Робин Доналд – Любовники поневоле (страница 5)
Мэри недоверчиво приподняла бровь.
Торопясь, Сейбл пояснила:
– Он на несколько лет младше меня, и – боже мой! – я чувствую себя совсем древней, когда нахожусь рядом с ним. Мы даже ни разу не целовались!
– Но почему же ты тогда въехала в его квартиру?
Сейбл даже и не помышляла о таком переезде, но однажды в выходной день, когда Сейбл не было дома, ее сосед устроил дебош, от которого чуть не рухнул весь дом.
Выслушав короткое объяснение Сейбл, Мэри присвистнула:
– Договор аренды был заключен на твое имя?
– Да.
Сейбл не удивило то, что ее, вместе с испуганным соседом, тут же попросили освободить помещение, но она была потрясена, когда узнала, что хозяйка дома – пожилая вдова – предъявила ей кругленький счет, грозя подать в суд. Сейбл совсем не хотела оставаться с запятнанной репутацией. «Уже и так достаточно запятнанной», – мрачно подумала она. Возмещение ущерба опустошило ее банковский счет.
Решительно изменив тему разговора, Сейбл сказала:
– А что касается Кейна, то с ним я чувствую себя не очень комфортно. – Усмехнувшись, она добавила: – Честно говоря, он просто подавляет меня.
– Тогда, должно быть, ты единственная женщина в Новой Зеландии, которая
– Я совсем не хотела быть резкой…
Мэри рассмеялась:
– А ты и не была. Просто я вмешалась не в свои дела. Я знаю Кейна с детства, и уже тогда он был самодостаточным человеком. Ему только исполнилось двенадцать лет, когда погибли его родители, а в восемнадцать он взял в свои руки семейный бизнес, который к тому времени пошел на спад. И Кейну пришлось очень быстро повзрослеть.
– У них с Брентом совсем мало общего.
– Ничего, кроме мозгов и генов, – вздохнула Мэри. – Я очень, очень хотела добраться до девушки, которая была у Брента в прошлом году. У нее была красивая фигура, хорошенькое личико, но если бы она только попалась мне! И Брент, наверное, не стал бы возражать… – язвительно добавила старая леди. – А Кейн… О, Кейн увлекается искушенными и изысканными женщинами.
– И с кем же он сейчас живет? – Этот вопрос Сейбл постаралась задать как можно более равнодушно.
– Ни с кем. – Мэри удивленно взглянула на нее. – Несмотря на то что он на десять лет старше своего кузена, у него гораздо меньше женщин, чем у Брента. У братьев совершенно разное отношение к слабому полу. Брент меняет женщин, словно перчатки, а Кейн старательно выбирает себе подругу, как костюм от хорошего дизайнера.
«Но он явно знает о женщинах больше, чем Брент», – подумала Сейбл.
Она заставила себя не задавать больше вопросов. С какой стати? Ведь ее совершенно не интересовала личная жизнь Кейна Джерарда!
Сейбл сменила тему разговора, но позже, уже вечером, задумалась о том, почему Мэри заговорила с ней о Кейне Джерарде.
Ведь не могла же старая леди распознать в ней то мощное, всепоглощающее физическое влечение, которое он в ней вызывал? Возможно, Мэри проницательный человек, и одной из причин ее успеха в мире моды являлась ее инстинктивная способность понимать других людей?
Поморщившись, Сейбл решила выкинуть Кейна Джерарда из головы.
В конце недели Сейбл задумалась о том, что ей надеть в день открытия аукциона.
Мысленно перебрав все свои наряды, Сейбл натянула на себя черные брюки, купленные в магазине секонд-хенда, специализирующемся на дизайнерской одежде. Эти брюки были супермодными два года назад, но классический покрой давал возможность надеть их и сейчас, тем более брюки прекрасно на ней сидели.
«Никаких новых нарядов, пока я не выплачу долг своей хозяйке!» – решительно сказала себе Сейбл, надевая красную блузку без воротника, плотно обтягивавшую грудь. Крошечные серебристые пуговицы тянулись от выреза до талии. Коралловая сумочка и туфли на высоких каблуках были такого же цвета, как блузка и губная помада.
«Не слишком ли много красного?» – подумала Сейбл, глядя на себя в зеркало.
Потом пожала плечами. Почему это ее волнует? Находясь на службе, она, конечно, не должна выглядеть вызывающе, но в то же время не должна оставаться в тени.
Поппи и ее мать проверяли готовность зала к выставке, когда появилась Сейбл. Поппи бросилась к ней.
– Ты выглядишь потрясающе! – выдохнула девушка, окидывая Сейбл восхищенным взглядом. – Мне очень-очень нравится, когда ты зачесываешь волосы наверх. И как тебе удается сделать их такими блестящими и шелковистыми?
– Силой воли, – улыбнулась Сейбл. – У тебя тоже красивое платье. И такое милое ожерелье.
Поппи скорчила рожицу:
– Спасибо. Но я отдала бы все, чтобы выглядеть так же классно, как ты!
Подошла мать Поппи и, окинув Сейбл оценивающим взглядом, одобрительно кивнула:
– Кажется, у нас все готово. Да, Марк боится, что художники могут перебрать лишнего и начать выяснять отношения. Помните ссору, которая произошла в прошлом году?
Сейбл пожала плечами:
– Я буду настороже, но не мешало бы присутствовать и еще кому-нибудь, кто сможет вмешаться в спор, грозящий перерасти в потасовку. Если вы сможете сделать это, буду вам очень благодарна. Попытаюсь найти еще человека, который будет играть роль покупателя. Обычно это останавливает пылких спорщиков. Вот увидите, все обойдется.
Так оно и было. Все посетители вели себя пристойно, хотя между художниками и потенциальными покупателями время от времени и разгорались жаркие дискуссии.
– Узнала что-нибудь новое? – услышала позади себя Сейбл глубокий низкий голос.
Легкая дрожь прошла по ее спине. Сделав глубокий вдох, она повернулась и увидела потемневший взгляд Кейна Джерарда. В черном вечернем костюме и белой сорочке с бабочкой он выглядел просто великолепно.
Пытаясь справиться с бешеным стуком сердца, Сейбл холодно произнесла:
– К своему удивлению, да.
– А почему тебя зовут Сейбл?[1] – И когда она удивленно взглянула на него, Кейн мягко добавил: – Такое необычное имя.
– Когда я родилась, у меня были черные волосы – такие же густые, как брови отца. И он решил назвать меня Сейбл. – Увидев, что в руках у Кейна нет бокала, она воспользовалась возможностью собраться с силами. – Позвольте вам предложить что-нибудь выпить и перекусить.
Кейн оглядел зал, и через секунду возле них возник официант с бутылкой шампанского, следом за ним уже шел другой – с подносом, уставленным закусками.
– Спасибо, – сказал он. – А ты выпьешь со мной?
Сейбл редко употребляла спиртное: алкоголизм отца заставлял ее остерегаться выпивки. Улыбнувшись, она кивнула официанту:
– Спасибо, нет.
Но человек, прежде чем уйти, взглянул на Кейна, ожидая его кивка. Изумившись, Сейбл поняла, что любой хороший официант всегда определит, кто здесь главный.
А Кейн определенно был самой важной персоной.
– Как хорошо, что вы пришли, – с натянутой улыбкой продолжила светский разговор Сейбл. – Вы говорили с Марком – Марком Расселлом?
– Я пришел поговорить с тобой.
Потрясенная, она взглянула на него. Хотя улыбка играла на его красиво очерченных губах, серые глаза были непроницаемыми.
– Зачем? – тупо спросила Сейбл.
– Ты хочешь, чтобы я тебе объяснил? – тихо спросил Кейн, прищурив глаза. Ее тело охватил жар, когда он добавил: – Только не здесь. Как долго тебе еще работать?
– Я не могу уйти… пока все не уйдут, – сказала она.
– Думаю, сейчас мы все устроим.
Он взял ее за локоть, и Сейбл обнаружила, что ее ведут через зал к Марку Расселлу, беседовавшему с какой-то художницей.
– Поблагодарим его и попрощаемся. – Голос Кейна был непреклонным, но при этом он как-то загадочно улыбнулся. – Не бойся, у меня прекрасные манеры, – добавил он невозмутимо.
– Неужели? – У нее еще хватило сил возразить ему. – Тащить женщину за руку – это не очень вежливо. Такого я не читала ни в одной книге по этикету.
– Иногда грубая сила является единственным средством получить то, что ты желаешь, – просто сказал Кейн и кивнул Марку Расселлу.
Марк уже увидел, что Сейбл с каким-то мужчиной идет к нему, и улыбка его стала шире, когда он узнал Кейна. То, что затем последовало, иначе как комедией Сейбл не назвала бы, но она не знала всей своей роли.
– Привет, Марк, – непринужденно сказал Кейн. – Я хочу украсть у тебя Сейбл.
Именно это он имел в виду, когда говорил о «грубой силе»?