Роберт Вегнер – Каждая мертвая мечта (страница 64)
Они выходили шестерками, словно их выплевывал мрак, притаившийся под кронами деревьев. Мощные, черные как ночь, почти голые, если не считать набедренных повязок. В руках держали оружие, похожее на косы на коротких древках, с дополнительным крючковидным отростком в нижней части клинка.
Уавари Нахс. Дважды за эту ночь Кайлеан видела, как они сражаются: раз с тяжелой пехотой, раз с кавалерией. Проходили сквозь строй врага, словно жнецы сквозь зрелое поле, их косы резали щиты, броню и тела, на ее глазах один из черных воинов широким ударом разрубил напополам коня, отделяя зад животного сразу за седлом. Разве что тогда они носили кожаный нагрудник и шлемы.
– Пойдут голыми? Так можно и пострадать.
– Тихо, девушка. Смотри. И учись.
Появилась группа носильщиков, которые на длинных шестах держали стеганые панцири и кувшины с водой. Воины без лишнего слова принялись надевать толстые штаны и кафтаны, что опускались ниже колена, с длинными рукавами, окручивали головы ярдами материи, оставляя только щели для глаз. Все одежды обильно поливались водой. Некоторые еще и взяли тяжелые, обтянутые мокрой тканью щиты.
– Кха-дар, они в курсе, что делать?
– Они уже сражались с колдунами Дальнего Юга. Здесь, рядом с Оком, доминируют аспекты огня. В этом есть и сильные, и слабые стороны. И… погоди. Сама спросишь.
Один из воинов подошел к ним, хлюпая и оставляя на сожженной земле мокрые следы. Проклятие, вот же он огромный: Кайлеан на коне была едва-едва выше его.
– Сперва пойдем потихоньку, девушка, – Уавари Нахс открыл лицо и обратился к ней на меекхе, хотя его имперский был жестким и шершавым, – потому что в этом долго не побежишь. На какое расстояние они мечут чары?
Она взглянула на Ласкольника, приподняв брови.
– Я сказал им, что ты и Даг командуете.
– Ну да. Видишь те стволы? – Она указала на обугленные обрубки примерно в половине пути до шанцев. – Вот уже час они не бросали чары дальше, чем до этого места.
– Могут притворяться?
– А ты бы притворялся?
На черном лице расцвела жемчужная улыбка. Ну да. Война – танец уверток.
Она вспомнила начало сражения. Сила тогда собиралась быстро, за один-два удара сердца, а ее ленты мгновенно истончались в нити. Само пламя было высоким и широким, а стены огня даже пытались гнаться за убегающей конницей. Теперь между сгущением аспектированных огнем чар и вспышкой пламени проходило несколько минут, а сам процесс инициации огня шел втрое дольше. Несколько раз даже не достиг результата.
– Не притворяются, – заявила она решительно. – Но…
– Раненая гиена в норе опасней чем
– Ну, примерно так, чем бы оно ни было. До тех стволов можешь идти медленно, но потом я советую бежать. Мы станцуем с ними, отвлечем внимание, может, подергаем их чуть подольше. Но остальное будет в ваших руках – и в ногах тоже.
Она повернулась к Ласкольнику.
– Стрелы бы пригодились, кха-дар.
Командир молча потянулся к колчану и подал ей горсть стрел. Всадники, его сопровождавшие, поделились тоже. Теперь у ее отряда было по дюжине выстрелов на лук. Должно хватить.
Она повернулась к черному воину.
– Когда они захотят ударить по нам чарами, я подам такой знак. – Она подняла руку с луком. – Тогда у вас останется удар сердца, чтобы сделать то, что вы в тот момент делаете. Они устали, а потому думаю, что подпустят вас как можно ближе и в последний момент используют все, что у них будет.
Уавари Нахс кивнул – на этот раз без улыбки.
– Хорошо. Мы будем смотреть. Ударим по центру, потом вы следите, чтобы никто не убежал в лес.
Она пожала плечами.
– Не учи меня сидеть на коне.
Он только скривился и молча пошел к своим. Влажный след тянулся за ним, словно слизь за большим слизняком.
– Все целы, кха-дар?
Ласкольник подкрутил усы.
– Лея получила стрелу, но кольчуга выдержала, только ребра побиты. Йанне позволил зацепить себя по ноге. Ничего серьезного, если не будет заражения. Но с Сарденом худо.
Девушка почувствовала укол беспокойства. Кошкодур?
– Что с ним?
Кха-дар улыбнулся одними глазами.
– Какое-то дерево стянуло его с седла. Приземлился в колючем кустарнике. Когда я его видел, он выглядел так, словно провел бой с дюжиной котов. Его гордость…
Она прервала его взмахом руки.
– Не пугай меня так, кха-дар.
– Переживаешь за него?
– Не за него. Но Лея выцарапала бы себе глаза от жалости. Ну ладно! – Кайлеан обвела своих людей взглядом. – Готовимся!
Воин, стоящий впереди Уавари Нахс, поднял оружие. Махнул. Они двинулись.
Кайлеан смотрела, как маршируют: молча, ровно, левая, правая, левая, правая. Тяжелые мокрые панцири и щиты, казалось, не сдерживали их движений, за миг, к ее удивлению, они пошли трусцой, а ведущий выбросил вверх руку с косой и крикнул:
– Аву!
Сто воинов рявкнули в ответ:
– Ува!
– Аву!!
– Ува!!
– Аву! Аву!! Аву!!!
– Ува! Ува! Ауагери ува!!!
Прошли уже первые сто ярдов, все – трусцой, и тогда лес по противоположной стороне поляны выплюнул группу всадников. Ну ладно, работа не ждет.
– Вперед!
Они двинулись галопом, поравнялись с пешими. До укреплений, что упорно хранили тишину, было ярдов четыреста.
Отряд Кайлеан опередил черную пехоту и сместился влево. Атакуют с трех сторон: они и всадники Дагены – с флангов, пехота – по центру. Коротким свистом она приказала разомкнуть строй. Среди обороняющихся были лучники, несколько раз во время атаки стрелы свистели мимо ее уха. Ее всадники перешли в галоп, поднимая с земли клубы пепла. Триста ярдов.
Двести пятьдесят.
Двести.
Они рванули галопом, помчав вдоль укреплений. Тишина. Никакого следа чар, никаких стрел, пущенных в качестве приветствия. Она жестом приказала еще сильнее разомкнуть строй. Прицелилась.
По ее знаку с десяток стрел полетело в сторону земляного вала. Потом ее люди моментально отскочили, развернувшись почти на месте, ожидая ответа.
Ничего.
Она взглянула на Уавари Нахс. Пехотинцы приближались к обугленным стволам, которые она указала их командиру. Все еще бежали трусцой, ритмично покрикивая и все сильнее смыкая строй.
Отряд Кайлеан послал в сторону укреплений еще один залп и еще один, идя галопом туда-обратно и высматривая реакцию.
Ничего. Никакого движения, блеска железа, стрелы.
Пехота пересекла линию в двести ярдов.
Проклятие! Проклятие! Проклятие!!!
– Атакуем! – крикнула она, разворачивая Торина в сторону укреплений.
Нельзя было позволить магам ни мига концентрации, того, чтобы они наложили последнее, усиленное отчаянием и ужасом заклинание.