Роберт Стивенсон – Сент-Ив. Уир Гермистон. Стихи и баллады. Статьи. (страница 109)

И буду всю жизнь я любить с этих пор Тот город, наш город близ моря, у гор.

Вычитанные страны

Вкруг лампы за большим столом Садятся наши вечерком. Поют, читают, говорят, Но не шумят и не шалят. Тогда, сжимая карабин, Лишь я во тьме крадусь один Тропинкой тесной и глухой Между диваном и стеной. Меня никто не видит там, Ложусь я в тихий мой вигвам. Объятый тьмой и тишиной, Я — в мире книг, прочтенных мной. Здесь есть леса и цепи гор, Сиянье звезд, пустынь простор — И львы к ручью на водопой Идут рычащею толпой. Вкруг лампы люди — ну точь-в-точь Как лагерь, свет струящий в ночь, А я — индейский следопыт — Крадусь неслышно, тьмой сокрыт… Но няня уж идет за мной. Чрез океан плыву домой, Печально глядя сквозь туман На берег вычитанных стран.

Молчаливый солдатик

Луг был скошен, пуст и гол. Чью-то норку я нашел И солдатика впустил, Чтобы там он погостил. Вышли травы из земли, Маргаритки расцвели. И остался под травой Мой солдатик боевой. Дни покоса настают, Скоро косы отобьют. Сотня кос поднимет звон, И солдатик выйдет вон. Оловянный твердый взгляд Поднял в небо мой солдат. В облака навел свое Оловянное ружье. Я же знал, что на лугу Разыскать его смогу! Но не рад солдат совсем, Неподвижен он и нем. Не неделю и не две Прожил он в густой траве. Я хотел бы так пожить И луга посторожить. Там, где стебли, как леса, Он увидел чудеса. Он смотрел до темноты, Как вокруг росли цветы, Как на тонкий стебелек Опускался мотылек, Как, забыв свои дела, С мошкой спорила пчела. Он не скажет ничего. И солдата моего Я на полку уложу. Сам про все я расскажу.

Из сборника «ПОДЛЕСОК»