Роберт Уилсон – Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (страница 541)

Тем временем Луиза проверила кухонный закуток. Там тоже все оказалось чисто, если только незваный гость не уместился в холодильнике.

— У Кэтрин?

И здесь та же история: письменный стол, стеллажи, шкафы. Однако тут в потолке был световой люк, сквозь который на отсутствие Кэтрин проливалось призрачное серебристое свечение. Клавиатуру перед уходом она положила поверх монитора, а папки аккуратно выровняла параллельно краю столешницы. Эту комнату тоже населяли тени, но какие-то полые.

— Я включаю свет.

— Давай.

По глазам резануло, а выпитое снова напомнило о себе.

— Тут никого нет.

— Кажется, никого.

«Кажется, никого».

При свете оба выглядели бледно и вымученно.

Они вернулись в соседний кабинет, где теперь увидели что-то прислоненное к стене. Пробковая доска, куда Лэм пришпиливал купоны на скидки.

— Может, это…

Может, она просто сорвалась со стены?

Движение за спиной дало о себе знать за миг до того, как Мин получил удар.

Всего лишь миг, но его хватило, чтобы увернуться; удар смазал по уху, заставил покачнуться, однако с ног не сбил. Нападающий был одет в черное, при балаклаве и пистолетике, которым не воспользовался. Он выскочил из сумрака кабинета Кэтрин, где до этого, очевидно, прятался в шкафу. Второй удар пришелся в грудь Луизе. Она охнула от резкой боли.

Мин бросился противнику под ноги и вместе с ним кубарем покатился вниз по лестнице.

Хоббс спал на пластмассовом стуле, во всяком случае выглядел спящим. Из уголка рта свисала блестящая слюнка. Ривер задержался на секунду, вытащил из карманов Хоббса свое конторское удостоверение и ключи от машины, а затем проследовал за Лэмом.

Наверху двое полицейских расспрашивали о чем-то дежурную медсестру, которая сверялась с планшетом. Лэм и Ривер прошли мимо не моргнув глазом, в то время как медсестра помотала головой и направила стражей порядка к стойке регистратуры.

На улице было темно, снова начинало накрапывать. Машины, которую Ривер бросил прямо поперек стоянки для «скорых», уже не было. «Может, и Сид уже нет?» — подумал он, вспомнив, как спешно ее увезли на каталке в окружении встревоженных врачей и сестер. Возможно, они не располагали той информацией, которой обладал он. Во всяком случае, никто из них точно не сказал: «Пустяки, простое ранение в голову, они только кажутся серьезнее, чем на самом деле».

— Не зевать, Картрайт.

— Куда теперь?

Каждое слово приходилось выталкивать, будто ватный тампон. Во рту мгновенно пересохло, навалились усталость и тошнота.

— Не важно, главное — уматывать отсюда.

— Моя машина пропала.

— Заткнись.

Он шел вслед за Лэмом через парковку для пациентов, мимо машин, которые против собственных ожиданий оказались здесь среди ночи и чьи владельцы сейчас находились внутри здания у него за спиной. Он гнал от себя мысли о том, что привело их сюда: поножовщина, уличное ограбление, застрявший в шланге пылесоса член… Как гнал и образ Сид на операционном столе, с пулей в голове. Или, может, ее все-таки просто задело? На взгляд он определить не смог. Слишком много было крови.

— Картрайт, твою мать…

Рядом стояли две припаркованные бок о бок полицейские машины. Обе пустые.

Машина Лэма была какой-то угловатой японской модели. Риверу было все равно. Он залез в салон, откинулся на сиденье и стал ждать, когда Лэм включит зажигание. Этого не произошло.

Ривер закрыл глаза. А когда снова открыл, лобовое стекло перед ним усеивали капли дождя, и в каждой светился крохотный оранжевый огонек.

— Значит, тебя задержали, — сказал Лэм.

— До выяснения, — ответил Ривер. — До выяснения… хрен знает чего.

— И твои данные, разумеется, по цепочке уставных звоночков и мигалочек поступили отсюда прямехонько в Риджентс-Парк. Ты вообще думал башкой, что делаешь?

— Я должен был довезти ее сюда.

— Ты вызвал «скорую». Зачем было ехать следом?

— Она могла умереть. Может, уже умерла.

— Она до сих пор в операционной, — сказал Лэм. — Пуля сколола кусок черепа.

Ривер не смел поднять глаза.

— Говорят, что, может, выкарабкается…

«Слава тебе господи». Он вспомнил потасовку на тротуаре, внезапное глухое «кхе!»… А потом кровь и Сид на земле, а на тротуаре — черная кровь. Роберт Хобден куда-то исчез. К тому моменту, когда Ривер рухнул на колени и склонился над Сид, не смея прикоснуться к ней, не смея подвинуть тело, не в состоянии оценить тяжесть ранения, человек в черном был уже в конце улицы. Пальцы вдруг превратились в беспомощные отростки, бессильные, как разваренная морковь.

— …а может, и нет. А если и выкарабкается, то, возможно, проведет остаток жизни овощем. В общем и целом — молодец, отличная работа, так держать. — Лэм подался вперед и щелкнул пальцами у Ривера перед носом. — Очнись. И слушай внимательно.

Ривер повернулся к нему. В полутьме Джексон Лэм выглядел чучелом, приготовленным к сожжению. Безумные глаза отсвечивали красным, словно их уже терзал чад костра. На щеках топорщилась щетина. Сам явно в подпитии.

— Кто это был?

В мешанине рук и ног они скатились на площадку ниже. Луиза настигла их в два прыжка. Мин распластался на полу, а поверх него лежал, словно большая перина, человек в черном. Луиза ухватилась за него, рванула в сторону и ощутила куда меньше сопротивления, чем можно было ожидать.

Будто мешок с песком. Будто брошенное старое пугало.

— Ох, с тобой все…

— Куда делся ствол? Ствол где?!

Пистолет валялся в углу.

Пока Мин выбирался и поднимался на ноги, тело незнакомца беспомощно перевалилось, будто выброшенная на берег щука, будто лопнувший мешок для мусора.

— Окочурился, что ли?

Похоже, неизвестный был мертв. Видно, он приземлился головой вперед, и шея его теперь была неестественным образом вывернута.

— Похоже на то. Сдох, падла.

Мин нагнулся подобрать пистолет и почувствовал, как заныли суставы. Наутро все тело будет ломать. Давненько он так не скатывался по лестнице. Признаться, давненько от слова «никогда». И он от всей души надеялся, что повторить данное упражнение ему предстоит очень нескоро, но в то же время…

В то же время было очень приятно вот так стоять. Поверженный противник у его ног. Ствол в руке. На виду у Луизы. В ее глазах — неподдельное восхищение.

Это был, конечно, уже перебор. Луиза смотрела на неизвестного, а не на него.

— Думаешь, сдох?

Оба надеялись, что так оно и есть, хотя ни та ни другой не знали, что он вообще тут делал. В конце концов, это была Слау-башня, и всякий, кому о ней известно, знает, что ничего интересного тут нет. Тем не менее этот явился при оружии, в балаклаве.

При оружии. Однако от них он прятался.

— Пульса нет.

— Похоже, свернул шею.

С какой стати человеку со стволом было прятаться от двоих других, вооруженных пресс-папье и степлером?

— Что ж, давай посмотрим на засранца.

— Кто это был? — спросил Лэм.

— Он был в форме. Штурмовой прикид, балак…

— Об этом я и без тебя догадался. Ты его узнал?