком в шрамах оказалось не так трудно, как мы думали. Я понял, что не хотел браться за такое задание отчасти потому, что боялся его. Это стало моим самым большим препятствием, и мне пришлось преодолеть страх перед ним прежде, чем я усыпил его страх передо мной.

Сложно наблюдать за ним, оставаясь незамеченным, как вы просили. Слепота, похоже, обострила остальные его чувства. Иногда, если я прихожу раньше, чем он просыпается, у меня бывает немного времени до того, как он поймет, что я рядом, и уже трижды он безошибочно поворачивал голову ко мне, спрашивая: «Кто здесь?» И его боязливость выглядит так грустно, что пропадает желание притворяться, что меня нет. Однажды, когда я прокрался в комнату, он упал с кровати и не мог подняться. От усталости и боли он не сразу понял, что я здесь, и какое-то время ползал по полу. Я решил, что он не совсем бессилен, но боль не дает ему управлять телом. Я пытался быть только наблюдателем, но когда больше не мог терпеть, то потопал ногами, будто только что вошел, и сразу же крикнул ему, что с удовольствием помогу. Мне было все еще трудно прикасаться к нему и еще труднее — позволить ему коснуться меня, чтобы подняться. Но я преодолел свою неприязнь к его прикосновениям, и, думаю, это принесло мне больше доверия и близости чем все, что я делал раньше.

Он не был таким сдержанным, как вы предупреждали, наоборот, он много рассказывал мне о своем отрочестве в роли шута короля Шрюда, о дружбе с принцем Фитцем Чивэлом, когда они были мальчиками. Он рассказал мне о своем путешествии в Горное Королевство с королевой Кетриккен, о жизни там, когда все считали, что король Верити мертв и династия истинных Видящих закончилась. И я слышал о днях, проведенных в горах в поисках короля и о его приключениях с принцем Фитцем Чивэлом. Такие рассказы о героизме и мужестве были больше всего, что я мог бы себе представить. И я постарался записать их на отдельном свитке, потому что думаю, что там могут быть события, вам еще не известные.

Сейчас, полагаю, мое задание выполнено. Я приобрел его доверие и расположил к себе. Я знаю, что это было единственной целью этого упражнения, но добавлю, что, кажется, я нашел друга. И за это, мой добрый учитель, я благодарю вас так же, как и за следующие поручения.

Как вы и приказали, я сохранил свою тайну, и никто из них ничего не заметил. Точнее будет известно, когда они встретят меня в истинном образе. Узнают ли они меня? Готов поспорить, что слепой поймет больше, чем зрячий.

Оставив Шута и Мотли, я вернулся в свою комнату, чтобы подумать. Но вместо этого, опустошенный Скиллом, я уснул. А когда проснулся, то не сразу понял, какое сейчас время суток.

Я потер заспанное лицо, морщась от болезненных припухлостей под глазами, и лишь подойдя к зеркалу понял, что выгляжу так же плохо, как и чувствуя себя. Я боялся увидеть темные круги и синяки. Вместо этого мое лицо с несколькими пятнами чернил отекло и опухло. Но это было лучше, чем заплывшие синим глаза, как после драки в таверне. Я подошел к окну, открыл ставни, и посмотрел на заходящее солнце. Я чувствовал себя отдохнувшим голодным отшельником. Идея оставить комнату и пройтись по замку в поисках еды пугала меня.

Кто я теперь, вновь возрожденный Фитц Чивэл? Даже теперь, после хорошего сна, мои попытки понять, что произошло в моей политической, общественной и семейной жизни, не увенчались успехом. По правде говоря, я ждал, что кто-нибудь позовет меня. Я ждал официальной записки от Кетриккен, призыва от Чейда, Неттл или Дьютифула, но ничего такого не было. Постепенно до меня стало доходить, что возможно мои родственники ждут сигнала от меня.

Я смочил полотенце в кувшине и положил холодную повязку на опухшее лицо. Потом сел на край кровати, собрал волю в кулак и потянулся к Неттл.

Как ты? Обычный вопрос, сейчас перегруженный значениями.

Как ты? повторила она за мной. Ты так долго молчал!

Я до сих пор не пришел в себя.

Ты рад, что это случилось?

Мне пришлось долго обдумывать ответ.

Думаю, да. Но, наверное, я испуган не меньше, чем счастлив. А ты?

Слишком много больших перемен. Мы разделили мгновения спокойного понимания друг друга. Ее мысль нерешительно коснулась меня. Вчера. Прости меня за то, что я сказала. Сегодня, когда я вспоминаю, как накинулась на тебя, то прихожу в ужас. У мамы во время беременности бывали такие вспышки. Молниеносные безудержные эмоции. Баррич отослал бы меня со старшими мальчиками, остался бы наедине с ней и взял бы всю бурю на себя. Это всегда заканчивались тем, что она рыдала в его руках. Меня так раздражала эта ее эмоциональность и слабость, печально добавила она. Почему понимание приходит так поздно?

Бедный Баррич.

Я почувствовал ее усмешку.

И бедный Риддл, полагаю?

Он выдержит это. Как выдержал Баррич. И я тоже, Неттл. У нас с твоей мамой было несколько случаев, когда она носила Би. Это почти успокаивает меня: значит, в них я не очень виноват!

На самом деле ужасно виноват. С удивлением и наслаждением я понял, что она нежно поддразнивает меня.

Наверное, ты права, не стал спорить я. Я перестал думать о Молли прежде, чем печаль вновь охватила меня. Потом я снова подумал о Би. Сейчас не время убеждать Неттл, что я могу быть хорошим отцом, и что полон решимости сохранить Би рядом с собой, пока не станет ясно, что делать с воскресшим Фитцем Чивэлом Видящим. Но я буду постоянно помнить об этом.

Нам бы нужно собраться и обсудить все, что произошло.

Тишина показалась мне зловещей.

Мы уже обсудили. Мы не знали, почему ты не присоединился к нам. Лорд Чейд сказал, что это, вероятно, слишком большое потрясение для тебя. Он попросил нас дать тебе время сделать собственный выбор.

Меня никто не вызывал.

Мгновение испуганного молчания.

Меня тоже никто не вызывал. Ни Чейд, ни Дьютифул. Мы просто собрались в башне Верити рано утром и пытались понять, что делать дальше.

Так, я на мгновение задумался. Собрались все, не считая меня. В том же месте и в то же время. Кто там был?

Те, кого ты и ждал бы. Король и королева, лорд Чейд, леди Кетриккен, я. Леди Розмэри. Риддл, конечно.

Конечно? Последнее имя совершенно не показалось мне уместным.

И что вы решили?

О тебе? Ничего. Нам нужно еще многое обсудить. Твой случай сам по себе стоит целой встречи.

Так о чем шла речь?

Хотела бы я, чтобы ты был там. Подведение итогов не передаст все течения и потоки. Лорд Чейд пришел, считая, что имеет право упрекнуть королеву за ее стремительное действие, и что я могла бы как-то повлиять на нее. Королева Эллиана быстро освободила его от этих заблуждений, и я рада, что ее поддержали муж и Кетриккен. Леди Кетриккен заговорила о долгой службе Риддла Чейду, о тебе, о короне, и сказала, раз это в ее власти, то он теперь лорд Риддл Спраскип.

Никогда не слышал о месте под названием Спраскип.

Очевидно, оно есть на старых картах Горного Королевства, на их языке называется иначе. Теперь это давно заброшенное место. Богатства оно не принесет. Но горная королева сказала, что это не имеет значения. Теперь он владеет им. Скорее всего, это место принадлежало ее брату, и после его смерти опустело. Она заметила, что «лорд» — не совсем точный перевод с языка Горного королевства, но это тоже не имеет особого значения. Риддл полностью соответствует ему, он всегда готов пожертвовать собой ради других.

Я сел и молча обдумывал услышанное. Горечь смешалась со сладостью. Кетриккен была права. В горах правителей звали не королем или королевой, а Жертвенными. Служа свои людям, он должны быть готовы ко всему, даже к смерти ради своего народа. Разве Риддл не делал этого больше, чем кто-либо? И все же он считался слишком простолюдином, чтобы жениться на дочери линии Видящих, пусть даже незаконнорожденной. Ему отказывали много лет. И все решилось в одну ночь. Почему это заняло так много времени? Гнев прогрохотал во мне, как отдаленный гром. Ненужный гнев. Оставим это.