Роберт Сальваторе – Воин Ллос (страница 6)

Место казалось нормальным, хотя и тихим.

Учитывая недавние нападения демонов на Улицах Вони, Браелин был удивлен, что внутри вообще кто-то был.

Он посмотрел на бар напротив двери и улыбнулся, несмотря на свою настороженность.

Ибо Азлия работала в том баре, и она выглядела такой же красивой, как и тогда, когда Браелин видел ее в последний раз, еще до того, как в Городе Пауков началась эта новая заваруха.

Он убрал свой «круг», зацепился сильными пальцами за тонкий верхний косяк двери и, грациозно спрыгнув вниз, ввалился в заведение, отпустив пальцы как раз в тот момент, когда ударился о землю и выпрямился с такой плавностью и текучей грацией, что любой, кто не наблюдал за его действиями целиком, понял бы, что он делает. Любой посетитель внутри подумал бы, что он просто вошел в дверной проем.

Азлия расцвела улыбкой, увидев его.

Она притворилась, что не смотрит на него, пока он шел через тускло освещенную комнату, но он знал, что она заметила его, узнала и была рада снова увидеть.

Браелин даже не пытался скрыть свой пристальный взгляд. Азлия была самой красивой женщиной, которую он когда-либо видел. Она была невысокой по меркам дроу, но Браелин тоже едва превышал пять футов. Ее волосы были серебристо-белыми с оттенками золота, глаза сияли янтарем, а нос —  всего лишь пуговка, зажатая между ямочками на щеках.

Она наконец открыто посмотрела на него, когда он хлопнул ладонями по стойке.

— Чего изволишь? — спросила она, и от Браелина не ускользнул выбор ее слов. Она действительно нравилась ему, но лучше всего было то, что он знал, что он нравится ей так же, возможно, даже больше.

— То же, что и всегда, — ответил он бесцеремонно.

— Ох, Браелин Дженкуэй, я работаю, и здесь вообще-то другие клиенты, — ответила Азлия.

— Вижу. Я думал, ты о напитках.

— Думал, да?

— То же, что и всегда, —  повторил он и посмотрел на полки с изысканными напитками, возвышающиеся на стене позади нее.

— Тогда как раз вовремя, — сказала она и вытащила из-под стойки бутылку любимого напитка Браелина, эликсира миконидов, прозрачного крепчайшего алкоголя, приготовленного из картофеля, выращенного в соседнем саду гуманоидоподобных грибов,того самого напитка, который дал название этому месту столетия назад.

Губы Браелина скривились.

— Нет, погоди, я передумал, — сказал он, протягивая руку как раз в тот момент, когда Азлия уже готовилась налить.

Она посмотрела на него с любопытством, с подозрением.

Он указал на верхнюю полку.

— Может того редкого эльфийского вина фей, — сказал он.

Азлия убрала руку и налила эликсир миконидов. — Нет, ты не хочешь вина фей, Браелин Дженкуэй, —  сказала она. —  Ты просто хочешь посмотреть, как я поднимаюсь по лестнице.

Браелин пожал плечами, как будто ему было все равно, что его поймали.

— Я —  мужчина, — просто сказал он. — Я провел большую часть своей жизни под похотливыми взглядами женщин Мензоберранзана. Следует ли винить меня в том, что стрелка повернулась?

— Так ты теперь пялишься на всех женщин подряд?

— Только на одну.

— Это должно мне польстить?

— А мне должно польстить что ты смотришь на меня?

Азлия широко улыбнулась.

— Только на тебя, — сказала она.

— Атмосфера —  это больше половины удовольствия от напитка, —  сказал Браелин.

Она поставила перед ним полный стакан.

— Тогда найди немного времени насладиться, — сказала она. —  У меня есть новости.

Браелин поднял бокал в тосте за нее, прежде чем сделать глоток, и Азлия, не из тех, кто оставляет за собой последнее слово, взяла бутылку эликсира, развернулась и, задрав платье, поднялась по лестнице, чтобы поставить его на верхнюю полку.

— Я рад узнать, что ты все еще здесь, что это заведение остается нетронутым, —  искренне сказал ей Браелин, когда она вернулась и встала напротив него за стойкой.

— О, Сочащегося Миконида тронули, — хмуро сказала Азлия. — И не раз.

— Демоны?

Женщина покачала головой:

— Прихвостни Жиндии Меларн.

— Не сами Меларны?

— Никого из ее Дома не заметили. Я разговаривала с Миззримами и членами Дома Вандри. Они приходят сюда и советуют мне увидеть правду о матроне Жиндии и Доме Бэнр. Я подозреваю, что это не та истина, с которой согласился бы Джарлакс.

— Значит, Вандри заодно с Жиндией, — проворчал Браелин.

— И дом Миззрим.

— Мы знали, что матрона Миз'ри Миззрим встанет на ее сторону, —  сказал Браелин. —  Вандри —  это удар по делу тех, кто выступает против владычества Ллос.

— Значит, слухи правдивы, —  сказала Азлия. Бреган Д'Эрт присоединится к еретикам. Я ожидал, что Джарлакс посмотрит, как будет развиваться война, прежде чем разыгрывать свои карты.

— Он предпочел бы оставаться в стороне от всего этого, но я подозреваю, что он так же полон решимости довести дело до конца, каким бы он ни был, как и сам Дзирт До'Урден, —  сказал ей Браелин. —  Что-то нашло на нашего друга, хотя он и не хочет говорить об этом. Он отправился на север, и там... изменился.

— Так расскажи, что ты слышал.

— Я говорю то, что видел. Это не слухи.

— Значит, он выступит за Дом Бэнр.

— Он —  Джарлакс. Он ничего и никому не будет доказывать и поступит так, как будет лучше ему и Бреган Д'Эрт. Только в этом случае он принял решение, что ему и Бреган Д'Эрт будет лучше, если Мензоберранзан избавится от ига адской Паучьей Королевы.

Он внимательно изучал Азлию, пока говорил, ища какой-нибудь намек на то, что она не согласна. Он действительно заметил нотку разочарования, но именно этого он и ожидал.

— Джарлакса могут убить, — сказала Азлия. —  Он станет главной мишенью для матроны Жиндии, не сомневайся. Как и Сочащийся Миконид и все, кто работает в этом месте, как только она убедится, что Бреган Д'Эрт —  ее враг.

— Джарлакс уже руководил нападением на ее дом всего несколько лет назад, —  напомнил Браелин. —  В тот день, который я помню так мучительно хорошо. —  Он слегка рассмеялся, но не смог скрыть сопровождавшую его дрожь. —  Если Жиндия еще не напала на Сочащийся Миконид, значит, она питает сомнения относительно нашей преданности, как и должно быть.

Азлия устремила на него сочувственный взгляд. Она была одной из немногих, кто знал, что в то время он стал жертвой Проклятия Мерзости, превращенный в драука жрицами Меларн. Теперь одна только мысль об этом вызывала у него фантомные боли, и он поймал себя на том, что потирает ноги.

Он стряхнул все это с себя, напомнив, что Ивоннель спасла его. Что Джарлакс и его друзья спасли его.

— Джарлакс привел сюда Артемиса Энтрери, и Энтрери убил ее единственную дочь —  как мне сказали, безвозвратно, — добавил Браелин, возвращая разговор в нужное русло. —  Она никогда этого не забудет и, конечно, никогда не простит, но она переживает из-за потери дочери только потому, что это ослабило ее дом и ее положение. Она —  настоящая жрица Ллос, вот кто. Все, что ее волнует —  это власть, поэтому даже ее гнев на то, что произошло раньше, пока будет отложен в сторону, поскольку она пытается выяснить, пойдет ли Бреган Д'Эрт на пользу ей или ее врагу.

— Как ты можешь быть уверен в этом?

— Потому что битва продолжается уже некоторое время, и вот я здесь, внутри Сочащегося Миконида, разговариваю с тобой. Какая защита, кроме бегства тайными путями, была бы у вас и этого места, если бы Жиндия все еще таила обиды?

— Несмотря на прошлое, Жиндия сомневается, что Джарлакс открыто выступит против Ллос. Или она надеется.

— Возможно, она верит, что влияние Джарлакса на его отряд ослабнет, и мы —  главные агенты, которые могут выступить против него.

— Ни для кого не секрет, что Браелин Дженкуэй хочет возглавить Бреган Д'Эрт, —  поддразнила Азлия.

Это вызвало улыбку и Браелин фыркнул.

— Значит, известный всем секрет —  это ложь, —  сказал он.

Азлия приподнялась на цыпочки и перегнулась через стойку, опершись локтями о полированное дерево и опустив лицо —  очень круглое для дроу —  на ладони.

— Расскажи же, —  подсказала она. —  Я думала, ты амбициозен.