Робин Хобб – Город Драконов (страница 48)

Ее голос чуть дрогнул, и она потупилась.

Он поднял ее подбородок двумя пальцами.

– Не бойся. Я не проторгую Кельсингру. На этом берегу реки мы не нашли ничего, что заинтересовало бы торговцев, но я знаю, чего ты боишься: что как только они увидят город, то разграбят его полностью, оставив одни мостовые.

Она мрачно кивнула.

– Как это было сделано с первыми найденными нами городами Старших. Такое множество тайн могли быть разгаданы, если бы все оставили в одном месте! А сейчас артефакты Кассарика и Трехога разбросаны по всему миру, оказались в руках богатых семей и хитроумных торговцев. Но Кельсингра – настоящая Кельсингра на том берегу реки – дает нам еще один шанс понять, кем были Старшие, разгадать и, возможно, овладеть той магией, которую они так щедро использовали…

– Я понимаю, – мягко прервал он ее. – Я все понимаю, милая. Я знаю, как это для тебя важно, даже если кое-кто из юнцов этого не видят. Я сберегу ее для тебя.

Жужжанье недоуменных разговоров в зале Совета вернуло Лефтрина к настоящему. Шум не стихал, а только усиливался: зрители переговаривались с соседями, голоса все повышались, чтобы перекрыть нарастающий гам. Торговец Полск встала и криком потребовала порядка, однако никто на нее не обратил внимания. А потом внезапно зал погрузился в темноту: висячие световые шары погасли, и помещение стало освещаться только красным свечением каминов. Все потрясенно смолкли.

Из темноты прозвучал голос Малты Хупрус:

– Время молчать. Время слушать капитана Лефтрина, а не задавать друг другу вопросы, на которые мы ответить не можем. Давайте успокоимся и выслушаем его, как положено торговцам. Этот человек говорит о завершенном контракте, о выплате справедливого долга и о возможной угрозе не только драконам, но и всем жителям Дождевых чащоб. Заговор калсидийцев, приведенный в исполнение в центре Дождевых чащоб? Давайте выслушаем все, что он может сказать!

– Поддерживаю! – выкрикнула торговец Полск, как только Малта сделала паузу, и ей ответил хор одобрительных возгласов.

Какую бы восстанавливающую магию Малта ни применила к парящим шарам Старших, она оказалась действенной. Они постепенно разгорелись до теплого сияния, наполнившего зал теплым розоватым светом. Оказалось, что Малта оставила свое место и теперь стояла у стола Совета. В этой позе ее беременность стала хорошо заметной: растущий живот нарушал плавные изящные очертания ее тела. Лефтрину показалось, что она намеренно привлекла к себе внимание. Беременные женщины не были в Дождевых чащобах редким зрелищем, однако и обычным делом они тоже не были. Он знал, что многие смотрят на ее детородную способность с завистью. Она не мешала им смотреть на себя.

– Капитан Лефтрин! – Тон торговца Полск требовал, чтобы он сосредоточился на текущей проблеме. – Вы выдвинули серьезное обвинение. Вы можете предоставить нам какие-либо доказательства?

Он вздохнул.

– Не такие, которые бы удовлетворили Совет. Я могу пересказать слова хранителя Грефта и передать вам то, что Джесс Торкеф сказал Седрику Мельдару перед своей гибелью. Торкеф открыто заявил, что он отправился с нами в надежде убить драконов и продать части их тел, и он пытался убедить Седрика принять участие в исполнении его планов. Хранитель Грефт не менее открыто сказал нам, что Джесс Торкеф пытался его завербовать. Я позволю себе предположить: тот, кто нанял этого человека и определил его на борт моего корабля, мог знать о том, что охота для того, чтобы драконы были сыты, не была для него самой важной задачей. Еще до отплытия моей баржи я получил записку с угрозами – без подписи, но предписывающую мне делать все возможное, чтобы ему содействовать.

– У вас есть эта записка? – мгновенно поинтересовалась Полск.

– Нет. Она была уничтожена.

– А чем именно вам угрожали, капитан?

Этот вопрос задал молодой оранжевочешуйный торговец, сидевший за столом Совета. По его лицу скользнула легкая улыбка.

– Боюсь, что не помню вашего имени, купец, – заметил Лефтрин.

– Торговец Кандрал, – торговец Полск поспешила взять управление обсуждением в свои руки, – прошу вас не нарушать порядок проведения Совета, высказываясь вне очереди. У вас есть вопрос, который вы желали бы задать капитану Лефтрину?

Торговцу Кандралу явно не понравилось, что ему сделали замечание. Или, возможно, ему не понравилось то, что Лефтрину назвали его имя. Как бы то ни было, он откинулся на спинку своего кресла и нахально ответил:

– У меня действительно был вопрос, и я его задал. Чем именно угрожали нашему капитану? И если угрозу прислали до его отплытия, почему он не стал сообщать об этом до того, как отправиться в путь?

Торговец Полск прищурилась, но кивнула, разрешая Лефтрину отвечать. Глядя ей в лицо, он ответил:

– Это был шантаж. В записке содержалась угроза выдать некие личные сведения. Я не стал о ней сообщать, потому что решил, что сам справлюсь, а Совет требовал скорого отправления. Немедленного, если я правильно помню.

– Драконы были опасны! От них необходимо было избавиться! – Это заявил мужчина в плотной холщовой куртке и брюках, который встал, чтобы его лучше было слышно. – Нам с сыном пришлось спасать жизнь, убежать прямо в раскоп. А тот маленький зеленый дракон преследовал нас, сшибая подпорки. Он хотел получить наш ужин, хоть это был всего лишь хлеб с сыром в мешке. Он сожрал его вместе с мешком, а потом съел бы и моего парня, если бы мы не убежали, пока он жрал! Я хочу сказать, что если драконы ушли – так и хорошо. А если начнется разговор о том, чтобы их вернуть, то я и другие копатели бросим лопаты!

Он скрестил на груди мощные руки и обвел окружающих яростным взглядом.

– Прекратить выкрики!

Торговец Полск сурово одернула мужчину, который столь громко поведал свою историю. Тот сел, досадливо фыркнув, однако окружавшие его люди одобрительно кивали.

– Они кого-нибудь убили бы, если бы их не отманили отсюда. И вообще они с самого начала были неудачной сделкой, – добавил он не так громко, однако все равно заработал гневный взгляд от главы Совета.

Лефтрин воспользовался настроением, преобладавшим в зале.

– Сегодня, уважаемый Совет и торговцы, я явился сюда просто для того, чтобы получить нашу законную плату. Драконы устроены: я никогда не приведу их обратно. Так что выдайте нам наши деньги: мне, моей команде, хранителям и охотникам. У меня есть подписанные ими доверенности, по которым мне следует получить за них наличность. Некоторые хотели, чтобы часть денег была отправлена их родственникам, одна хранительница распорядилась, чтобы все ее деньги ушли к ее родным, а остальные поручили мне забрать все их деньги.

– Докажите! – решительно потребовал торговец Кандрал.

Член Совета в темно-зеленом энергично кивнула, поддерживая его.

Мгновение Лефтрин молча смотрел на них. Затем он снова снял сумку с плеча и медленно ее открыл. Доставая оттуда свернутый в рулон документ, он негромко заметил:

– Некоторые оскорбились бы той формой, в которой было высказано это пожелание. Еще кто-то мог бы потребовать удовлетворения от щенка, который так оскорбил его честь. Однако… – он шагнул вперед, чтобы положить доверенности на стол, и посмотрел на торговца Кандрала в упор, – я, пожалуй, приму во внимание источник. – Он не стал дожидаться ответа мужчины, продолжив, словно реакция того не имела никакого значения, и развернул бумагу перед торговцем Полск. – Здесь все подписались – все охотники, хранители и матросы, а также Элис и Седрик. Все, кроме Варкена. Он утонул. Я привез с собой его контракт. Думаю, его деньги должны отойти его родным. Он отзывался о них тепло. Грефт мало говорил о своих родственниках, и я не знаю, были ли у него близкие. Можете оставить его деньги себе, если сочтете это справедливым. Что до денег Джесса Торкефа, поступайте с ними, как пожелаете. Это – грязные деньги, и лично я к ним не притронулся бы.

Кандрал вжался в спинку своего кресла.

– Если все эти хранители выжили, почему здесь нет никого из них? Откуда мы знаем, что они не умерли, а вы не явились просто присвоить их деньги?

Это мерзкое обвинение заставило Лефтрина побагроветь. Он набрал в грудь побольше воздуха.

– Торговец Кандрал, вас Совет говорить не уполномочивал. Капитан Лефтрин! – Торговец Полск говорила отрывисто, – прошу вас отойти от стола. Совет рассмотрит эти документы. У нас никогда не было к вам никаких претензий. И мы желаем обсудить ваше предположение о том, что в найме охотника Торкефа было нечто неподобающее.

Она бросила на торговца Кандрала оценивающий взгляд.

Лефтрин с места не сдвинулся, а только перевел взгляд с торговца Кандрала на Полск.

– Я проигнорирую это оскорбление. На этот раз. Но пока Совет будет искать нарушения, ему следует вспомнить, что лжецы часто с подозрением относятся к честным людям. Я даже отвечу на этот вопрос. Хранители решили остаться со своими драконами. Два хранителя погибли, и, наверное, будь я тем человеком, который готов наживаться на мертвых, я сказал бы вам, что все живы, и тогда забрал бы и их деньги. А теперь я отойду, как только получу плату за мои услуги, за мой корабль и мою команду. Как было договорено и подписано всем Советом.

– Думаю, что никто из нас против этого возражать не станет, – Полск бросила предостерегающий взгляд на Кандрала, который уже открыл было рот, собираясь заговорить, и заставив его поспешно сжать губы.