Роберт Сальваторе – Край ледника (страница 18)

– Почему бы и нет? У них много волшебников и жриц, но мало воинов, и мы, несомненно, доказали свою ценность в этом отношении.

– Не уверен, что это будет наш выбор.

– Я думаю, что в какой-то мере так и будет. Итак, скажи мне, Дайниннэ.

– Сказать тебе что?

– Ты знал это место, – ответила Алеандра. – По крайней мере, слышал о нем.

– О нем, да, – ответил он, и Алеандра наблюдала, как он изо всех сил старается, чтобы его голос звучал ровно и тщательно подбирал слова. – Дом До'Урден был могущественным и опасным, когда я ходил по Улицам Вони.

– И с великим Мастером Оружия, – сказала она чересчур драматично.

– Воистину великим, – категорично ответил Дайниннэ. – Я не знаю, был ли у Закнафейна равный.

– Он тренировал тебя?

Дайниннэ с трудом сглотнул.

Алеандра отметила и это.

– В Академии, я имею в виду. Он, без сомнения, был Мастером в Мили-Матгире.

– Он был, но нет, я никогда не посещал Академию. Не было покровителя. Ни Дома. Тем не менее, я много тренировался с тем, кого обучал Закнафейн До'Урден. Воин самого элитного боевого отряда Дома До'Урден, который поселился в Браэрине после великого падения Матери Мэлис и Дома До'Урден. Я полагаю, он был командиром в этой бригаде и одаренным воином по любым стандартам.

– Понятно, – сказала Алеандра, и она действительно поняла. – Скажи мне, Дайниннэ когда-нибудь становился таким же хорошим, как тот командир элитного отряда Закнафейна?

– Я убил его, – сказал Дайниннэ. – Я убил его в честном бою.

– Ты сожалеешь об этом?

– Нет. Это... это просто случилось.

– Из-за этого тебя превратили в драука?

– Нет, нет, это было... нет.

– Что ж, я рада, что ты победил. И если ты сражаешься так же хорошо, как ты… – Она остановилась и похотливо улыбнулась, затем сказала: – Надеюсь, мы часто будем тренироваться вместе.

Она перекатилась на бок и прижалась к нему, а Дайниннэ закинул руку ей через плечо. Алеандра снова улыбнулась, когда услышала, как он сказал:

– Хорошо вернуться в это тело.

Глава 7

Проникновение

– Нужно всматриваться в тени, чтобы заметить армию, – сказала Ивоннель Минолин Фей и Сарибель До'Урден, которые втроем смотрели на фермы и грибную рощу с возвышения на северной стене. Перед ними, вплоть до линии сталагмитов, известных как Паучьи Клыки, притаились Богохульники, на этот раз вместе с воинами Домов Бэнр и Фей-Бранч. В засаде затаилось достаточно воинов, чтобы замечание Ивоннель оказалось лишь незначительным преувеличением.

На этот раз они не собирались позволять врагам сбежать. Судя по результатам первой стычки и быстрому отступлению врага, Ивоннель стало ясно, что Жиндия не собиралась бросать свои войска в решающую битву раньше времени. Осторожность и даже нерешительность Жиндии были вполне логичны, поскольку крупное поражение с массовыми жертвами могло положить конец ее надеждам на открытое привлечение влиятельных союзников к борьбе с могущественным Домом Бэнр.

Однако, теперь казалось, что Жиндия еще больше впадает в отчаяние. Во время очередного визита с помощью псионической силы иллитида, Ивоннель узнала от Къернилл, что осада Домом Бэнр Донигартена и Острова Рофов значительно ухудшила положение Жиндии среди других правящих Домов.

В конце концов, эта область вокруг озера являлась наиболее открытой местностью Мензоберранзана, и отряд воинов не смог бы легко удерживать эту позицию против армии жриц и волшебников.

Ивоннель пристально посмотрела вниз, на юго-запад, на Браэрин, на Паучьи Клыки, предвкушая ожидаемый шаг.

По словам Къернилл, Мать Жиндия думала, что эта территория удерживается простыми воинами, и поэтому она закидает ее атакующими заклинаниями, а затем ворвется с собственными войсками, чтобы разрушить осаду. И иллюзию господства Бэнр.

Но, как надеялась Бэнр, Жиндия, заблуждалась, ибо сейчас ряды армии Богохульства незаметно пополнялись волшебниками Ксорларрин-До'Урден и жрицами Бэнр.

Как только начнется сражение, Богохульники окружат нападающих, быстро обойдя их с северного и южного флангов, и здесь, на открытой местности, на виду у всего Мензоберранзана, армия Матери Жиндии Меларн будет разгромлена.

Взгляд Ивоннель скользнул по огромной пещере к городским часам. Как утверждала Къернилл, нападение должно произойти, когда свет Нарбондель окажется на полпути к зениту.

Часы светились уже выше трети. Оставалось недолго.

Трезубец Малагдорла Армго заставил гриба-визгуна замолчать сразу же, как только раздался короткий вскрик. Мастер Оружия обернулся к жрицам, которые накладывали тишину на области. Его хмурый взгляд обещал наказание, если он когда-нибудь выяснит, кто из них неправильно нацелил заклинание тишины, чтобы исключить этот сигнальный гриб.

Но не сейчас. Теперь не было ни пути назад, чтобы отступить, ибо налетчики совершили преступление. Войска Барризон Дель'Армго и их союзников уже пробивались сквозь внешнюю оборону этого правящего Дома.

Дом Фей-Бранч был одним из старейших в Мензоберранзане, его род насчитывал тысячи лет – по их словам, даже больше, за пределами недавно объявленной даты основания города, о которой сообщалось в воспоминаниях Ивоннель Вечной.

Мать Фей-Бранч, Биртин Фей, тоже была стара, ее власть, как и власть ее Дома, считалась угасающей.

Конечно, за исключением того, что ее старшая дочь, Минолин Фей, теперь была Бэнр, женой бывшего Архимага, матерью Ивоннель, которая в настоящее время была одной из самых могущественных фигур в Мензоберранзане.

Однако, удача Минолин Фей еще не обратила вспять годы упадка Дома Фей-Бранч, и Мать Биртин выживала и процветала в основном благодаря союзу и традициям.

Дом Фей-Бранч был Пятым Домом Мензоберранзана, но мало кто считал его сильнее нескольких Домов, стоящих за ним, три из которых присоединились к Баррисон Дель'Армго в этом самом необычном, самом неожиданном, самом разрушительном набеге.

Эта опасная реальность значительно усугубилась этой ночью, поскольку многие воины Матери Биртин находились более чем на полпути через город, готовя великолепную засаду, которая, по их мнению, должна была полностью покончить с угрозой со стороны жалкой Жиндии Меларн.

К тому времени, когда тот единственный часовой пронзительно завизжал, большая часть магической защиты Дома Фей-Бранч уже была развеяна, а две внешние двери сломаны.

– Ну, давай же, – пробормотала встревоженная Ивоннель. Она хотела, чтобы в этой бойне не было необходимости, но раз уж та произойдет, она хотела, чтобы все закончилось как можно быстрее. Она оглянулась на Нарбондель, до сих пор не до конца погрузившуюся во тьму.

Она уже начала отводить взгляд, когда ее внимание привлекло небольшое мерцание света, бело-голубая вспышка, которая, как она поняла, была молнией, но исходившая из сооружения.

Это произошло в районе, расположенном неподалеку от часов, называемого Нарбонделлин, и разве это не было любопытно?

– Будь проклята Ллос, – прорычала могущественная женщина, когда до нее начала доходить истина.

– Что? – спросила Минолин Фей, которая проследила за взглядом Ивоннель через город.

Сверкнула еще одна вспышка.

– Это...?

– Дом Фей-Бранч, – закончила Минолин Фей и ахнула.

Ивоннель поняла, что именно произошло в тот ужасный момент. Она поняла, почему их враги так быстро и эффективно покинули поле боя, попав в засаду у Дома До'Урден, и почему, как нельзя кстати, Храм Куарвелшаресс был готов принять и предложить им убежище.

– Умница, Жиндия, – прошептала она себе под нос. Она понимала, что должна действовать быстро и эффективно, чтобы исправить положение.

Однако она понимала, что не успеет спасти Дом Фей-Бранч еще до того, как Минолин Фей начала выкрикивать приказы о выдвижении. Нет, Дом Фей-Бранч был слабой крепостью, больше помпезности, мишуры и традиций, чем суровой силы.

Если Мать Жиндия зашла так далеко, чтобы совершить набег, Ивоннель была уверена, что войско, направленное против Дом Фей-Бранч было сокрушительным и яростным.

Она взглянула на свою мать, которая спускалась со стены и кричала, чтобы Богохульники и другие выдвигались, и Ивоннель поморщилась, осознав ужасную правду.

Мать Минолин Фей и единственная оставшаяся в живых бабушка Ивоннель, вполне возможно, уже была мертва.

Мать Биртин Фей ворвалась в главную часовню Дома, где ее ждали четыре дочери и горячо молились.

– Как это можно было не предвидеть? – выругалась она.

Где-то далеко внизу раздался взрыв, вероятно, удар молнии, и все строение сильно задрожало.

– Верховная Мать Квентл велела нам участвовать в битве по всему городу, – напомнила ей Первая жрица Айдиана Фей. – Наши враги узнали.

– Нас предали, – сказала жрица Алаги, младшая и, возможно, самая многообещающая дочь Биртин.

– Сколько сейчас в нашем распоряжении? – спросила Мать.

– Меньше половины воинов, – ответила Айдиана. – Мастер Оружия, Главный Маг Дома и почти все волшебниками далеко на востоке.

Биртин подумала о своем внуке Гелдрине, который стал одним из самых искусных Мастеров Оружия в Мензоберранзане, одноклассником и соратником – смеет ли она называть его другом? – Энджрела Бэнра. Она была так счастлива, когда он накануне возглавил отряд Фей-Бранч к Дому Бэнр, а затем отправился к Донигартену. Она верила, что он сделает так, чтобы его семья гордилась им в предстоящей битве, и принесет больше уважения Дому – Дому, который, как открыто утверждали соперники, получил слишком высокий ранг, и который позволил Биртин занять слишком влиятельное место в Правящем совете.