Роберт Шиллер – Нарративная экономика. Новая наука о влиянии вирусных историй на экономические события (страница 11)
Кроме того, модель IS-LM стала формальным выражением теории Джона Мейнарда Кейнса. Последний был выдающимся автором, а как мы уже отмечали ранее, многие нарративы ассоциируются с именами знаменитостей. Кейнс сам по себе был ярким и заметным персонажем: он водил дружбу со многими известными личностями, в том числе с художниками и интеллектуалами из Блумсберийского кружка (в их числе была Вирджиния Вульф, творчество которой также пережило свою эпидемию популярности, достигшую пика лишь к концу ХХ века, много лет спустя после смерти писательницы в 1941 году). Кейнс имел репутацию гомо- или бисексуала, и в толерантном Блумсберийском кружке знали о его связях с мужчинами, что создавало повод для пикантных сплетен, которые в то время передавались лишь при личном общении. Нетрадиционная сексуальная ориентация во времена Кейнса могла стать серьезной помехой карьере, однако эта байка, возможно, возникла в контексте существовавших тогда стереотипов. Некоторое время спустя Кейнс женился на красивой балерине Лидии Лопуховой, которую после ухода из балета ждала ее собственная эпидемия популярности, что, вероятно, объяснялось тем, что в сознании людей она ассоциировалась с именем Кейнса. Кроме того, как было отмечено ранее, Кейнса прославила его опубликованная в 1919 году сенсационная работа Economic Consequences of the Peace («Экономические последствия мира»), в которой он предсказал Вторую мировую войну.
Разработавший же саму модель экономического равновесия (модель IS-LM) Джон Хикс, напротив, был отнюдь не столь яркой личностью. Но благодаря слухам и разговорам, окружавшим личность Кейнса, модель IS-LM, получила название «неокейнсианской» и стала столь популярной (11).
На рис. 3.3 показаны циклы развития четырех экономических моделей. Все эти траектории развития напоминают не только стандартный ход распространения эпидемии болезни, но и жизненный цикл любого другого нарратива. Элементы основополагающих идей экономических нарративов могут сохраниться, лишь адаптировавшись и встроившись в структуру более поздних популярных нарративов. Однако в ходе этих процессов они теряют свою актуальность и уникальность и не могут оказывать столь сильного влияния на ход мыслей и действия людей.
Основная идея данной книги состоит в том, что экономические колебания происходят в значительной степени благодаря упрощенным версиям экономических нарративов, получающим популярность среди широкой общественности, легко и быстро передающимся в процессе личного общения. Эти идеи придают новую окраску мыслям и действиям людей. Как в случае с эпидемией болезни, нарративами заражается не каждый. Если человек пропустил эпидемию какого-либо нарратива, он, вероятно, будет утверждать, что такого важного популярного нарратива вовсе не было.
В ходе эпидемий исторического масштаба на принятие большинством людей решений к совершению действий, которые отразятся на экономических процессах, будут влиять в первую очередь популярные нарративы.
Интерес к любым популярным теориям со стороны широкой общественности, как и к экономическим теориям, перечисленным на рис. 3.3, нарастает подобно эпидемии. Но продолжается это лишь до определенного момента. Если теории не обновляются, интерес к ним постепенно идет на спад.
Рис. 3.3. Частота упоминаний четырех экономических теорий за период с 1940 по 2008 год.
В таблице рассмотрены четыре важнейших экономических модели: модель IS-LM (Хикс, 1937 г.), модель мультипликатора-акселератора (Самуэльсон, 1937 г.), модель пересекающихся поколений (Самуэльсон, 1958 г.) и модель реального делового цикла (Кидланд и Прескотт, 1982 г.). Интерес ко всем этим моделям отражает горбообразная кривая. Источник: Google Ngrams, данные без усреднения.
Следует отметить, что в своей книге The General Theory of Employment, Interest, and Money («Общая теория занятости, процента и денег», 1936 г.) Кейнс писал об идее идеального автоматического заражения, хотя и не называл этот процесс таким образом. В соответствии с теорией Кейнса экономический подъем происходит тогда, когда вследствие неких исходных стимулирующих мер вроде государственных расходов, опережающих поступления в бюджет, возрастают доходы некоторых групп людей. Затем эти люди тратят значительную часть своего дополнительного дохода, вследствие чего другие люди, которые продают им что-то либо работают в компаниях, которые продают им товар, также получают дополнительный доход. В свою очередь, эти люди также тратят большую часть своего дополнительного дохода, тем самым повышая уровень дохода других людей. И такой цикл расходования средств повторяется снова и снова. Кейнсианскую теорию можно немного изменить, усилив динамику инвестиционных процессов, что и сделал в 1937 году Пол Самуэльсон в своей модели мультипликатора-акселератора. В результате такого стимулирования экономики меняется и национальный доход. Ход развития этих изменений напоминает ход развития эпидемий, который отражают эпидемические кривые, рассмотренные нами ранее. Модель Кейнса – Самуэльсона мы можем рассматривать как своего рода модель эпидемии, в которой доход выступает в качестве инфекционного элемента. Однако не следует рассматривать экономические процессы исключительно через призму осуществляющихся автоматически циклов расходования денежных средств: следует задуматься о многочисленных циклах распространения экономических нарративов, а также лежащих в их основе и провоцируемых ими идеях и чувствах.
Созвездия и слияния нарративов
Бывает так, что эпидемии двух и более заболеваний протекают одновременно, оказывая взаимное влияние друг на друга. То же самое может случиться и в ходе эпидемий популярных нарративов, объединенных общей тематикой. Так, например, происходит в ходе анализа политических споров, что позволяет создать полное представление о ситуации – это было бы невозможно сделать, если принимать во внимание лишь один из нарративов.
Иначе говоря, масштабные экономические нарративы часто представляют собой «созвездие» большого количества менее значимых нарративов. Каждый такой небольшой нарратив несет в себе часть общей картины, но для того, чтобы детально разобраться в вопросе, необходимо увидеть все созвездие целиком.
Следует пояснить, какие аналогии мы проводим, именуя эти группы созвездиями. Созвездие Лебедя в астрономии, например, представляет собой случайным образом расположенную группу звезд. Однако особенности человеческого мышления таковы, что люди видят в группах звезд конкретные образы, в нашем случае – лебедя. Иногда люди используют созвездия в определенных целях. Скажем, христиане переименовали созвездие Лебедя в Северный Крест, как бы поместив на небе свой религиозный символ. Для жителей южного полушария они нашли аналогичное созвездие и назвали его Южный Крест. У представителей же иных общественных групп и культур имеются свои нарративы, в основе которых лежит иная мотивация.
Нарративы образуют созвездия отчасти потому, что при наличии комплекса актуальных нарративов подобная концепция выглядит более надежной и убедительной. То есть новые нарративы в контексте уже существующих кажутся более весомыми и актуальными. Для того чтобы создать почву для утверждения нового нарратива, рассказчику не нужно отбрасывать все прочие. В основе нарратива могут лежать некие факты, которые ни рассказчик, ни слушатель не могут проверить. Некоторые нарративы становятся популярными, поскольку отражают, как всем кажется, проверенные факты. С определенной уверенностью можно утверждать, что большинство людей охотно демонстрируют свои знания о каком-либо предмете и пытаются скрыть неосведомленность о миллионах иных фактов. Поэтому нарративы, которые отражают точку зрения, противоречащую превалирующей в обществе в текущий момент, могут не получить большой популярности и не спровоцируют возникновения эпидемии.
Некоторые созвездия нарративов в момент достижения ими максимальной популярности охватывают лишь небольшую часть населения. Однако, если эти люди примут решение о значительном сокращении своих расходов, влияние данного нарратива будет весьма ощутимым. К примеру, охват нарративом составил лишь 20 % населения страны, но эти люди решают отложить покупку автомобилей или ремонт домов, и последствия принятых ими решений о сокращении своих расходов могут быть настолько значительными, что вся страна окажется на пороге рецессии.
Помимо созвездий нарративов существуют также их слияния, которые могут направлять ход развития событий в экономической сфере. Под слияниями я подразумеваю группы нарративов, не имеющие очевидной взаимосвязи друг с другом, но оказывающие схожее влияние на экономические процессы в конкретный момент времени. Следствием такого воздействия на экономику могут стать экономические события чрезвычайно большого масштаба. В своей работе 2000 года «Иррациональный оптимизм» (Irrational Exuberance) я привел с десяток ускоряющих факторов, или нарративов, которые возникли в начале нулевых годов нынешнего века и спровоцировали невероятный подъем фондового рынка США, за которым вскоре последовал грандиозный обвал. Если вкратце, этот список был таким: интернет, триумф капитализма, истории успеха бизнесменов, доминирование республиканцев, уход на пенсию бэби-бумеров, популярность деловых СМИ, оптимистичные прогнозы аналитиков, новые пенсионные программы, паевые инвестиционные фонды, снижение инфляции, рост объема товарооборота и интерес к спекуляциям.