Роберт Янг – Анабасис во времени (страница 18)

- Узри печать Сулеймана Ибн-Дауда, марид!

- Врешь! - воскликнул джинн по-арабски. - Печать давно утеряна. Ты не можешь обладать даже копией.

Дуньязада бесстрашно взглянула на монстра.

- Сними кувшин и поставь на пол.

К вящему изумлению Биллингса марид повиновался. Глаза-фонари замерцали, словно кто-то перекрыл газовый вентиль, однако они по-прежнему были устремлены на кольцо.

- Теперь прими свое истинное обличье и полезай в сосуд, чтобы я могла закупорить его свинцом с печатью Сулеймана.

Марид рухнул на колени и умоляюще сложил руки.

- Прошу, госпожа, пощади. Я добрый джинн и во время Великой Битвы сражался на стороне Сулеймана.

- Врешь, - отрезала дочь визиря.

- Это правда, клянусь! Когда поверженных отступников заключили в медные кувшины и бросили в море Эль-Кар-кар, сам Сулейман сказал мне: «Ид-Димирьят, ты свободен. Забирай добрых джиннов и отправляйся с ними на родину».

- Все равно не верю. Полезай в кувшин.

- Нет! - взмолился Ид-Димирьят. - Заклинаю, госпожа, пощади! Я сделаю все, что пожелаешь! Одарю несметными богатствами! Построю медный дворец! Исполню три желания! Буду твоим рабом до скончания дней!

Дуньязада была непоколебима.

— Полезай в кувшин, презренное создание! Живо!

- Но ты расплавишь меня раскаленным свинцом!

— Как можно расплавить того, кто состоит из огня? Делай, как велят!

Марид ни на секунду не отводил взгляда от кольца. Постепенно глаза-фонари потухли. Огромный торс превратился в дым. (Конечно, дымом это можно назвать с натяжкой, но другого слова на ум не пришло. Определенно, джинн состоял не из песка, как изначально думал Биллингс, и уж тем более не из пыли.) Вскоре та же участь постигла исполинские руки, ноги-колонны и похожие на краеугольные камни стопы. Последним настал черед куполообразной головы. Столп дыма закружился, загудел, наполнив ротонду сильным запахом гари.

Струйка дыма становилась все тоньше; она вытягивалась, пока не достигла потолка. Затем струйка медленно потекла в кувшин. Когда последние клубы рассеялись, Дуньязада взяла у Али-Бабы тигель и ложкой принялась заливать в горловину расплавленный свинец. Понадобилось всего три ложки, чтобы закупорить узкий сосуд. Едва припой затвердел, дочь визиря поднялась на цыпочки и приложила кольцо с печатью к импровизированной пробке.

- Готово!

- Скажи, эмир Билл, разве она не чудо? Разве не самая удивительная дева на свете?

- Ага, - выдавил Биллингс.

Приблизившись, Дуньязада отдала Али-Бабе тигель и ложку.

- Путь свободен, Билл.

- Дунни, эта башня кишмя кишит джиннами. Пока я спускался сюда, они прятались в кувшинах, но теперь наверняка выбрались и поджидают нас.

- Никуда они не выбрались и не выберутся, потому что я встала Али на плечи и закупорила сосуды свинцом с печатью Сулеймана. Двое ифритов пытались напасть на нас, пришлось сперва загнать их в кувшины. Не волнуйся, джинны нас более не побеспокоят. Как были они одеты и ели как! А ныне их поедает в могиле червь.

Биллингс не верил своим ушам. Теперь понятно, почему Ид-Димирьят так испугался.

- Дунни, покажи кольцо.

Она покорно протянула руку; Биллингс взял ее и поднес поближе к глазам. Печать и впрямь оказалась сплавом железа и меди, точнее, железной оправой с медной сердцевиной. На поверхности оттиском шли крохотные арабские буквы. Хотя нет, буквы явно отливали из железа, а после вплавили в медь. Наверное, надпись означала заклинания Сулеймана против добрых и злых джиннов, но Биллингс плохо владел арабским, вдобавок, надпись была слишком мелкой, не разобрать.

Куда больше его заинтересовала геометрическая фигура, в которую складывались слова. Выпустив руку, Биллингс попросил Дуньязаду сжать пальцы в кулак, чтобы получше рассмотреть печать. Отойдя на пару шагов, он снова взглянул на кольцо. Фигура никуда не исчезла и представляла собой два перекрещивающихся равносторонних треугольника. Дуньязада говорила, что печать - копия, и очевидно, скопировали ее с предшественницы Звезды Давида.

Биллингс вдруг почувствовал на себе, каким мощным гипнотическим эффектом обладает кольцо. Однако джиннов печать не просто завораживала, она заставляла их дрожать от страха — Ид-Димирьят тому наглядный пример. Тем не менее, секрет ошеломительно воздействия крылся не столько в перекрещивающихся треугольниках, сколько в железе. Дуньязада как-то обмолвилась, что джинны боятся железа как огня; по-видимому, так и есть, иначе бы они не пасовали перед хлипкой пробкой с оттиском железной печати.

Теперь понятно, почему джинны не осмелились напасть на Дуньязаду с Али, пока те сидели в тобогане. Хотя в конструкции преобладали легкие металлы, она во многом состояла из стальных частей.

Другое дело морозитель, выполненный из новейшего сплава алюминия. Вот почему Ид-Димирьят проглотил его одним махом.

Невероятно - какой-то древний царь ухитрился отыскать ахиллесову пяту джиннов, когда те пытались завоевать Землю. Наверняка кольцо существует в нескольких экземплярах, хотя Дунни с Ид-Димирьятом говорили о нем в единственном числе. Но Дуньязада черпала свои познания из сказок, а марид мог и забыть.

Ведь с тех пор прошло множество веков.

Получается, Ид-Димирьязу несколько тысяч лет? Нет, такого быть не может. Скорее всего, он соврал насчет возраста и участия в Великой Битве. Поразмыслив, Биллингс повернулся к спутнице.

- Думаешь, Ид-Димирьят и впрямь сражался в Битве?

Дуньязада лишь сейчас заметила, как сильно он хромает.

- Билл, твоя лодыжка!

- Ерунда. Ты не ответила на вопрос.

— Все джинны сражались в Великой Битве.

- Но ведь это было тысячи лет назад.

— По-видимому, джинны способны жить вечно.

Биллингс не исключал такую возможность, но предпочел списать долголетие джиннов на короткий срок, отпущенный человеку.

— А откуда такая уверенность, что Ид-Димирьят плохой джинн?

- Ниоткуда. Он напал на тебя, Билл, этого было достаточно.

- В кувшине ему самое место, - согласился Биллингс. -Жаль ты не спросила, как нам попасть за Занавес.

- Он прекрасно слышит и через кувшин. Не переживай, я сумею развязать ему язык. - Дуньязада с интересом взглянула на испещренный экранами монитор. - Билл, для чего эти окошки?

- Идем, покажу. Али, давай к нам. Вещи оставь пока на полу.

Биллингс взобрался на панель и помог подняться своим спутникам.

- Теперь видите?

— Какие крохотные человечки! - воскликнула Дуньязя-да. - Они настоящие? Но почему они такие маленькие?

Он попытался объяснить, что это всего лишь изображения, транслируемые на экран, в действительности же и люди, и комнаты, где их содержат, вполне обычного размера -но не преуспел. Пришлось сказать, что джинны заколдовали монитор, поэтому все на нем смотрится крохотным.

-Для чего эти проводки на голове? — спросил Али-Баба.

-Люди, запертые в окошках, величайшие умы человечества. Они размышляют, и их мысли передаются по проводам в огромную коробку, на которой мы сейчас стоим. Когда джиннам хотелось что-то выяснить, они поручали это пленникам, когда не знали ответа на вопрос, спрашивали у них. Наш долг - немедленно, сию же минуту, освободить несчастных гениев и прочих узников.

- Билл, - оживилась Дуньязада, - прежде, чем выпустить их на волю, пусть расскажут, как миновать Занавес. Они явно умнее Ид-Димирьята и в благодарность за нашу доброту не станут нас обманывать, в отличие от презренного марида.

И почему он сам до этого не додумался?!

Одна проблема - как задать вопрос, не имея на то технической возможности?

Но может, ее удастся отыскать?

XIV. Церебралитики

- Достаточно лишь разбить окошки, тогда пленники выберутся наружу и возвратят себе человеческий облик, - с энтузиазмом объявил Али-Баба. - Правда ведь, эмир Билл?

Ага, конечно, подумал Биллингс, но вслух сказал:

- Главное - наладить с ними контакт. Вопрос, как.

- Может, если крикнуть громче, нас услышат? - предложил Али-Баба.

- А вдруг комнаты очень далеко, - вмешалась Дуньязада. - Это нам кажется, что они близко, а на самом деле, кто знает.

- Но ведь они действительно рядом!