Роберт Уилсон – Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (страница 558)
— Именно, — подтвердила она. — Проблема. Скажите мне, Струан, как вы смотрите на то, чтобы помочь нам эту проблему решить?
В глазах Струана Лоя снова завертелись шестеренки.
— Может, лучше зайти сзади?
— А как зайти сзади?
— Может, там есть проход.
Мин Харпер и Луиза Гай сидели в машине у дома Хо. Едва они припарковались на единственном свободном месте у тротуара, как появилась еще одна машина, сбавила ход, проехала мимо и остановилась в глубине улицы. Оба молча наблюдали, как из машины вышел человек.
Они находились в Балеме, в двух шагах от железнодорожной ветки. Поездка в Брикстон за Струаном Лоем оказалась пустой тратой времени: Лой либо не ночевал сегодня дома, либо умер во сне. Как и все остальные слабаки, Лой жил один. Эта закономерность показалась Мину Харперу поразительной; он удивился, почему раньше никогда не обращал на нее внимания. Он понятия не имел, жил Лой в одиночку по собственному желанию или же волей обстоятельств: развод, разрыв-разъезд или еще что. Такая плохая осведомленность о личной жизни коллег представлялась ему просчетом, и он хотел обсудить это обстоятельство с Луизой, но она была за рулем. Принимая во внимание количество употребленного ими спиртного, лучше было не отвлекать ее от дороги. Если уж на то пошло, то у них сейчас есть темы для разговоров поважнее, но их лучше обсудить потом. Сейчас ни с того ни с сего их отправили на оперативное задание. Как это произошло?
— Ну что…
Человек, за которым они наблюдали, скрылся из виду.
— Ладно. Давай попробуем.
Пересекая дорогу, Мин почувствовал, как пола пиджака тяжело постукивает в бедро. Пресс-папье. В кармане до сих пор лежало пресс-папье, которым он вооружился, готовясь отразить атаку неизвестного, оказавшегося Джедом Моди. Не вынимая орудия из кармана, большим пальцем он потер гладкую поверхность. Воспользоваться пресс-папье так и не пришлось. Нужды не было. Оба кувырком слетели по лестнице, но на ноги поднялся лишь Мин. Этот факт, наверное, подлежит занесению в какой-то гроссбух, в колонку напротив той, где записано, как он однажды вышел из вагона метро, оставив позади компакт-диск, и как вслед за диском его служебные перспективы со свистом унеслись в черную дыру туннеля.
Джеда Моди он не любил, однако было не особо приятно ощущать себя непосредственно причастным к его смерти. Наверное, он еще не до конца разобрался в своих чувствах по этому поводу. С того момента все завертелось так быстро, что не было времени как следует все обдумать.
Потом разберемся, решил он. На этой мантре можно долго-долго плыть по течению. «Потом разберемся».
— Как думаешь?
— Можно попробовать.
На задах они обнаружили узкую немощеную тропку между двумя рядами заборов. Тропка была неосвещенная и заросшая кустарником с обеих сторон, а фонаря у них при себе не было. До дома Хо нужно было пробраться всего мимо трех других. Луиза пошла вперед. Ветки кустов были мокрые и все в паутине. Под ногами хлюпала грязь. Они шли так близко друг за другом, что, если бы один из них поскользнулся, навернулись бы оба. В любой другой ситуации это было бы уморительно.
— Этот?
— По-моему, да.
На верхнем этаже горел свет. Похоже, у Хо там зимний сад. Они полезли через хлипкий деревянный заборчик; как только Мин спрыгнул в мощенный плиткой садик, вслед ему прогремел сухой треск проломившейся штакетины, словно выстрел. Он замер, ожидая, что сработает сигнализация или завоет сирена, но звук просто растворился в темноте. Шторы не дрогнули, не раздались встревоженные голоса. Рядом на землю спрыгнула Луиза Гай.
Они подождали еще немного. Мин опустил руку в карман и снова провел большим пальцем по гладкой поверхности пресс-папье. Затем двинулись к двери, ведущей из сада в дом.
Когда они подошли ближе, Мину послышалось, будто играет музыка.
С верхнего этажа доносилась музыка, а ночной воздух над домом подсвечивался через окно в крыше. А время-то — пятый час, что ли? Даже стоя на улице, Дэн Хоббс слышал музыку.
«Живи я по соседству, — подумал он, — давно уже свернул бы шею засранцу. Зафигачил бы ему помойный бак в окно, а когда выйдет полюбопытствовать — взял бы за глотку и давил, пока моргалки не лопнут, как виноградины».
Нынче ночью Дэн Хоббс был не в самом хорошем расположении духа.
Он надавил на дверной звонок.
После мимолетного рандеву с Джексоном Лэмом в больнице он очнулся на полу. Никаких явных повреждений не наблюдалось, однако в целом ощущение было такое, будто на нем хорошенько оттоптались. Кладовка стояла нараспашку. Ривер Картрайт исчез. Хоббс поднялся и пошел наверх, где немедленно столкнулся с только что прибывшим Ником Даффи.
И Хоббсу пришлось на собственном опыте узнать, как именно происходит обливание дерьмом.
— Подходит какой-то жирдяй. Откуда мне было знать, что…
— Помнишь Сэма Чапмена? Жучару Сэма?
Хоббс помнил.
— Так вот, Жучара Сэм как-то сказал, что не боится никого на свете, кроме жирдяев с вонючим ртом и в рубашках не по размеру. И знаешь почему?
Хоббс не знал.
— Потому что однажды — упаси боже — кто-то из этих жирдяев может оказаться Джексоном Лэмом. И к тому времени, когда ты это поймешь, ты расстанешься с обедом, ботинками и большей частью зубов. Вот так. А теперь вали нахер в Парк.
Через два часа, в течение которых злость росла и наливалась, поступил новый приказ: доставить еще одного слабака.
— Звать Родерик Хо, — сказал Даффи и продиктовал адрес. — Задрот-компьютерщик из Слау-башни. Думаешь, на этот раз справишься самостоятельно?
Хоббс досчитал до трех. Вообще-то, субординация, мягко говоря, активно культивировалась в Конторе, но ни один настоящий Пес не действовал строго по протоколу.
— Как два пальца, — ответил он шефу. — Вы сами сказали, что даже Сэм Чапмен не пошел бы на Лэма в одиночку, а ведь я не знал, что это был Лэм. Так что не надо мне тут, ладно?
Повисла двенадцатисекундная пауза. Затем Даффи сказал:
— Вообще-то, толку от тебя как от резинового якоря. Но с Хо справится и моя четырехлетняя племянница, так что его я тебе доверяю.
Стараясь, чтобы голос не выдал облегчения и радости, Хоббс осторожно спросил:
— Насколько жестко?
— Вэ-у.
На жаргоне Псов «В. У.» означало «взять и успокоить». То есть без привлечения внимания окружающих.
— И учти, Дэн… Если снова облажаешься, вся твоя семейка мигом вылетит на улицу.
Он не облажается. Понятно, что прошлых косяков это не загладит, однако, во всяком случае, он докажет, что сдавать его в утиль рано. И теперь, и в дальнейшем.
А когда ему снова попадется Джексон Лэм…
Но он быстро отбросил эту мысль. Жажда мести — прямая дорожка к провалу.
И вот теперь он стоял у дома Хо. Изначально он предполагал проникнуть через сад, но музыка все меняла. Хо не спит. Возможно, он там не один. Возможно, у задротов тоже бывают гости. Как знать.
Гости или нет, но дверь отпирать никто не торопился. Он снова надавил на кнопку звонка и на этот раз держал не отпуская.
Один раз уже обжегшись сегодня, он подготовился к заданию как следует, вернее, запросил Владычиц данных предоставить ему полную информацию по объекту. Персональное дело Родерика Хо упало ему в «блэкберри» еще до того, как он сам сюда добрался. Даже по внешности Хо можно было понять, что, не будь он супергуру в компьютерах, его бы давно уже вышибли вон, просто чтобы не позорить Контору. Один из тех мозгляков, что надевают респиратор, спускаясь в метро. Ну а если личное дело врало и Хо на поверку окажется пропавшим двоюродным братом Брюса Ли, то и это не беда. Хоббс тоже знает пару-тройку приемчиков.
Музыка вроде как запнулась? В доме что-то явно произошло. Не отрывая пальца от кнопки звонка, Хоббс вглядывался в дверное стекло «под агат». Изнутри приближался расплывчатый силуэт.
Родерик Хо еще не ложился. Родерик Хо вообще мало спал, а уж сегодня-то и подавно было не до сна. Сегодня надо было кое с кем поквитаться.
По пути домой он купил два огромных пакета кукурузных чипсов по акции, но выронил их на пешеходном переходе, когда какой-то нетерпеливый мудак на «лексусе» неожиданно бибикнул… Хо нагнулся за пакетами, и очки соскользнули с носа, а мудак на «лексусе» снова посигналил. Развлекался, ясное дело. Убивал таким образом время, которое вынужден был терять, ожидая, пока какой-то там, мать его,
Это случилось ранее.
А вот что происходило теперь.
За регистрационным номером SD 123 скрывался некий Саймон Дин из района Коллиерс-Вуд, на юго-западе Лондона, однако Хо не потребовалось бы просидеть за компьютером до четырех утра, чтобы это выяснить. До четырех утра Хо засиделся, методично, шаг за шагом, переворачивая всю жизнь Саймона Дина вверх дном. До сегодняшнего вечера Саймон Дин работал — и, надо полагать, и теперь все еще думал, что работает, — менеджером по продажам в одной страховой фирме. Однако сегодня, прямо перед тем, как отправиться домой, он написал заявление об уходе на имя шефа, приложив к заявлению подробное изложение своих намерений касательно дочери-подростка последнего, что подтверждалось и копиями в хорошо защищенной резервной базе данных по внутренним коммуникациям сотрудников. После этого Саймон до упора исчерпал лимит по всем своим кредитным картам, отменил все платежные поручения со своего текущего счета, оформил перевод ипотечной задолженности в другой банк под на удивление малопривлекательную ставку, сменил номер телефона и послал всем и каждому, чьи данные хранились у него в контактах, по роскошному букету в пастельных тонах, приложив к каждому записку с объявлением о своем каминг-ауте. Затем он пожертвовал все сбережения в фонд партии зеленых, радостно пополнил ряды сайентологов и продал с интернет-аукциона свой «лексус»; а в течение ближайших сорока восьми часов Саймону предстояло еще и обнаружить свое имя занесенным в официальный реестр лиц, осужденных за преступления сексуального характера, каковая информация теперь станет доступна и всем жителям его района. Короче говоря, в жизни Саймона Дина наступали не самые счастливые деньки, зато Хо пребывал теперь в изрядно приподнятом настроении, чего давненько не случалось. К тому же и кукурузные чипсы, как выяснилось, не особо пострадали из-за падения.