Роберт Уилсон – Звездная жатва (страница 78)
— Полковник, было бы неплохо получить подтверждение, — сказал Мэтт.
— Мистер Коммонер предложил найти замену нашему приемнику. Не сомневаюсь, что он быстро с этим справится. А пока давайте без лишней паранойи, хорошо?
— Стоянка для грузовиков — не лучшее место для длительной остановки, — подняв руку, заметила Эбби.
— Согласен. Завтра утром нужно осмотреть ближайшую ферму к югу отсюда. Там наверняка будет удобнее.
Тайлер обратил внимание, что мальчик Уильям вдруг обеспокоился, но не понял почему.
— Может, лучше все же двигаться дальше? — опять Уилер. — Если погода совсем испортится, найдем убежище.
Недоверчивый сукин сын отказывался отступать.
— После того, что случилось с Бьюкененом, — ответил Тайлер, — вряд ли стоит рисковать. Есть и другая проблема. Один решил сегодня покинуть нашу компанию. Ваш близкий друг, доктор Уилер. Учитывая это, возможно, нам стоит задержаться здесь и дать мистеру Киндлу возможность передумать. Если он захочет вернуться, то, по крайней мере, будет знать, где нас искать.
Это замечание зацепило Эбби Кушман и заставило ее поколебаться. Она сложила руки на коленях.
— Кто за то, чтобы остаться, поднимите руки, — попросил Тайлер.
Решение было принято подавляющим большинством голосов.
Глава 31. Ночные огни
Они вышли из ресторана, молчаливые и подавленные. Вдруг Тим Беланже ткнул пальцем в небо:
— Эй, смотрите!
Тайлер поднял голову.
— Артефакт, — произнес он и спокойно посмотрел на часы. — Пора бы ему уже появиться.
«Хоть в чем-то придурок прав, — подумал Мэтт. — Уродливая инопланетная луна порядком задерживается».
Она пропала.
— Боже милостивый, — прошептала Эбби, — что же теперь будет?
В небе остались только яркие звезды. Первого Артефакта не было, а второй еще стоял на южном горизонте.
Земля снова осталась одна. Мэтт так сильно и так долго этого желал, даже не думая, что желание может исполниться. Он считал, что чересчур раскатал губу.
Однако вот оно, пустое вайомингское небо.
«Слишком поздно», — с грустью подумал он. Если они улетели, значит их работа здесь закончена.
Другой, так называемый человеческий Артефакт в свете звезд казался холодным и беспощадным. По размеру и внешнему виду этот объект никак не напоминал творение рук человеческих, и не важно, кому он принадлежал и что происходило внутри.
— Инопланетяне улетели? — спросила Эбби.
— А что им еще здесь делать? — ответил Мэтт шепотом. — У нас теперь есть свои.
Это было не поддающееся трактовке знамение, непонятный сигнал. Все отправились спать. Хватит удивительного на сегодня.
И все уснули в вайомингской мгле, холодной, весенней…
Кроме одной старой женщины и одного мальчика без возраста.
— Уильям?
— Что?
Его большие глаза были яркими, как две луны.
— Ты когда-нибудь спишь?
— Иногда, — улыбнулся он.
Электронный будильник Мириам высвечивал в темноте цифры. 3:43. 3:44. У нее снова разболелся живот.
— Странники улетели?
— Да.
— Но ты остался.
— Мы все остались.
Он имел в виду человечество. То, что он называл полисом; мир, сокрытый в пузыре на горизонте — Доме.
— Уильям?
— Что?
— Я показывала тебе свои дневники?
— Нет.
— Хочешь посмотреть?
— Конечно, Мириам. С удовольствием.
Его улыбку было невозможно разгадать.
Она вылезла из постели и сняла с полки толстые альбомы, полные вырезок из «Бьюкенен обсервер». В зимнюю бурю они промокли; страницы слиплись и измялись. Но почти все вырезки остались целы.
Уильям сел на раскладушку и принялся листать альбомы. Мириам считала, что в них заключена причудливая история. Она помнила, как поначалу Артефакт всех напугал — загадочный, устрашающий посланец из другого мира. Теперь, хотя не прошло еще и двух лет, посланиями из другого мира казались ее вырезки.
«Вселенная, — подумала Мириам, — оказалась более диковинным местом, чем мы могли предположить».
— В них вложено много труда, — заметил Уильям.
— Да. Мне казалось, что это важно.
— Казалось? А теперь?
Мириам отчаянно защищала свои дневники. Но чем они на самом деле были? Той ночью казалось, что лишь бумагой и чернилами.
— Теперь… нет.
Уильям внимательно пролистал все альбомы и отложил их.
Мириам собралась с духом, чтобы задать последний, самый важный вопрос; тот, который она откладывала и не отваживалась задать.
«Дай мне силу, — повторяла она про себя. — Тебе виднее как. Дай мне силу».
— Уильям… мне уже поздно поменять решение?
Она с дрожью ждала ответа. Закрыла глаза, крепко зажмурилась.
— Нет, Мириам, — ласково ответил мальчик. — Не поздно. Пока не поздно.
Он целомудренно поцеловал ее в губы.
По его словам, неоциты должны были быстро проделать свою работу внутри нее.
Незадолго до рассвета, когда Мириам наконец уснула, мальчик выбрался из фургона на холодную улицу.
В небе плыл тонкий месяц. Дыхание Уильяма вырывалось изо рта морозными перьями; асфальт на стоянке покрылся изморозью и сверкал в слабом звездном сиянии.