Дорогой Ливси!
Не знаю, где вы находитесь, в усадьбе или все еще в
Лондоне, – пишу одновременно и туда и сюда.
Корабль куплен и снаряжен. Он стоит на якоре, го-
товый выйти в море. Лучше нашей шхуны и представить
себе ничего невозможно. Управлять ею может младенец.
Водоизмещение – двести тонн. Название – «Испаньола».
Достать ее помог мне мой старый приятель Блендли, который оказался удивительно ловким дельцом. Этот
милый человек работал для меня, как чернокожий. Впро-
чем, и каждый в Бристоле старался помочь мне, стоило
только намекнуть, что мы отправляемся за нашим со-
кровищем...»
– Редрут, – сказал я, прерывая чтение, – доктору Ливси это совсем не понравится. Значит, сквайр все-таки болтал. .
– А кто важнее: сквайр или доктор? – проворчал егерь. – Неужели сквайр должен молчать, чтобы угодить какому-то доктору Ливси?
Я отказался от всяких пояснений и стал читать дальше.
«Блендли сам отыскал „Испаньолу“, и благодаря его
ловкости она досталась нам буквально за гроши. Правда, в
Бристоле есть люди, которые терпеть не могут Блендли.
Они имеют наглость утверждать, будто этот чест-
нейший человек хлопочет только ради барыша, будто
„Испаньола“ принадлежит ему самому и будто он продал
ее мне втридорога. Это бесспорно клевета. Никто, одна-
ко, не осмеливается отрицать, что „Испаньола“ – пре-
красное судно.
Итак, корабль я достал без труда. Правда, рабочие
снаряжают его очень медленно, но со временем все будет
готово. Гораздо больше пришлось мне повозиться с под-
бором команды.
Я хотел нанять человек двадцать – на случай встречи с
дикарями, пиратами или проклятым французом. Я уже из
сил выбился, а нашел всего шестерых, но затем судьба
смилостивилась надо мной, и я встретил человека, ко-
торый сразу устроил мне все это дело.
Я случайно разговорился с ним в порту. Оказалось, что
он старый моряк. Живет на суше и держит таверну.
Знаком со всеми моряками в Бристоле. Жизнь на суше
расстроила его здоровье, он хочет снова отправиться в
море и ищет место судового повара. В то утро, по его
словам, он вышел в порт только для того, чтобы поды-
шать соленым морским воздухом.
Эта любовь к морю показалась мне трогательной, да и
вас она, несомненно, растрогала бы. Мне стало жалко его, и я тут же на месте предложил ему быть поваром у нас
на корабле. Его зовут Долговязый Джон Сильвер. У него
нет одной ноги. Но я считаю это самой лучшей рекомен-
дацией, так как он потерял ее, сражаясь за родину под
начальством бессмертного Хока96 . Он не получает пенсии, Ливси. Видите, в какие ужасные времена мы живем!
Да, сэр, я думал, что я нашел повара, а оказалось, что я
нашел целую команду.
С помощью Сильвера мне в несколько дней удалось
навербовать экипаж из настоящих, опытных, просолен-
ных океаном моряков. Внешность у них не слишком при-
влекательная, но зато, судя по их лицам, все они – люди
отчаянной храбрости. Имея такую команду, мы можем
сражаться хоть с целым фрегатом.
Долговязый Джон посоветовал мне даже рассчитать
кое-кого из тех шести или семи человек, которых я нанял
прежде. Он в одну минуту доказал мне, что они пресно-
водные увальни, с которыми нельзя связываться, когда
отправляешься в опасное плавание.
Я превосходно себя чувствую, ем, как бык, сплю, как
бревно. И все же я не буду вполне счастлив, пока мои
старые морячки не затопают вокруг шпиля97. В открытое
море! К черту сокровища! Море, а не сокровища, кружит
мне голову. Итак, Ливси, приезжайте скорей! Не теряйте
ни часа, если вы меня уважаете.
