Роберт Сальваторе – Незримый клинок. Хребет мира. Море мечей (страница 175)

– Думаю, не вернуться ли нам к этому дураку лорду Ферингалу в его жалкую деревеньку, – бурчал Бренор, забираясь обратно в маленькую пещеру, в которой они укрылись на следующую ночь. Погода, несомненно, улучшилась, но Бренор понимал, насколько вероятны при этом лавины, количество же снега, вы павшего за ночь, просто повергало в отчаяние. – Снегу навалило горы!

– Иди поверху, – с хитрой ухмылкой посоветовал Дзирт.

Говоря по правде, у всех, включая дроу, настроение было невеселое. За день удавалось пройти совсем не много, потому что, как Дзирт и опасался, стали сходить лавины. Они десятками обрушивались в окрестностях, многие перевалы стали непроходимы, а это означало, что вместо часового перехода пришлось бы потратить часы и даже дни на поиски удобного пути.

– Не найти эту пиратку, эльф, – прямо заявил Бренор. – Ее банда где-то под землей, это точно, и, скорее всего, до весны и носа наружу не покажут. Мы их тут не найдем.

– Но мы с самого начала знали, что будет нелегко, – заметила Кэтти-бри.

– К тому же перехватили тех, кто напал на башню, – встрял Реджис. – Значит, мы на правильном пути, просто надо немножко удачи, как всегда.

– Пф! – фыркнул Бренор и пинком запустил довольно увесистый камень в стену небольшой пещерки.

– Так что же, оставить молот им? – спросил Дзирт.

– Или сдохнуть, даже не добравшись до них? – проворчал дворф. – Да уж, выбор невелик, эльф!

– Или вернуться в Аукни и переждать до весны, – предложил Реджис. – А потом снова попытаться.

– Но тогда «Кровавый киль» уже наверняка дайдет в открытое море, – напомнила Кэтти-бри. – И Шила Кри увезет Клык Защитника далеко от берегов.

– Тогда пойдем на юг, – сказал Бренор. – Найдем Дюдермонта, наймемся на корабль и будем вместе с ним гоняться за пиратами, пока не поймаем эту Кри. Тогда заберем молот и пустим эту ведьму ко дну – там ей самое место!

Повисло долгое, ничем не нарушаемое молчание. Возможно, Бренор прав. Розыски молота сейчас мо гут закончиться несчастьем. К тому же если у кого из них и есть право прекратить поиски, так это у дворфа. Это ведь он создал Клык Защитника и подарил его Вульфгару. Хотя никто из друзей, даже хафлинг, которого это меньше всех касалось, не хо тел упускать молот, потому что оружие олицетворяло собой то, кем когда-то был для них Вульфгар.

Возможно, имело смысл перезимовать где-нибудь, но дроу хотел покончить с этим делом побыстрее. Дзирт мечтал забрать молот и найти Вульфгара, он даже думать не мог о том, чтобы пересидеть без дела все зимние месяцы. Посмотрев на друзей, он понял, что все они, даже Бренор – точнее, в первую очередь Бренор, – разделяют его чувства.

Дроу вышел из пещеры и взобрался по снежному пласту, сползшему ко входу. Поднявшись на верши ну, он стал внимательно осматриваться, несмотря на резавшее глаз нестерпимое сияние, стараясь разглядеть дорогу на юг, к морю, ну или хоть какую-то, чтобы можно было идти дальше.

За спиной послышались шаги, и Дзирт узнал Кэтти-бри. Ее походка была чем-то средним между легкой поступью самого Дзирта и тем, как ходил Бренор – напролом.

– По мне, так идти назад ничуть не легче, чем вперед, – сказала она, подходя к темному эльфу.

– А согласится ли Бренор? И Реджис.

– Пузан там как раз уговаривает Бренора, – сказала она, и Дзирт удивленно обернулся к ней. Раньше Реджис всегда с готовностью отказывался от путешествий и старался найти любой предлог, чтобы вернуться в тепло и уют.

– Ты помнишь, как Артемис Энтрери однажды принял обличье Реджиса? – с тревогой спросил Дзирт у девушки.

Ее голубые глаза широко раскрылись от ужаса, но по лицу дроу она почти сразу поняла, что он пошутил. И все-таки с Реджисом, бесспорно, творилось что-то странное.

– А ты небось думал, что, после того как гоблин ранил его, Пузан поглубже засядет в мягком кресле, – заметила девушка.

– Без того неожиданного магического исцеления он потерял бы руку, – напомнил Дзирт, когда в плече у Реджиса засело копье, друзьям никак не удавалось остановить кровотечение. Дзирт и Кэтти-бри уже готовились отнять руку, поскольку это представлялось единственной возможностью сохранить Реджису жизнь, как в обличье Кэддерли явился один из приближенных Джарлакса и чудесным образом исцелил их друга.

Всю дорогу к хрустальной башне Джарлакса, во время сражения Дзирта с Энтрери и долгого возвращения в Долину Ледяного Ветра хафлинг был очень тих. Друзья пережили много приключений вместе, но исход этого последнего был хуже всех: Креншинибон попал в руки коварного главаря Бреган Д'эрт Джарлакса. К тому же оно оказалось самым тяжелым для Реджиса, но после него в хафлинге словно пробудилось нечто, доселе дремавшее. Почти сразу по возвращении в Десять Городов это стало очевидно. Хафлинг ни разу не попытался уклониться от совместных поездок с целью наведения порядка на опасных дорогах вблизи городов, а когда друзьям случалось встретиться с чудовищами или разбойниками, Реджис не желал оставаться в стороне и принимал самое деятельное участие в сражениях.

И вот теперь он склоняет Бренора к тому, чтобы упорно идти вперед через суровые горы, тогда как до замка лорда Ферингала, в комнатах которого приветливо потрескивают камины, рукой подать.

– Значит, трое против одного, – подвела итог Кэтти-бри. – Похоже, двинем вперед.

– И Бренор на каждом шагу будет гундеть.

– Если мы повернем назад, он все равно будет гундеть на каждом шагу.

– Поразительное постоянство.

– Так было, и так будет, – в тон ему добавила девушка, и друзья рассмеялись.

Вернувшись в пещеру, они обнаружили, что Бренор с усердием собирает вещи и скатывает одеяла в тугие свертки, а Реджис заливает водой не успевший прогореть костер.

– Нашли дорогу, по которой можно идти? – спросил дворф.

– Что назад, что вперед – все едино, – ответил дроу.

– Только надо учесть, что, если мы пойдем вперед, все равно придется возвращаться, – поднял палец Бренор.

– Я за то, чтобы идти вперед, – сказала Кэтти-бри. – В этом сонном Аукни нам нечего делать, а я хочу что-нибудь выяснить до наступления весны.

– А ты что скажешь, эльф?

– Еще не выйдя из Лускана, мы знали, что путь будет суров и опасен, – ответил Дзирт. – Ведь ясно же было, что зима на носу, и снегопад не был неожиданным.

– Но мы надеялись, что найдем эту дуру пиратку раньше, – заметил дворф.

– Надеялись, но сами в это не очень-то верили, – не раздумывая, возразил дроу и поглядел на Кэтти-бри. – Я тоже не горю желанием провести зиму в тревогах о Вульфгаре.

– Тогда пошли, – сразу согласился Бренор. – Сгинем в снегу, и пусть Вульфгар проводит зиму в тревогах о нас! – И он вполголоса разразился проклятиями, как это обычно бывало.

Остальные с понимающим видом весело перемигнулись.

Вдруг к бурчанию Бренора присоединился негром кий гул.

В центре пещеры возникла яркая синяя линия вы сотой футов семь. Друзья не успели глазом моргнуть, как она разделилась на две полосы, которые стали расходиться, а сверху образовалась горизонтальная.

– Врата чародея! – вскричал Реджис и отскочил подальше, выставив вперед свою маленькую булаву.

Дзирт бросил на пол фигурку Гвенвивар, чтобы вы звать ее, как только потребуется, и, обнажив сабли, стал рядом с Бренором перед самым порталом, Кэтти-бри отступила на пару шагов и быстро выхватила лук.

Портал наконец оформился, вокруг него висел гудящий голубоватый туман.

Из него ступил некто, одетый в темно-синюю мантию. Бренор взревел и поднял топор, а Кэтти-бри натянула тетиву.

– Робийард! – вдруг воскликнул Дзирт.

– Это тот чародей, приятель Дюдермонта? – спросил дворф.

– Что ты здесь делаешь? – спросил дроу, но умолк, увидев за спиной мага громадную кряжистую фигуру.

Все онемели, и Реджис первым выдавил из себя:

– Вульфгар?

Глава 24. ЗНАКИ ДРОУ

Нечеловеческий рев боли раскатами пронесся по пещерам, отражаясь от каменных стен, сотрясая самое сердце горы.

Лелоринель, прервав тренировку, опустил кинжал и меч и повернулся к открытым дверям в зал, где все еще звучало эхо дикого крика.

– Что это такое? – спросил он у пробегавшей мимо Джул Перец.

Он помчался следом за ней по извилистым коридорам скального разлома к более просторным пещерам, располагавшимся под комнатами Шилы Кри и ее доверенных лиц, туда, где жили Чогоругга и Блуг.

Войдя, Лелоринель вынужден был сразу же уклониться от летевшего на него стула. Снова прогремел чудовищный крик. Надрывалась Чогоругга. Заглянув в глубь пещеры, Лелоринель понял, что стало причиной горя.

Там, на полу, лежала огромная туша огра, очень молодого и сильного. Шила Кри и Беллани склонились над телом вместе с другим огром, опустившимся на колени и положившим здоровенную уродливую голову на труп. Эльф решил, что это, должно быть, Блуг, но потом увидел, что главарь смотрит на них от противоположной стены, старательно изображая скорбь на отвратительной морде. Лелоринель даже подумал, уж не Блуг ли это сделал.

– Базанк! Мой малыш! – ревела Чогоругга с неподдельной тоской, столь несвойственной огрессам. – Базанк! Базанк!

Шила Кри подошла к ней, словно желая утешить, но на Чогоруггу снова накатила ярость, она выхватила из очага увесистый камень и швырнула в стену – как заметил Лелоринель, почти в Блуга.

– Труп Базанка нашли рядом с заставой на севе ре, – пояснила Беллани, подходя к Джул и Лелоринелю. – Похоже, нескольких огров там убили, а этот, Поккер, решил притащить тело Базанка сюда, – сказала она, показывая на огра, склонившегося над телом сына Чогоругга.