Роберт Самохин – Столетний рейс (страница 13)

Рыжая подружка Светланы тенью выскользнула из кабинета, оставив их вдвоём с Николаем. Света наконец-то освободила Колю от своих объятий, взяла за руку и потянула за собой, усадив его на стул, а сама уселась напротив, взяв Колины руки в свои.

– Коленька, расскажи, что с тобой случилось, расскажи, я всё пойму! – всё говорила и говорила Светлана. А Николай никак не мог отвести взгляд от календаря. Наконец рот его раскрылся и он, пересохшими от потрясения губами произнес, кивая на календарь:

– Это… Это что?

– Где? – не поняла Светлана.

– Вот! – и, высвободив одну руку из ладошки женщины, он указал на календарь.

– Календарь, – с лёгким недоумением сказала Света, – ты что, календарей не видел?

– А что на нём? – не зная, как правильно выразить свою мысль, ляпнул Коля.

– Как что? – удивилась женщина, – Число, месяц, год.

– Какой?

– Что, «какой»?

– Год какой?

– Шестьдесят четвёртый, а что такого?

– Первые… Первые две цифры?

– Тысяча девятьсот… – растерянно ответила Света, и взволнованно спросила, – Да что с тобой, Коленька?

– Это старый календарь? – с надеждой спросил Николай, – Из какой-то коллекции, да?

– Нет, этого года.

– И что, сейчас реально тысяча девятьсот шестьдесят четвёртый год? – уже совершенно ошалевший от навалившихся на него событий, задал вопрос Коля.

– Да! А какой же ещё должен быть?

– Две!

– Что две? – теперь недоумевала уже Светлана.

– Две тысячи… Две тысячи шестьдесят четвёртый, – и снова, уже громче произнёс, – две тысячи шестьдесят четвёртый год должен быть!

– Коленька, ты меня пугаешь! – снова схватив Николая за обе руки, сообщила Света и спросила, – С тобой всё в порядке?

– Так, так, так… – сам себе сказал Николай, – Надо успокоиться, и без нервов во всём разобраться.

– Да, Коленька, да! Давай успокоимся, потом ты мне всё расскажешь, ладно? Давай я тебе пока чаю сделаю, – Света вскочила и куда-то побежала.

Николай огляделся. В небольшом кабинете стояли два старинных письменных стола, несколько колченогих стульев, два деревянных шкафа и железный сейф. На одном из столов была навалена кипа бумаг и стояла механическая пишущая машинка, какие Николай видел в исторических фильмах. На втором столе лежали старинные деревянные счёты, несколько канцелярских журналов и чернильница со вставленными в неё перьевыми ручками. Коля видел такие в музее. На одной из стен висел портрет В.И. Ленина. И снова взгляд Коли упал на календарь. Николай встал, подошёл к нему, пощупал и рассмотрел бумагу на отрывных листочках. Бумага не создавала впечатления старой. Коля пролистнул оставшиеся листочки, на каждом было явно напечатано – 1964.

– Что же произошло? – вслух произнес Николай, – Это что же получается? Я попал в прошлое? Да ну, не может быть! Это или слишком явный сон, или чей-то хорошо сработанный розыгрыш.

Тут вошла Света, неся в одной руке дымящуюся эмалированную кружку, а в другой тарелочку с пирожками.

– Коленька, вот, – сказала она, ставя кружку и тарелку на стол около Николая, – попей чайку, да с пирожочками моими, ты так их любишь, я помню!

– Светлана, простите, – не обращая на угощение внимания, произнёс Николай, – произошло какое-то недоразумение. Я, видимо, очень похож на какого-то другого Николая, но я не он. Вы меня с ним путаете. Я- другой человек!

– Коля, ты точно в порядке?– с встревоженным выражением лица спросила женщина, – И почему на «Вы»?

– Светлана, поймите! – начал было Николай, но тут дверь распахнулась и в кабинет вошёл высокий грузный мужчина лет шестидесяти.

– Та-а-ак! Всё-таки вернулся, блудный сын! – басом, не предвещавшим ничего хорошего, произнёс вошедший, – А ко мне Зинка прибежала, говорит – Чириков вернулся, у Светки сидит. Дай-ка, думаю, приду, встретимся, поговорим…

Светлана подбежала к мужчине, схватила его за рукав и потянула в коридор:

– Иван Михалыч, родненький, не сейчас! Я позже всё сама вам расскажу, когда пойму в чём дело!

Они вышли в коридор, прикрыли за собой дверь, и Николай услышал приглушённые голоса:

– Иван Михалыч, у него что-то с памятью, он не узнаёт меня.

– Понятное дело, – басил Михалыч, – натворил делов, теперь не узнаёт! Я ему сейчас живо память верну!

– Нет, нет, нет, не надо! – защебетала Светлана, – Давайте на улицу выйдем, а то вся контора нас услышит!

– Да куда ты меня тянешь? – услышал Николай, – Дай поговорить с ним!

– Нельзя сейчас! – уговаривала Света, и голоса постепенно стихли, видимо женщине удалось утащить басовитого Михалыча на улицу.

Ноздри Николая вдруг ощутили аромат Светиных пирожков. Внезапно проснулось ощущение голода. Что он поел утром? Так… Холодный лёгкий завтрак… А потом пешком километров семь, да по свежему воздуху. Нагулял, так сказать, аппетит. Коля решил съесть пару пирожков. Взял один, откусил кусок и удивился! Действительно, вкуснейшая вещь! Прихлебнул чаю. Чай был безвкусный, больше напоминал несколько раз заваренный напиток. Но, тем не менее, горячая, похожая на чай, жидкость и вкуснейшие пирожки были поглощены. В животе разлилось приятное ощущение тёплой сытости.

В коридоре вновь раздались голоса, тут же открылась дверь, и вошли Михалыч и Света.

– Значит так, Чириков! Сейчас идёте со Светой домой, я её отпустил. Приводишь себя в порядок, а завтра в девять ноль-ноль у меня в кабинете!

– Я не Чириков! – возмутился Николай! – Это недоразумение!

– Это ты недоразумение! – пробасил Михалыч! – Я всё сказал!

Иван Михайлович круто развернулся и вышел из кабинета, хлопнув дверью.

– Коленька, хороший мой, давай сейчас пойдём домой, там успокоимся, и ты мне всё расскажешь! – скороговоркой произнесла Света.

– Светлана, спасибо за чай и пирожки! – сказал Коля, – Они были великолепны!

– Я знаю, ты всегда их любил! А дома у меня и супчик твой любимый есть, картошечка с мяском! – щебетала Светлана, надевая лёгкий плащ.

Николай подумал, что в доме у этой женщины будет удобнее сесть и спокойно обсудить создавшееся положение. Надо будет разъяснить Светлане, что к чему, и кто он такой. А ему, в свою очередь нужно будет узнать, где он, и как сюда попал.

Светлана собралась, взяла Николая за руку, потянула к выходу. Выйдя из кабинета, женщина замкнула дверь, после чего они пошли на выход. На улице Света взяла Николая под руку, и повела его к себе домой.

Глава четвёртая

У Светланы

Пока Николай и Светлана шли к её дому, в голове у Коли вертелось слово «Попада́нец». Николай никак не мог поверить, что с ним произошло нечто подобное, что он сам стал попаданцем, но какое-то шестое, а может и седьмое чувство подсказывало, что так оно и есть, что он каким-то непостижимым образом угодил ровно на сто лет назад. Светлана шла рядом, что-то щебетала и щебетала, но голова Коли была занята другим. Надо будет доказать этой хорошенькой молодой женщине, что всё обстоит не так, как она думает. Показать ей паспорт, пусть убедится. Голофон ещё есть, в нём много фотоснимков и видеозаписей из его времени. Надо будет и это продемонстрировать Светлане. Краем уха он услышал:

– …А когда бабка Сиволапиха погадала на тебя и сказала, что тебя нет в живых, то у меня выкидыш случился. Мне стало плохо, больно, пошла кровь, я сознание потеряла.

Коля прислушался повнимательнее. Светлана продолжала:

– Пришла в себя в районной больнице. Меня, оказывается, на санитарной авиации доставили в район. Там прооперировали, но сказали, что деток больше не будет. Как мне было тошно, Коленька, я чуть с ума не сошла. Спасибо Михалычу, председателю нашему. Он золотой человек, вытащил меня из этой ямы душевной. Я снова начала работать, втянулась, ожила. Витька-тракторист начал ко мне клинья подбивать, а я тебя всё забыть не могла, отказывала ему.

Тем временем они подошли к небольшому, но ухоженному домику. Светлана открыла калитку, впуская Николая во двор, и повела его ко входу в дом. На крыльце сидел шикарный сибирский кот белого окраса с пятнышками шерсти цвета кофе с молоком, и любознательно смотрел на Николая.

– Вот и Космик нас встречает! – сказала Света, – Помнишь Космика?

Николай промолчал, не зная, что сказать. Светлана тем временем открыла дверь в дом и, пропустив вперёд себя кота и Николая, зашла сама. В сенцах Николай со Светой разулись, зашли в комнату. Женщина усадила гостя на диван, принялась хлопотать, говоря при этом:

– Сейчас, Коленька, сейчас! Супчик твой любимый согрею, да картошечки с мясом. Наливочку тоже достану по такому случаю. Сейчас. Потерпи маленько.

– Светлана! – решился Коля, и продолжил настолько серьёзным тоном, что женщина тут же осеклась и медленно опустилась на стул, – Я очень серьёзно хочу с вами поговорить.

– Да, Коленька, я слушаю! – внезапно севшим голосом сказала Света.

– Я хочу попросить вас выслушать меня, не перебивая, а потом ответить на некоторые мои вопросы.

– Я готова!

– Меня действительно зовут Николай. Николай Кузьмич Светлов. Вот мой паспорт, – с этими словами Коля протянул свой документ Светлане, – я понимаю, что таких паспортов сейчас нет, но у нас все паспорта имеют именно такой вид.